Табу
Шрифт:
— Молодцы! — Рейли гордилась своими подопечными — они и без руководящих указаний с ее стороны выполняли свою работу на совесть.
Люси протянула ей несколько бумажных листов.
— Главной уликой в офисе стал, конечно же, ваш фотоальбом. Мы не сомневаемся, что вы понимаете, какой смысл заключается в фотографии, на которой он был открыт.
Рейли сразу вспомнила издевательскую приписку под снимком: «Счастливое семейство».
— Не совсем. Но, полагаю, можно без особых натяжек предположить, что послание, которое преступник пытался таким способом до
На лице Люси обозначилось беспокойство.
— Я также исследовала бумагу, на которой была сделана запись, но это оказалась желтая клеящаяся страничка из стандартного блокнота для заметок, какой можно приобрести в любом киоске и миллионе прочих мест. Вполне возможно, что преступник вырвал ее из блокнота, хранившегося в одном из ящиков вашего же письменного стола. Так что никаких зацепок в связи с этой уликой у нас нет.
Рейли согласно кивнула, так как ничего другого и не ожидала.
— Что еще?
— Как уже было сказано, я занимался лабораторией, — произнес Рори. — Тот, кто там побывал, рылся в шкафах, а потом разложил папки по столу, находившемуся в конце помещения, как вы, возможно, заметили.
Рейли помнила все это очень хорошо; пожалуй, даже слишком хорошо.
— Да, заметила. Это отвлекло мое внимание и позволило преступнику за моей спиной незаметно проскользнуть к двери.
Рори показал фотографию восемь на десять с изображением стола с папками.
— Когда смотришь на расположенные в логическом порядке документы, невольно закрадывается мысль, что преступник и в жизни такой.
— Какой? Внутренне организованный, собранный? Всегда придерживающийся определенной системы?
— Угу.
Рейли некоторое время рассматривала снимок. Извлеченные из папок отчеты лаборатории с соответствующими фотографиями были выложены в ряд в хронологическом порядке, начиная с убийства брата и сестры Райан и кончая убийством Веры Майлз и ее племянницы. Однако между находившимся посередине отчетом по делу Уотсона с фотографией последнего и завершавшим список рапортом по делу Майлз имелось свободное пространство, способное вместить точно такой же рапорт. Рейли посмотрела на Рори и Гэри:
— Ну и что вы думаете по этому поводу?
Разговор начал Гэри, как всегда серьезный и сосредоточенный.
— Первое убийство — брата и сестры Райан — можно назвать показным или демонстративным. Оно так картинно обставлено, что просто не могло не привлечь внимания. — Он помолчал и посмотрел на других членов группы, слушавших его затаив дыхание. — Этот тип мог убить их как угодно, но выбрал пушку — громкий выстрел не остался незамеченным. Шум гарантировал, что место преступления будет обнаружено почти немедленно.
— Да, — согласилась Рейли. — Что-нибудь еще?
— В этом смысле дело Джима Редмонда почти не отличается от первого. Как мы уже установили, убийца наблюдает за своими жертвами. Из этого следует, что он знал о передвижениях жены Джима и не сомневался в том, что та очень скоро обнаружит его тело.
— Итак, снова никаких задержек во времени, — подытожила
— Совершенно верно. Но после того как его визитная карточка в виде пресловутого фрейдистского звена стала достоянием следствия, — Гэри указал на другой файл, — мы сталкиваемся с убийствами Уотсона и Майлз, а это уже совсем другая история. Оба спланированы и осуществлены так, чтобы обнаружение тел заняло как можно больше времени. В результате Уотсон найден в пустынной местности, а женщины по фамилии Майлз, ведшие уединенный образ жизни, в собственном доме на окраине квартала, где все заняты только собой.
В разговор вступил Рори:
— Поэтому, в силу всего вышесказанного, когда мы видим свободное место между разложенными в хронологическом порядке рапортами, невольно напрашивается мысль, что это тоже что-нибудь да значит.
— А это значит, что одно убийство мы пропустили, — резюмировала Рейли с сильно забившимся вдруг сердцем.
— Вот именно, — сказал Рори и откашлялся. По-видимому, от этой мысли у него перехватило горло. — Но мы знаем, когда были убиты тетушка Майлз и ее племянница. — Он заглянул в свой блокнот. — Это произошло двадцать восьмого числа. Так что нам необходимо обратиться к полиции с просьбой просмотреть картотеку пропавших лиц и выяснить, нет ли у них данных о людях, исчезнувших в течение двух-трех недель до этого времени.
Рейли снова устремила взгляд на снимки с места преступления.
— Вы славно мыслите, — сказала она, отмечая про себя, что необходимо сообщить об этой гипотезе Крису и Кеннеди. — Значит, говорите, вы осматривали лестничную площадку в связи с делом о проникновении? — Она повернулась к Гэри. Тот был неизменно серьезен — не важно, обсуждал ли жестокое убийство или достоинства сандвича, купленного в местной столовой. Рейли ценила такой подход к делу и считала, что со временем Гэри станет видным криминалистом.
— Да.
— И что нашли?
— Преступник почти ничего не оставил после себя. Оружие я, разумеется, не нашел, как, равным образом, и шприц. Следов, можно сказать, вообще никаких, если не считать этого. — Он помахал в воздухе прозрачным пакетиком для улик с неким содержимым.
— Чтоб меня черти взяли… — пробормотала Рейли, взяв у него пакетик и покрутив его в пальцах. В пакетике находился один-единственный светлый волос — прямой и длинный. — Настоящий или имитация? — спросила она у Гэри, задаваясь вопросом, уж не носил ли убийца парик и женскую одежду, чтобы его при входе в здание приняли за женщину.
— Сто процентов настоящий, — ответил Гэри. — Я это первым делом проверил.
Рейли еще с минуту рассматривала светлый волос. Принимая во внимание интерес к служебным файлам, можно было не сомневаться, что незваный гость имеет прямое отношение к убийствам. В этой связи возникал вопрос: не подброшен ли волос специально, чтобы попытаться сбить их со следа, или же он принадлежал помощнице убийцы? Но существовала и другая возможность, правда, далеко не столь очевидная — что человек, которого они разыскивают, на самом деле не мужчина, а женщина.