Таица
Шрифт:
– Ты поедешь в этом? Что это такое?
– Мой плащ.
– Сколько ему поколений?!
– Это лучший дорожный плащ на свете, – возразил Мастер. – Он защищает от жары, холода, воды и ветра. Я изобрел их для комиссии по магической безопасности. Этот – самый первый, прототип. Заметь, мне удалось повторить ткацкие формулы, чтобы ткань сохранилась как новая.
– На новую она не очень похожа, – все еще с ужасом в глазах проговорила Мелисса. – Ты уверен, что он тебе нужен?
– Да. Это плащ комиссара магической безопасности. И он делает телепортацию безопасной.
– Безопасной для кого?
–
– Боги мои! Ты можешь телепортироваться без капсул?!
– Да. Только это секретная информация. Я же говорил, у КМБ свои методы.
– Ты можешь просто телепортироваться в Таицу?!
– Нет, не могу. Я же туда отправляют не по службе, а по личному делу.
– И поэтому ты должен рисковать?!
– Мелисса. Не будем спорить. Есть Устав и магический закон. Я обязан их соблюдать.
Мелисса внезапно расплакалась, и Мастер обнял ее, гладил по голове, шептал, что вернется целым и невредимым, обещал хорошо есть и молиться всем таицким богам на всех перекрестках. Он наобещал так много, что Мелисса рассмеялась и разрешила взять свои обещания назад, кроме одного – вернуться живым и здоровым. Лесиастрат пообещал.
Наконец, они отбыли в порт на закрытой коляске, и Мастер взошел на паром.
Глава 6. Обрыв проводов
Колесный пароход привез Мастера на противоположный берег, на континент. Здесь начиналось государство эльфийцев – Кари. Здесь же располагался некогда величественный, а ныне несколько захудалый город Фенхель. Нужно было дать телеграмму в Лог, и первым делом Мастер отправился на почту.
Телеграф и почта располагались в древней крепости, построенной, когда город принадлежал круглоухим магам-инженерам, государству Карма. За многие годы фундамент должен был уйти глубоко в землю, однако маги давно научились с этим бороться – специальное заклинание удерживало здание на поверхности. В 2020 году н.э. бастион стоял такой же величественный и высокий, как в год, когда последняя черепица легла на остроконечную крышу его башен. Башни эти, как титанические столбы, выступали на на юго-восток, в сторону острова Терезы, и на северо-запад, в направлении столицы Кари, Асафетиды. Когда-то дозорные из башен напряженно следили за дальними сигналами, предупреждающими о нападении карийских магов на государство Карма. Теперь же о Карме помнили эльфы и некоторые историки, ее последний форт пал, превратился в Фенхель и теперь заселен эльфийцами. Только на острове Терезы сохранились черты кармайской расы.
Столетия спустя бастион снова принимал и передавал сигналы. Но теперь это были письма, журналы, газеты и посылки, приходившие с курьерами, почтовыми поездами, дилижансами и дирижаблями, через телеграф и волшебные светящиеся зеркала.
Почта была разделена на несколько больших залов. В первом принимали и отправляли корреспонденцию или читали последние известия по большому мутному зеркалу, расколотому посередине. В другом зале почтовые служащие расталкивали по клеткам самописцы. С виду эти гомункулы напоминают огромных розовых, лиловых, голубых и салатовых комаров. Но вместо носа у них самый обыкновенный грифель. Эти самописцы в несметном количестве создают начинающие маги. Самописцы летают, смотрят и
В третьем зале, куда только что пришел Лесиастрат, передавали телеграммы, покупали, чинили, меняли и исправляли волшебные зеркала, которые заменяли магам телефоны. Здесь же смотрели расписание дирижаблей и парома. По периметру зала и между колоннами тянулись черные резные фасады конторок, за ними сидели молодые эльфийки, служащие – все как одна немного томные, слегка недочесанные и в синем или черном платье, приталенном так сильно, что проступали ребра корсета. Все, как одна, почтарши были исполнены чувства собственной важности и регулярно путали адреса, клеммы и теряли грифели, которыми полагалось отмечать исполненные поручения.
Та девушка, к которой обратился Мастер, отличалась от сослуживиц. Во-первых, у нее была лента с полинявшей тканевой розой на волосах. А во-вторых, она по непонятной причине любила свою работу. Она за десять минут дала телеграмму в Таицу, связалась с другим почтовым отделением, чтобы уточнить, как долго будет идти телеграмма и убила Мастера сообщением, что ждать ответ придется неделю или две, потому что на входящих проводах Таицы очередной обрыв. Мастер переспросил, и девушка повторила: «Две недели».
– Вам непременно дождаться ответа?– участливо поинтересовалась почтарша.
– Да, непременно.
– Что же, вам предложить нашу гостиницу? Там есть и столики, и кровати с подушками…
– Нет, спасибо. – Мастера передернуло.
– Где же вы остановитесь? У вас есть кто в городе?..
Лесиастрат покачал головой и откинул полу плаща, чтобы достать из кармана куртки маленькое волшебное зеркало. Почтарша замерла, побледнела, потом покраснела: такое впечатление на нее произвела булавка с герцогским драконом, окруженным пламенем и лианами. Пуговицы с таким же узором она не разглядела – Мастер положил руки на конторку так, чтобы скрыть знаки отличия.
– В… В… Вашшше сиятельство… – пролепетала почтарша и присела в книксене. Мастер одернул плащ и приложил палец к губам. Девушка быстро закивала и изобразила, что закрыла рот на замок. Мастер поспешил уйти из телеграммного отделения и перешел в четвертый зал.
Там все было в черно-белой гамме, изысканно и с налетом старины. Пространство разделяли ажурные ширмы с изящными столбиками. Между ограждениями – полированные столики, кожаные диваны и кресла. Несколько посетителей пили кофе и неспешно разговаривали.
Лесиастрат устроился на диване посреди полупустого зала и снял плащ. Мгновенно по левую руку образовался официант в почтительном поклоне. Мастер заказал кофе и предупредил, что наложит заклинание тишины. Получив заказ, маг отпустил служащего, наложил заклинание и посветил сестре через карманное зеркало. Милена удивилась, а затем расстроилась, узнав, что Мастеру придется дожидаться ответа из Таицы так долго.
– У кого я мог бы остановиться в Фенхеле на пару недель? Так, чтобы не донимали с этикетом, но и не лезли в душу.