Таблоид
Шрифт:
С собой у меня были рекомендательные письма к настоятелю. Так что в ученики меня приняли почти сходу.
— Дали келью? Велели соблюдать монастырский устав?
— В буддийских монастырях довольно свободный режим дня. А келью мне действительно дали. Двухместную, очень скромную. Вместе со мной жил врач из Новой Зеландии. Он изучал в основном шаолиньскую медицину: массаж, составление бальзамов.
А в соседнем домике жил мальчик-китаец. Его родители привезли еще в четырехлетнем возрасте. Он занимался небоевыми стилями. Это вроде гимнастики.
— А просто монахи в Шаолине есть?
— Во время моего пребывания в монастыре там жило где-то восемьдесят послушников. Все бритые, ходят в плащах: желтых или черных. Правда, когда туристов нет, они переодеваются в спортивные костюмы. Вроде того, что сейчас на мне. И еще надевают бейсбольные шапочки.
Тот Шаолинь, который вы видели в кино, снят в Гонконге. Это всего лишь декорации. На самом деле монастырь — это несколько террас на склоне горы. Вокруг стена. Внутри — домики для послушников.
С утра все убирают территорию. Кстати, в тех местах, куда не пускают посторонних, все очень запущенно. Просто кучи мусора. Потом монахи изучают священные буддийские книги. Другие осваивают медицину или каллиграфию. Кто-то просто пишет стихи.
А человек пятьдесят сутки напролет занимаются у-шу. С ними в основном я и общался.
Китайские учебники у-шу утверждают, что изобретателем первых систем рукопашного боя был обезьяночеловек-синантроп. Ребром ладони он ломал шейные позвонки — очевидно, саблезубым тиграм.
Сегодня популярность шаолиньских систем такова, что даже первые лица КНР вечерами скидывают френчи и пиджаки, чтобы помахать ногами в стиле у-шу…
Полтора тысячелетия назад в Китай из Индии прибыл буддийский монах по имени Боддхидхарма. Пришелец принес с собой реликвию — оранжевый плащ, который некогда носил сам Будда.
Боддхидхарма обосновался у подножья священных гор Сун-шань, в местечке, которое называлось «Молодой лев». Или по-китайски — «Шаолинь».
Девять лет он провел, сидя в абсолютной неподвижности, устремив взгляд на абсолютно пустую стену. Боддхидхарма сидел столь неподвижно, что тень, которую он отбрасывал, успела протереть на камне дыру в виде человеческого силуэта. Ее и до сих пор показывают приезжим.
На десятый год он прекратил медитацию и попробовал встать. Тело его ослабло, сразу встать не удалось. Чтобы поправить форму, Боддхидхарма разработал 18 базовых упражнений, до сих пор лежащих в основе всех трехсот шаолиньских стилей.
Через несколько лет он умер в окружении учеников и был похоронен в Шаолине. А после того, как траур кончился, в монастырь явился человек, утверждавший, что встретил наставника, бредущего домой в Индию.
Ученики не поверили пришельцу. Тот настаивал. Он говорил, что прекрасно помнит: Боддхидхарма был жив и здоров. Вот только обут лишь в левую сандалию.
В конце концов гробница была вскрыта. Разумеется,
Вот только на ногах не хватало одной сандалии.
Левой…
— Для европейцев монастырь — это всегда покой… отрешение от мирской суеты.
— Шаолинь никогда не был тихим местом. Здесь всегда занимались политикой. Во время Второй мировой монахи выставили против японцев целый отряд лучников.
А в VII веке монахи спасли жизнь одному императору. Всего 13 бойцов голыми руками разогнали армию заговорщиков. За этот подвиг Шаолиню была дана особая привилегия. Это единственный в мире буддийский монастырь, монахам которого можно есть мясо и пить алкоголь.
— Часто пьют?
— Не часто. Хотя именно в Шаолине появился такой стиль, как «Цзюй-цюань» — «Пьяный Кулак». Суть его в подражании хаотичным движениям пьяного человека.
— Что вообще пьют китайцы? Много слышал об их 96-градусной водке.
— Не знаю, не пробовал. А вот пиво в Китае классное. Лет сто двадцать назад немцы привезли сюда из Баварии несколько пивоварен. Но в Китае совсем другая вода. У нее не такой, как в Европе, вкус.
Пиво получилось — вкуснее «Хайнеккена»!
— Как с едой? Кормили исключительно рисом?
— Вы вот шутите над китайцами. А китайцы издеваются над русскими. Говорят, что наше национальное блюдо — картошка с хлебом. У них даже поговорка есть… вроде того, что «если по уровню жизни Китай отстал от Запада на сто лет, то по уровню гастрономии Запад от Китая — на десять тысяч лет!»
Сами монахи питаются скромно. Но нам, ученикам, подавали то акульи плавники, то свиные языки…
— Не монастырь, а прямо санаторий!
— Нет, вкусная кухня — это все удовольствия. На сон отводится меньше шести часов. Я спал на верхней полке, шириной от силы 60 сантиметров. Зимой в кельях очень холодно. Летом очень жарко.
Богатые американцы и европейцы платят бешеные бабки, чтобы сюда попасть. А потом бегут из Китая со всех ног. Воды нет! Канализации нет! Ничего нет!
— Как же вы обходились?
— Первую неделю кипятил воду в чайнике и поливался. Потом мне надоело. Я купил билет до соседнего городка (километров 70) и поехал в баню.
Захожу, раздеваюсь. Сколько народу там было, все бросили свои тазики и уставились на меня. Думаю, в чем дело? Может, я чего не так делаю? Оказалось нет, все так. Просто они никогда не видели голого белого.
Часа на полтора баню парализовало. Я в парилку, и народ в парилку. Я в бассейн, и народ в бассейн. Из женского отделения смотрительница пришла, принесла мне чаю.
У нас такой переполох был бы… ну не знаю… если бы Мэрилин Монро в мужское отделение зашла.
Впервые европейцы услышали грозное слово «Шаолинь» в 1848-м. Тогда полмиллиона доведенных до отчаяния китайцев под предводительством всего пары дюжин монахов устроили знаменитое «боксерское восстание».