Таль 10. Путь

Егорова Наталья

До операционного штаба, как изначально планировала, я не дотянула. Просто поняла, что того и гляди потеряю сознание и, если меня воздух может еще и подхватит, то Райн, стоящий у меня за спиной, точно расшибется. Он все еще был в ипостаси, но крылья его сейчас походили на зонтик, в который пальнули из дробовика, а потом еще и потыкали ножом. Вряд ли они способны удержать его в воздухе.

Как только опустилась на землю, ноги подкосились и, если бы не поддержавший меня вампир, я просто рухнула бы без сил. Перед глазами все плыло, а руки, которыми я провела по лицу, оказались в крови.

Странно, щит мне вроде бы не пробивали.

— Райн, что со мной? Откуда кровь?

— Из носа. И из ушей тоже, — продолжая поддерживать меня, сообщил сменивший ипостась вампир. — Спасибо тебе. Вам всем. Если бы не воздушный отряд, мы бы не прорвались.

— И так чудом получилось, — согласилась я, ковыляя с ним под руку в сторону бегущих к нам эльфов.

Хотя, может они бегут вовсе и не к нам, ведь находящиеся в окружении орки продолжают ожесточенно сражаться. А, нет, все-таки к нам.

Мне сунули в руки флягу с тонизирующим напитком и, сделав из нее несколько глотков, я сразу почувствовала себя лучше. Во всяком случае идти самостоятельно уже могла, хоть и не особо быстро.

Всех получивших серьезные ранения телепортом перебросили в городскую больницу, остальные либо отправлялись в полевой госпиталь, либо шли отдыхать в зону ротации, чтобы позднее снова вернуться в бой. Среди воздушников таких практически не было. Мы, как и группа прорыва, сегодня отдали себя без остатка, сделав не только возможное, но и невозможное. Я тоже собиралась заглянуть в госпиталь, но только после того, как побываю в оперативном штабе и узнаю, как дела. Однако, увидев меня, Тэль безапелляционно велел отправляться в больницу и даже сам открыл туда телепорт. Сил спорить не было, поэтому я только вздохнула и шагнула в окно портала, оказавшись в небольшой телепортационной зоне справа от центрально входа.

В холле творилось настоящее столпотворение, и я поначалу даже растерялась, не понимая, что тут происходит. В этот момент ко мне подбежала девочка с повязкой на руке, где были изображены две показывающие в противоположные стороны стрелки, и потянула в центр зала, определив в небольшую очередь. Ждать пришлось недолго и буквально минут через пять я предстала перед одним из четырех подростков, тоже с повязкой на руке, но уже с изображением белого человеческого силуэта. Ну, или в данном случае скорее эльфийского, но при таком масштабе разницы никакой не было.

Девушка, к которой я попала, активировала малый медицинский анализатор, немного подумала и выдала мне картонный квадратик зеленого цвета. После этого уже мальчишка со стрелочками отвел в самую длинную очередь. Здесь принимал всего один врач, судя по всему диагност. Он заполнял некую карту, давал указание очередному «стрелочнику» и тот уводил пациента к лестнице.

Очередей было еще две. В нашей, насколько я поняла, находились легкораненые, и она была самой длинной, в соседней, где принимали два диагноста, ждали пациенты с более серьезными травмами, а на противоположной стороне холла осматривали тяжелых. Там были сразу семь врачей, причем трое постоянно менялись, сопровождая пострадавших, многие из которых не могли передвигаться самостоятельно, внутрь больницы. В общем, организованно все было на славу,

хотя на первый взгляд и выглядело хаотично.

Наша очередь двигалась очень медленно, и вскоре я почувствовала, что голова снова кружится, а ноги подкашиваются. Поэтому сначала прислонилась к стене, а потом и сползла по ней, усевшись на полу. Во рту появился соленый привкус крови.

— А ну стой, малец, — ухватил за руку пробегавшего мимо «стрелочника» стоявший рядом мужчина. — Приведи-ка сюда кого-нибудь из врачей. Скажи тут Владычице плохо.

Я хотела было возразить, что не стоит. Но перед глазами уже все плыло, а язык отказывался слушаться. Смутно помнится, как меня осматривали и укладывали на летунец, как при этом рвало желчью, перемешанной с кровью, как меняли форму переносного летунца, поднимая изголовье. А вот как добрались до палаты я уже не помнила, очнувшись в ней только наутро.

Глава 2

Голова все еще слегка кружилась, так что пытаться вставать я не стала, подергав за шнурок в изголовье. Спустя несколько секунд появилась миловидная и вроде бы даже знакомя эльфийка, но как ее зовут я не помнила. Попыталась выяснить у девушки, что со мной, хотя и подозревала, что очередной обрыв ауры, приходил ли Тэль и что слышно про сражение с орками. Она в ответ смущенно потупилась и обещала позвать врача. Нет, ну вот что я такого спросила?

Врач появился только минут через двадцать, зато это был Милиниэль. Осунувшийся и уставший настолько, что его аж пошатывало, эльф все же попытался мне улыбнуться.

— Ну как тут наши дела? — преувеличенно бодро поинтересовался он.

— Это я у вас хотела спросить. Но голова еще кружится, если вы об этом. Скажите, с Тэлем все в порядке? И что там с орками?

— Орки продолжают сражаться. Им несколько раз предлагали сдаться, но, как говорят, шаманы что-то там мудрят на месте разлома. Пока безуспешно. Насколько я понимаю, Владыка все еще в оперативном штабе. Однако сам я сейчас все время в здесь, так что точно не знаю.

— Понятно. А со мной что? Я могу уйти из больницы?

— Однозначно нет! — не сдержал возмущения доктор.

— Все так серьезно?

— Как вы думаете, если маг прямо в холле сознание теряет — это серьезно?

— Наверное. Так вы скажете, что со мной? Или это великая эльфийская тайна, которую даже их Владычице знать не положено? — улыбнулась я.

— Многократный обрыв ауры — в общем, ничего нового. Вы с этим диагнозом сюда систематически попадаете, — усмехнулся Милиниэль. — Правда на этот раз он получен на фоне комплексного истощения, так что восстановление займет несколько больше времени.

— Насколько больше?

— Если будете соблюдать режим, то через пару дней придете в норму. Ничего критичного или непоправимого с вами не произошло.

— Это хорошо. Но все же, когда я смогу уйти? Хочу вернуться в оперативный штаб, вдруг смогу там чем-то помочь. Обещаю не колдовать!

— Ну, если обещаете, то может быть смогу отпустить вас вечером. Если состояние полностью стабилизируется.

— А может все-таки сейчас? — состроила я доктору жалобную мордашку.

Он покачал головой и устало присел на край кровати.