Талант
Шрифт:
– Обойдусь, я на службе. – не без сожаления отказался Милано. – Большой стакан лимонада, пожалуйста. Сегодня слишком жарко.
– Ханжа ты латинская. Ну хоть от колбасок не откажешься? Они здесь отменные!
– Не откажусь, – усмехнулся Лео.
Девушка улыбнулась и ушла.
– Вообще-то я не ханжа, – заметил младший следователь. – Просто у нас в бюро с этим строго.
– У нас тоже. Но у меня вообще-то выходной, который лейтенант нарушил, отправив ко мне посыльного ради очередного орудия убийства.
– Твоя правда, – легко согласился Леонардо.
Подавальщица вернулась с пивом, лимонадом и колбасками.
– Давно мы так не сидели, – сделав щедрый глоток из кружки, сказал Гийом. – А, Латин?
– Ты будешь меня так вечно звать? – хмыкнул Лео, беря свой бокал.
Лимонад был неплох, но Милано почему-то был уверен, что пиво у приятеля вкуснее.
– Ну что поделать. Я же не виноват, что твои родители из южных княжеств. Да и у тебя внешность настоящего латина – темные волосы, крупный нос, резки черты лица.
– Это все глупые стереотипы, – буркнул Милано.
– Я не виноват, что ты им соответствуешь, – хохотнул Гийом. – Разве что не машешь руками по любому поводу.
Лео усмехнулся. В эту игру можно было играть и вдвоем.
– Зато стереотипы о толстых лысых полицейских полностью соответствуют реальности, – перешел в контратаку младший следователь.
Теперь уже Ногар скривился.
– Клевета! С нашей работой я раньше поседею. Ты даже не представляешь какую только дрянь ко мне не несут – ножи, дубинки, камни, бельевые веревки. Отдел по убийствам совсем разленился, находят что-то подходящее и тащат ко мне. Совсем не хотят работать, – сказав это, Гийом приложился к кружке с пивом.
– Кошмары сильно замучили? – с пониманием спросил Леонардо.
– Не очень. Там все… однообразно. Ссора, крики, удар, кровь. Профессионалы следов обычно не оставляют, – вздохнул эксперт полиции. – И это самое неприятное. А у тебя как? Ты ведь эти два года штаны просиживал в академии?
– Просиживал, скажешь мне, – буркнул Лео. – С первого курса мы все так или иначе работали на бюро. Меня несколько раз в неделю поднимал посреди ночи комендант общежития. Курсант Милано, бюро требуется ваш талант! Вот франк, отправляйтесь в центральный офис, вас там ждали вчера!
Сделав глоток лимонада, Лео продолжил.
– Закончил академию, так мне специально выделили квартиру с телефоном, чтобы я всегда был под рукой. Как будто нет других тридцать седьмых в мире.
– Ох, бедняжка с казенной квартирой, да еще и с телефоном, – неискренне вздохнул Гийом. – Как мне тебя жаль!
– Ладно, это я хватанул лишнего, признаю, – усмехнулся Лео и со злостью добавил: – Просто у меня первое настоящее дело, а меня послали выгрызать папку из лап полиции. Бесит!
Гийом рассмеялся:
– А ты прям рвешься в бой? Голой
– Угу. И пусть мне медаль дадут… с закруткой на спине.
– И пожизненную пенсию в тысячу франков. И чтобы выплачивали ее ежедневно.
Леонардо скривился и отодвинул в сторону бокал с лимонадом.
– Извини, ляпнул не то, – смутился одногруппник.
– Да, ничего. Все нормально. Закрыли тему, – сказал Милано. Ему пришлось приложить все силы, чтобы произнести эти слова спокойно.
– Как сестры? – поспешил увести в сторону разговор Гийом.
– Хорошо, уже в третьем классе. И когда только успели!
Милано невольно улыбнулся, вспоминая близняшек. Два маленьких прекрасных стихийных бедствия.
– Чужие дети растут быстро, – заметил Гийом.
– А свои еще быстрее, – усмехнулся младший следователь. – А у тебя как? Все так же один?
– Один. Как же! – рассмеялся Гийом. – Если ты хочешь знать, то ко мне выстроилась целая очередь из невест. Я завидный жених – успешный офицер полиции с прекрасными карьерными перспективами и большим окладом. Уникальный специалист с особым талантом.
– Знаем мы этот «большой» оклад. У меня стипендия была в два раза выше, – не удержался Леонардо.
– Зато мне осталось работать три года, а тебе еще пять, – рассмеялся Ногар.
Это было неприятной правдой, поэтому Милано ее проигнорировал.
– Так твои дамы собираются замуж выходить за талант или за «большой» оклад? – с усмешкой спросил Лео. – Или за все вместе?
– В этом вся проблема, но я ее как-нибудь решу, – покачал головой Гийом и сделал глоток из кружки. – Время у меня еще есть. А у тебя как дела на личном фронте?
– Видимо, я не настолько востребованный специалист, – неискренне вздохнул Милано. – Очереди ко мне пока не выстраиваются.
– Совсем все грустно, Латин? – с наигранным сочувствием спросил полицейский.
– Все сложно. Дамы были не согласны делить меня и бюро. Рано или поздно мы доходили до вопроса прекрасного будущего. Меня ставили перед фактом, что я обязан уйти из бюро, когда истекут обязательные пять лет службы, – разведя руками, сказал Лео. – «Я же не могу быть женой инквизитора!»
– И что в этом такого? Я точно уйду из полиции, когда отработаю свой срок. Стану оценщиком или экспертом. Буду работать пару часов в день и грести франки лопатой.
– Мысль, конечно, интересная, – согласился Лео. – И в школе она очень мне нравилась. Вот только в академии я на нее посмотрел по-другому. Особенно после ночных выездов на места ритуалов. Там порой такое было…
На самом деле таких выездов за время учебы было штуки три от силы, но Милано не стал это озвучивать приятелю.