Талисман
Шрифт:
— Что?
Все произошло очень быстро. Джек почти все пропустил. Ричард видел ЭТО и понял ЭТО, но он не смог бы объяснить Джеку. Солнце снова блеснуло на оптическом прицеле винтовки. На этот раз луч попал на Талисман. И Талисман отразил его обратно на стрелка. Так впоследствии Ричард сказал Джеку, но это было то же, что сказать, что Эмпайр стейт билдинг имеет высоту в некоторое количество этажей.
Талисман не просто отразил солнечный свет, он каким-то образом усилил его. Он послал назад толстую полосу света, словно луч смерти в фантастическом фильме. Он
— Он мертвец, — прошептал Гарднер, а потом прицел наполнился огнем. Дымящееся, расплавленное стекло влетело в правый глаз Гарднера. Патроны в магазине винтовки взорвались, разрывая ее на части. Один из осколков срезал большую часть правой щеки Гарднера. Другие куски стали пролетели ураганом мимо Слоута, странным образом не причинив ему вреда. После всех коллизий рядом с ними оставались три Волка. Двое из них дали деру. Третий лежал мертвый на спине, глядя в небо. Курок «уэзерби» вошел ему точно между глаз.
— Что? — заревел Морган. Его окровавленный рот открылся. — Что? Что?
Гарднер выглядел странно, как Уайл И. Койот в мультфильмах серии «Бегун». Он отбросил ружье в сторону, и Слоут заметил, что все пальцы на левой руке Гарднера были оторваны.
Правая рука Гарднера с женственным изяществом вытянула рубашку из брюк. На внутреннем ремне его брюк были прикреплены ножны из тонкой кожи козленка. Из них Гарднер извлек кусок отделанной хромом слоновой кости. Он нажал на кнопку, и на солнце сверкнуло тонкое семидюймовое лезвие.
— Плохой, — прошептал он, — плохой. — Голос повысился: — Все мальчишки плохие! Это аксиома! АКСИОМА!
Он побежал по берегу к деревянному тротуару, на котором стояли Джек и Ричард. Его голос продолжал нарастать, пока не превратился в лихорадочный визг:
— ПЛОХИЕ! ЗЛО! ПЛОХИИИЕ! ЗЛООО! ИИИИИИИИИИИИИИ!
Морган постоял еще секунду, а потом сжал в кулаке ключ, висящий у него на шее. Сжимая его в кулаке, он заодно собрал в кулак свои панические, прыгающие мысли:
Он пойдет к старому ниггеру. Там-то я его и достану.
— ИИИИИИИИИИИИИИИИ! — визжал Гарднер, продолжая бежать, держа перед собой нож.
Морган повернулся и побежал к берегу. Его не беспокоило, что Волки разбежались. Это было не важно.
Он сам разберется с Джеком Сойером и с Талисманом.
Глава 45
В которой многое решается на берегу
Солнечный Гарднер, обезумев, несся навстречу Джеку; с его изувеченного лица лилась кровь. Он был центром разрушительного безумия. Под яркими солнечными лучами, светившими, казалось, впервые за десятилетия, Пойнт-Венути представлял собой руины зданий, разломанных труб и тротуаров, поднявшихся, как книги, сдвинутые на полке. То тут, то там валялись настоящие книги; их разорванные обложки трепыхались в неровных трещинах на земле. За спиной у Джека отель «Эджинкорт» издал звук, похожий на стон, затем Джек услышал шум тысяч ломающихся
— У него нож, Джек, — прошептал Ричард.
Изуродованной рукой Гарднер измазал кровью свою когда-то безупречно белую рубашку. «ПЛОХИИИИИЕ!» — визжал он; его голос был едва слышен на фоне шума прибоя и шумов продолжающегося разрушения: «ИИИИИИИИИИИИ…»
— Что ты будешь делать? — спросил Ричард.
— Откуда мне знать? — ответил Джек, и это был самый правдивый ответ, какой он мог дать. Он не представлял, как поступить с сумасшедшим. Но он должен был отразить его нападение. Он был уверен в этом. «Тебе надо было убить обоих братьев Эллис», — сказал он.
Гарднер, по-прежнему пронзительно визжа, бежал по песку. Он все еще был на приличном расстоянии, примерно на полпути между концом забора и отелем. Красная маска покрывала его лицо. Из его бесполезной левой руки на песок лился кровавый поток. Расстояние между ним и мальчиками, казалось, сократилось вдвое за секунду. Был ли Морган Слоут уже на берегу?
— Зло! Аксиома! Зло! — вопил Гарднер.
— Переносись! — громко сказал Ричард,
и Джек
перенесся
так же, как внутри Черного отеля.
И обнаружил себя стоящим под ослепительным солнцем Долин перед Осмондом. Большая часть уверенности сразу покинула его. Все было по-прежнему, но все было иным. Не оглядываясь, он понял, что за его спиной было нечто гораздо худшее, чем «Эджинкорт». Он никогда не видел замок снаружи, замок, которым стал в Долинах отель, но он каким-то образом знал, что из огромных дверей к нему тянулся длинный язык… и что Осмонд пытается оттеснить их с Ричардом к замку.
Правый глаз Осмонда закрывала повязка, на левой руке была грязная перчатка. Спутанные хвосты его кнута свисали с плеча.
— О да, — наполовину прошипел, наполовину прошептал он, — этот мальчик. Мальчик Капитана Фаррена.
Джек прижал Талисман к животу. Ремни кнута поползли по земле, послушные руке Осмонда, как скаковая лошадь — жокею. «Какая польза мальчику от того, что он получит стеклянный шар, если он потеряет весь мир?» Кнут, казалось, сам оторвался от земли. «НИКАКАЯ! НИКАКОЙ!» Проявился истинный запах тела Осмонда, запах грязи, гниения и разложения; лицо его сморщилось, словно в него ударила молния. Он улыбнулся ясной и пустой улыбкой и замахнулся кнутом.
— Козлиный хвост, — сказал Осмонд почти любовно. Хвосты кнута со свистом понеслись навстречу Джеку, который отпрянул назад, но недостаточно далеко.
Ричард схватил его за плечо, когда они перенеслись обратно, а ужасный, словно смеющийся свист кнута просто растворился в воздухе.
— Нож! — услышал он голос Спиди.
Борясь с инстинктом, Джек шагнул вперед, в пространство, в котором находился кнут, а не назад, куда стремилось все его тело. Рука Ричарда упала с его плеча, а голос Спиди стих. Джек прижал левой рукой Талисман к животу и вытянул вперед правую. Его пальцы каким-то волшебным образом схватились за костлявое запястье.