Так просто... Книга 2
Шрифт:
Джейс ничего не отвечала. Задумавшись, она смотрела в окно и слабо улыбалась. А Оливия продолжала:
— Но я отчитаюсь тебе. Итак, флористы приступят к своей работе в четверг рано утром. К десяти часам пятницы будет готова не только арка, но все должно быть декорировано. Бледно-розовые лилии и розы им в тон. И твой букет, букеты подружек невесты и бутоньерка жениха. Так, что еще? а, столы и стулья. Тоже в пятницу. Как и повара, и официанты, и вся еда из самого лучшего ресторана.
Оливия говорила и говорила. Но Джейс почти не слушала её. Как ей хотелось открыться Оливии полностью. Рассказать, что вся эта суматоха
Поэтому, она нацепила на лицо свою самую широкую улыбку, и повернулась к подруге. Она восторгалась всему, что та говорила. Кивала и улыбалась. Но на самом деле ей сейчас очень хотелось оказаться в доме в Брентвуде. Возможно, в детской. Ники и Бри играли бы, а она сидела бы на диванчике, рядом с Марком. И пусть бы он читал газету, или просматривал свои бумаги, не важно. Она бы свернулась в комочек у него под боком, прижав колени к груди, и кусала бы ноготь большого пальца. Старая детская привычка, о которой мало кто знал, но которая никак не хотела её отпускать. Как будто, вот так она отгораживалась ото всех невзгод мира.
Девушки забрали свои платья и аккуратно положили чехлы с ними на заднее сиденье машины.
— И кто придумал устраивать этот грандиозный бал среди недели? — Джейс досадливо покачала головой. — И, о, господи! Уже в пятницу, да?
— Да! — Оливия смеялась над паникой подруги.
Но Джейс прижала ладонь ко рту, не прием пугал её.
— Пятница. А потом ты уедешь. — она порывисто обняла подругу. — Мне так будет тебя не хватать.
— О, моя дорогая, — Оливия теперь и сама стиснула Джейс в своих объятиях, — Я так привыкла… я не подумала об этом…
И теперь уже рыдали обе подруги.
Джейс всегда любила такие моменты, особенно, когда жила с детьми в квартире в Ретондо. Это были мгновения покоя и умиротворения. Когда дом погружался в тишину, и она оставалась на несколько минут со своими мыслями. Это было её время.
Но именно сегодня она ненавидела эти давящие на её минуты. Дом спал, ну, или выглядел таким. А на Джейс навалилась паника от тех мыслей, что жужжащим роем неугомонных пчел роились в голове.
Она тихо прикрыла дверь детской и, обхватив себя руками, чтобы скрыть дрожь, решила спуститься вниз, в кабинет, где за бумагами сидел Марк. Куда угодно, только не оставаться одной.
Джейс костяшкой указательного пальца постучала по дереву и, не дожидаясь ответа, чуть-чуть приоткрыла дверь и просунула в образовавшуюся щель голову:
— Можно, я немного посижу тут, с тобой? — Она сделала два шага вперед и встретилась с обеспокоенным взглядом Марка. — Я не помешаю.
— Морковка, — Марк не отрывался от бумаг. — Я и не говорил, что ты помешаешь. Подожди минутку, тут два срочных контракта, я должен все доделать до того, как… Отец заменит меня, и Фил…
Джейс прошла в кресло и села на самый край. Подтянула ноги к груди, обхватив
А Марк изучал документы, делая карандашом пометки на полях, пока не услышал приглушенное покашливание. И, судя по голосу, оно не могло принадлежать Джейс. Он поднял глаза и увидел призрак своего брата. Николас стоял за креслом, в котором сидела Джейс. Он вытянул руку, собрал пальцы в кулак, а потом, указательным пальцем несколько раз показал на макушку девушки, и беззвучно произнес:
— Идиот, брось свои бумаги! Она нуждается в тебе. И прямо сейчас.
Если поначалу Марка волновало, заметит ли Джейс его брата и какова будет её реакция на то, если все-таки заметит, то увидев, как она нервно раскачивается вперед-назад, сидя на самом краешке кресла, послушал совета своего Ника и кинулся к ней. Он присел около нее, привлекая к себе внимание, и взял в ладони её пальчики:
— Эй! Малышка! Ты чего?
Ему показалось, что она только сейчас заметила его, словно пребывала в какой-то прострации, и поняла, где находится.
— Марк! — по щеке Джейс скатилась слеза. — Я так боюсь! У меня столько страхов!
Марк тяжело вздохнул и на миг прикрыл глаза. Глубокая складочка прочертила его лоб: черт, снова все сначала? Он постарался взять себя в руки и беспечно улыбнуться:
— Какие? Детка, уверяю тебя, вдвоем мы справимся со всем на свете. Ну, выкладывай.
Как будто бы это вот так легко: взять и выложить ему, как на духу, все свои опасения?
— Я столько всего боюсь! — она набрала полную грудь воздуха, а потом начала говорить быстро-быстро, как будто прорвало плотину её молчания, и слова, журчащим, сильным потоком лились, ломая все преграды. — Я боюсь, что мы ничего не успеем. До пятницы осталось не так уж и много времени, а тут еще этот ваш бал. И соблюдение дурацких, никому не нужных традиций! Девичник и мальчишник! Да еще прямо накануне такого дня!
Первый неутешительный вывод, который сделал Марк: Джейс ни разу не сказала слова «свадьба». Она старательного избегала этого слово, подбирая синонимы к нему. И, видимо, не скажет. Ладно, попытка номер один.
— Джейсон, мы все успеем. На это есть организатор, который, кстати говоря, должен сполна отработать свой немаленький гонорар. И которого и ты, и моя мама, и Оливия контролируете. Следующее. Малышка, уверяю тебя, что на своем мальчишнике я не собираюсь напиваться. Я не собираюсь пропускать свою свадьбу, и тебе не позволю. Пропустишь один лишний коктейль, знай, — он улыбнулся. — Я приду и вытащу тебя из постели и притащу к алтарю, в чем мать родила! Ну, или в чем ты там собираешься спать? Но я хочу, чтобы ты повеселилась с девчонками! У тебя этого было так мало. — Марк поцеловал костяшки холодных пальчиков. — Что еще?
— Еще? — Марк кивнул. — Я боюсь забыть что-нибудь. Какую-нибудь мелочь. Которая потом испортит все. Ваши с Ники костюмы? Они готовы полностью? Все эти коробки с обувью, галстуки…
— Малыш, все готово. Но если тебе так будет спокойнее, составим список и все проверим по нему. Ты будешь мне диктовать, я — проверять. Идет?
— Нет, — Джейс упрямо покачала головой. — Я должна сама, я так я буду уверена точно!
— Э, нет! — Марк направил указательный палец ей в грудь. — Я не видел твое платье, ты не видишь мой костюм!