Таль 10. Путь
Шрифт:
— Лимия! Вы живы? Отзовитесь! Где вы? — кричала я, начиная осознавать, что уже слишком поздно.
Если во время пожара женщина оставалась внутри, она не выжила. Из глаз выступили слезы и тут же высохли. Жар проникал даже через абсолютник, продавливая мою защиту. Нужно было уходить, но в этот самый момент летунец за что-то зацепился и я чуть с него не кувыркнулась. Это оказалась металлическая ручка, крепившаяся на крышке, ведущей в подпол, куда Лимия строго настрого запрещала детям соваться. Обычно она была накрыта половиком, чтобы об нее не спотыкались, но сейчас того не было на месте,
Первым моим порывом было открыть подпол и проверить, не укрылась ли женщина от пожара там, ведь тогда ее нужно срочно выводить, пока она не надышалась угарными газами. Но я побоялась, что при открытии крышки огонь ринется и туда, поэтому потратила еще полминуты на установку индивидуального купола абсолютной защиты, почти физически ощущая, как истекают крупицы отпущенного времени, и только после этого потянула крюком из твердой иллюзии за металлическую скобу.
Внизу оказалось темно, но дыма еще почти не было, а еще тут было просто божественно прохладно после пекла, из которого я спустилась.
— Лимия, вы здесь? — окликнула я, опускаясь на земляной пол и зажигая сразу три светлячка. — Ох, ё!
Я невольно отшатнулась, увидев стоящую напротив меня женщину. Кожа ее потемнела и сморщилась, сама она как будто усохла, став похожей на мумию, глаза при этом покраснели. А еще в руках у нее разгоралось незнакомое заклинание.
— Я никому не причиняла вреда и не хочу тебя убивать, — проскрипел абсолютно незнакомый голос. — Уходи.
— Ты лич? Из замка? — настороженно поинтересовалась я, активируя перед собой дополнительно выносной щит и вставая на летунец.
— Да.
— А тут что делаешь?
— Живу. То есть жила, — поправилась он.
— Ты Лимия? — все же решила уточнить я, хотя других вариантов не видела.
— Да.
Над головой что-то затрещало и грохнуло, дым повалил сильнее.
— Обещаешь не нападать? Нужно убираться отсюда. Я могу открыть портал туда, где никого нет, и поговорим спокойно.
— Обещаю.
Спустя минуту мы вышли на поляну у водопада, и я с наслаждение вдохнула чистый воздух полной грудью.
— Побудь пока здесь, — попросила я. — Это остров Владыки и эльфам запрещено сюда приходить. Я сейчас вернусь в Возрождение, скажу Райну, что все в порядке, а то неровен час тоже в огонь полезет, потом расскажу все Тэлю, мы придем сюда и все вместе будем решать, что делать дальше. Только никуда не уходите, ладно? Ой, вам может помощь какую-то оказать нужно. Это ваше естественное состояние или вы обгорели?
— Естественное.
Голос был все такой же скрипучий и неприятный настолько, что приходилось каждый раз сдерживаться, чтобы не поморщиться. Да и сама иссохшая фигура мало чем напоминала ту Лимию, которую я знала. И у меня все же закрались сомнения. Что если лич просто воспользовался мной, чтобы выбраться из западни, а сама хозяйка дома стала его жертвой?
— Где жили братья-близнецы, которые все делали за своего хозяина? — припомнила одну из историй, которую рассказывала во время посиделок у любимицы деревенской детворы.
— В ларце, — оскалилась женщина. То есть это она, наверное, так улыбнулась, но выглядело жутко.
—
— Морок, — поправила она.
Я уже открыла рот, чтобы спросить в чем разница, но одернула себя и, еще раз попросив дождаться тут, отправилась в Возрождение. Поход неожиданно затянулся, поскольку сил открыть портал туда у меня хватило, а вот на обратный путь уже нет, так что пришлось возвращаться замковым телепортом.
Про лича я рассказывать не стала, просто сообщила, что в доме никого нет, и при полной поддержке Райна велела его все-таки потушить. Вернее то, что от него теперь осталось. А еще наконец-то нам относительно внятно рассказали, что произошло.
Детвора как обычно с утра собралась у Лимии. Девочки возились у очага, мальчишки, которым предстояло таскать воду, и маленькая Слайра, остававшаяся тут, пока отец уходил охотиться, угощались за столом свежеиспеченными булочками. Малышка хвалилась амулетом, который купила в городе у торговца со старого континента, и Лимия попросила его посмотреть, но как только взяла безделушку в руки превратилась в злобное страшилище.
Спрашивать почему злобное я не стала. В детстве всегда кажется, что пугает только плохое, а добро должно быть белым и пушистым. Судя по всему, амулет оказался вполне рабочим и разрушил морок, а дальше все случилось в мгновение ока. Дети испугались, но будучи не изнеженными диванными недотепами, а привычными ко многому жителями приграничья, как могли попытались спасти Слайру, на плече которой лежала рука чудовища. В Лимию полетело все, что попалось под руку, в том числе мешок из-под муки и раскаленные угли из очага. Вот так и занялся пожар. Пока женщина отбрасывала горящую ткань, малышку оттянули в сторону и бросились бежать. Спустя десяток минут дом уже горел, а дети в слезах рассказывали, что Лимия превратилась в чудовище и напала на них.
— Вообще-то это вы на нее напали, — справедливости для заметила я.
— Да что вы такое говорите! — возмутился кто-то из женщин. — Она же чудовище! Дети просто испугались. Хорошо еще, что никто из них не пострадал.
— С чего вы взяли?! — сделала я максимально удивленный вид. — Может это просто маскарадный амулет. Да, специфический, но это все же более вероятно чем то, что живущая тут несколько лет Лимия какое-то там чудовище.
Присутствующие умолкли и начали растерянно переглядываться. Похоже такой простой вариант в голову им не приходил. Я не дала разыграться их воображению в купе с чувством вины и сообщила, что их соседку мне удалось спасти, но вернется она не сразу, поскольку теперь ей требуется помощь, да и возвращаться на данный момент особо некуда.
— Складно говоришь, — крякнув и склонив голову набок, заключил староста. — Да вот только маг тоже то чудище видел. Он нам и запретил дом тушить. Неужто и он, как ребенок малый, иллюзии испугался?
— Поговорю с ним, тогда и узнаю, что он там увидел и какого демона такие приказы отдает, — нахмурилась я. — Кстати, а где он?
— Домой недавно пошел, — сообщил Райн. — Вымотался пока ограничительный контур держал.
— Ничего, на разговор силы найдет, — буркнула я. — Ты со мной?