Талисман
Шрифт:
В противоположной башне Дамфриса Роберт Брюс осторожно проскользнул в дверь и плотно закрыл ее за собой. Джори уже ждала его. Она была раздета и встретила его лукавой улыбкой:
– Тебе все-таки понадобилось несколько минут, чтобы вспомнить римские изображения фаллосов на стене Адриана.
Роберт рассмеялся, перебрасывая подаренную ею безделушку с руки на руку.
– Ах ты, распутница! Не думаешь же ты, что я надену это на себя?
– Конечно, нет, милорд. Я сама собираюсь надеть это на тебя. Раздевайся!
Всю ночь в одной из высоких башен Дамфриса звенел веселый рождественский колокольчик.
Глава 24
На
– Ваша хорошенькая головка пусть не волнуется за маленького лорда, леди Джейн. Я возьму его под свое крыло, как старая опытная наседка, и вы сможете немного повеселиться.
– Брюс привез чудесную колыбель, которую нужно поставить в центре зала. Пока мы будем праздновать Рождество, Новый год и крещение Линкольна Роберта, я хочу, чтобы сын проводил с нами как можно больше времени. Сегодня праздник только для живущих в замке и воинов де Уорена, но завтра к ним присоединятся горожане Дамфриса. За эти несколько дней сотни людей захотят взглянуть на наследника лорда.
– Только взглянуть? Я уж присмотрю за этим! Никаких подбрасываний вверх и хихиканья, пока маленький лорд не отрыгнул свое молочко!
– Боже мой! Я об этом не подумала. Ты считаешь, гости могут так себя вести?
– Если я не буду стоять на страже, они начнут хватать его своими грязными руками и передавать друг другу, будто вчерашний пудинг!
Джейн обрадовалась, что Грейс Мюррей похожа на дракона.
– Принесешь его наверх, перед тем как в зале накроют обед, и я покормлю его.
В комнате Джейн, с трудом скрывая волнение, появились Марджори и Элизабет.
– Боже мой, ты еще не принимала ванну и не одевалась? – спросила Джори.
– Я уже вымылась, мне осталось только надеть то чудесное платье, которое ты мне вчера подарила.
– Это не от меня, а от святого Николая, и я предполагаю, что у него есть еще сюрпризы для тебя, леди Джейн!
– Ты так добра, Джори!
– Я слишком добра, черт побери, но в ближайшие несколько дней я намерена быть гадкой, и если у тебя есть хоть капля здравого смысла, ты последуешь моему примеру. Замок будет полон мужчин – так давай заставим их плясать под нашу дудку! Ты молода, красива, и я хочу, чтобы ты получила заряд веселья и смеха, который будет поддерживать тебя темной и холодной зимой, – сказала Джори и переключилась на юную де Бург. – Мы обе должны позаботиться о том, чтобы Элизабет было весело. Она оказалась далеко от родного дома и почти не видит отца. Девочка надеялась увидеться с ним на Рождество, но граф Ольстер дал клятву Эдуарду Плантагенету покорить Францию.
– С таким союзником, как де Бург, король не может потерпеть поражение, – заметил Линкс де Уорен, спускаясь по лестнице; его взгляд упал на Джейн и ее нижнюю юбку из тонкого батиста. – Я пришел помочь Джейн одеться, если вы будете так добры и ненадолго оставите нас наедине.
– Размечтался, братец! Джейн еще рано отвечать на твои заигрывания. Приходи через неделю.
Элизабет покраснела и захихикала. Она только недавно стала понимать непристойные намеки Джори.
– Постыдилась бы портить ребенка! – строго произнес Линкс. – Я подозреваю, что ты дурно влияешь и на Джейн, и на Элизабет.
– Ты еще будешь доволен тем, как я «порчу» Джейн,
Внезапно дверь распахнулась и в комнату ворвался глава рождественских увеселений.
– Где здесь прячутся прекрасные женщины? – воскликнул Найджел Брюс. – Каждая из вас заплатит мне штраф в виде поцелуя за то, что вы заставили нас ждать!
Элизабет захотела быть первой, а затем свой штраф долгим и страстным поцелуем уплатила Джори. Когда Найджел схватил увернувшуюся Джейн за юбку, Линкс остановил его:
– По-моему, леди не нравятся такие игры.
Найджел бросил на него полный жалости взгляд, а Джори сказала:
– Мой брат слишком стар, чтобы помнить, как нужно веселиться.
В зале собралось столько народу, сколько эти стены не видели за всю историю замка. Столы ломились от различных яств и сладостей, а в центре толпился веселящийся люд.
Единственные стулья стояли на помосте рядом с красивой колыбелью, подарком Брюса. Счастливый отец пробрался между танцующими к помосту, опустил сына в колыбель, а Грейс Мюррей и два оруженосца сели на стулья, чтобы охранять новое сокровище Дамфриса. Тотчас образовалась очередь из желающих взглянуть на младенца.
Праздничные обряды представляли собой смесь английских, шотландских и валлийских обычаев. Сотня самых сильных мужчин притащила в зал сжигаемое в сочельник полено пятидесяти футов длиной и три фута в обхвате. Рождественское веселье рекой выплескивалось из чаш с пуншем, бочонков с элем, кувшинов виски и бутылей медового напитка. Все подоконники были украшены падубом и плющам, а в каждом дверном проеме или арке замка сверкала белыми ягодами огромная ветка омелы.
Замок был наводнен шотландскими волынщиками, валлийскими арфистами и английскими барабанщиками. Другие музыканты играли на флейтах, бубнах и колокольчиках, но все инструменты вместе не могли заглушить шум толпы, которая с самозабвением отдалась играм и забавам. Глава рождественских увеселений поспевал везде, сея суматоху, требуя уплаты шутливых штрафов и подбивая народ на забавные проделки.
В одиннадцать часов зал освободили и впустили всех детей Дамфриса. Их восторг невозможно было описать. Джейн, Марджори и юная Элизабет руководили играми, веселыми состязаниями, песнями и танцами. Затем Джейн встала рядом с отцом и начала раздавать подарки. Каждый ребенок получил игрушку и что-нибудь из одежды, а еще ему разрешалось набрать себе сладостей. Рядом с горами яблок и орехов стояли огромные подносы с ирисками, леденцами из патоки и забавными марципановыми зверюшками.
Линкс смотрел, как Джейн бегает с ребятишками, и только сейчас понял, как же она молода. Он догадался, что все это организовала именно его нареченная. «Пока я был в Эдинбурге, здесь, похоже, вовсю кипела работа по подготовке этого праздника».
После дневной трапезы со столов убрали еду и заполнили их подарками для всех, кто работал в замке. Джейн с помощью отца и брата Эндрю одарила каждого слугу. Она вручила всем женщинам семьи Лесли по теплой накидке, а братья получили новые камзолы. Меготте был приготовлен украшенный затейливой резьбой ящичек для снадобий.
Наконец Джейн поймала взгляд Линкса и жестом пригласила его присоединиться к ним. Затем подняла обе руки и, когда шум в зале превратился в негромкий гул, со слезами на глазах объявила: