Талисман
Шрифт:
— Ты боишься?
На лице Ричарда было написано, что он хочет сказать нечто больше, чем просто «Нет, конечно, нет — в это время здесь всегда происходят подобные вещи». К несчастью, Ричард совершенно не умел лгать. Милый старина Ричард.
— Да, — ответил Ричард, — я немного испугался.
— Можно ещё кое-что спросить у тебя?
— Думаю, можно.
— Почему вы разговаривали шёпотом?
Ричард долго смотрел на него, ничего не отвечая, потом повернулся и двинулся вперёд по коридору.
Двери других комнат были как закрытыми, так и открытыми. Джек услышал очень знакомый
— Кто из них курит наркотики? — спросил он.
— Что?! — Ричард даже вскрикнул от неожиданности.
Джек громко шмыгнул носом.
— Улавливаешь?
Ричард вошёл в комнату. Включённая настольная лампа, раскрытый учебник на столе, рок-журнал на кровати. Открытки на стенах: Коста-дель-Соло, Фрозо, Эль-Пасо. На журнале лежали наушники, из которых еле слышно доносилась музыка. И — сигарета в пепельнице, источающая запах марихуаны.
— Если ты рассчитывал, что я пересижу у тебя под кроватью, то кто-то, видно, решил навесить на тебя употребление наркотиков.
— Скорее в этом обвинили бы тебя, — Ричард, как загипнотизированный, смотрел на дымящуюся сигарету, и Джек подумал, что тот потрясён даже сильнее, чем когда-то давно, когда Джек однажды при родителях показал ему фигу.
— Нельсон-Хауз пуст, — заметил Джек.
— Не смеши! — резко возразил Ричард.
— Точно говорю тебе. Здесь остались только мы с тобой. Но более тридцати мальчишек не смогли бы покинуть общежитие без единого звука. Да они и не покидали его; они просто исчезли.
— Разреши поинтересоваться, куда. В Территории?
— Не знаю, — ответил Джек. — Может быть, они все ещё здесь, но на каком-то ином уровне. Может быть, там; может быть, в ещё каком-нибудь месте. Но их неттам, гденаходимся мы.
— Закрой эту дверь, — взволнованно сказал Ричард, и, не дожидаясь, пока Джек выполнит его просьбу, резким движением захлопнул её сам.
— Ты хочешь…
— Я даже не хочу до неё дотрагиваться, — ответил Ричард. — Я пожалуюсь на них мистеру Хейвуду.
— Ты действительно сделаешь это? — насмешливо поинтересовался Джек.
Ричард потупил глаза.
— Нет, вероятно, нет. Но мне это не нравится.
— Непорядок? — спросил приятеля Джек.
— Да. — Они вновь направились в холл.
— Я хочу знать, что происходит вокруг, — спросил Ричард, — и поверь мне, я сумею разобраться в происходящем.
«Это может нанести гораздо больший ущерб твоему здоровью, чем марихуана, Ричи», — подумал Джек, следуя за приятелем.
Они стояли на лестничной площадке, выглядывая в окно. В лучах заходящего солнца Джек увидел скамейку у подножья статуи основателя школы Тейера, и на ней группу ребят.
— Они курят, — сердито воскликнул Ричард. — Они курят прямо на виду.
Джеку вспомнился наркотический дым в холле.
— Да, они курят, — подтвердил он, — и вовсе не те сигареты, которые
Ричард нервно постучал костяшкой пальца по стеклу; лицо его говорило: «То, что происходит у подножья статуи, так же нелепо, как чьё-нибудь замечание о том, что земля плоская, или что нечётные числа могут делиться на два без остатка».
Джеку было от всей души жаль своего приятеля, и он искренне хотел, чтобы тот поскорее оправился от потрясения.
— Ричард, — сказал он, — эти мальчики — не учащиеся Тейера, верно?
— Нет, ты действительно сошёл с ума, Джекки. Они старшекурсники. Я прекрасно знаю каждого из них. Парень в дурацкой шляпе с полями — Норрингтон. В зелёных гетрах — Бакли. Я вижу Гарсона… Литлфильда… тот, который в шарфе. — Этеридж…
— Ты уверен, что это именно Этеридж?
— Конечно, это он! — раздражённо воскликнул Ричард. Внезапно он распахнул окно и до половины высунулся наружу.
Джек попытался втащить его назад:
— Ричард, пожалуйста, послушай…
Ричард ничего не хотел слушать. Он крикнул:
— Эй!
— Нет, не нужно привлекать к себе внимание, Ричард…
— Эй, ребята! Этеридж! Норрингтон! Литлфильд! Какого черта, что за ерунда здесь творится?
Группа ребят прекратила беседовать. Тот, на ком был шарф Этериджа, повернулся на голос Ричарда. Лучи заката освещали его лицо. Ричард зажал себе руками рот.
Правая половина лица действительно напоминала Этериджа — но более взрослого Этериджа, Этериджа, побывавшего там, где приличные мальчики не бывают, и совершившего многое такое, чего приличные мальчики не совершают. Другая половина лица была сплошным месивом шрамов, из которых, подобно кратеру, выступал глаз. Он был будто сделан из мрамора. Из левого уголка рта стекала длинная струйка слюны.
«Это его Двойник, — подумал с неожиданной уверенностью Джек. — Там, внизу, — Двойник Этериджа. Наверное, они все — Двойники. Двойник Твиннера, и Двойник Норрингтона, и Двойник Бакли. Может ли так быть?»
— Слоут! — крикнул псевдо-Этеридж и сделал пару шагов по направлению к Нельсон-Хаузу. Теперь солнечные лучи освещали только изуродованную часть его лица.
— Закрой окно! — прошептал Ричард. — Закрой окно. Я ошибся. Он похож на Этериджа, но это не Этеридж; это мог бы быть его старший брат; но это не Этеридж. Закрой окно, Джекки, скорее закройего…
Двойник Этериджа сделал ещё один шаг по направлению к ним. Изо рта его вырвался долгий вопль.
— Слоут! — кричал он. — Отдай нам твоего пассажира!
Джек и Ричард переглянулись — лица обоих были перекошенные.
Вой прорезал ночь… потому что уже наступила ночь.
В глазах Ричарда Джек увидел то, что заставило вздрогнуть — тень его отца: «Почему ты явился сюда, Джекки? А? Зачем доставляешь мне столько неприятностей?»
— Ты хочешь, чтобы я ушёл? — тихо спросил Джек.