Талисман
Шрифт:
— Разумеется, Азамат! — крикнул ему вдогонку Фархад.
— Передай своей маме большое спасибо, — добавил Фарух и пошел к лестнице, чтобы снова подняться на крышу.
Он спустился к ним через несколько минут, держа в руках два фаянсовых кувшина, которые поставил на край стола. В одном из них было свежее молоко, а в другом густые сливки, которые чудесно пахли.
— Отец, можно я пойду и немного отдохну. Я что-то так устал за ночь, что глаза закрываются, — Фарух прикрыл лицо руками и широко зевнул.
— Конечно, конечно, — Фархад сделал движение рукой, показывая сыну, что он может уходить. — Я сам все расскажу нашим гостям.
Он взял в руки
«Как здесь хорошо, — подумала Дильфуза. — Я бы осталась здесь жить. Вот только родители мои, наверное, волнуются. Надеюсь, что джанниды помогут мне вернуться домой. Но только после того, как я помогу Рустаму. Только после этого».
Судя по всему, похожие чувства испытывали и ее друзья. Она посмотрела на принца, который безмятежно раскинулся на стуле, подставив лицо теплым лучам солнца, пробивающимся сквозь листву яблоневых и айвовых деревьев, высаженных вокруг дома. Сардор и Кахрамон тихо попивали чай и думали каждый о чем-то своем. Тишину нарушил хозяин дома Фархад.
— Нам удалось кое-что выяснить, — начал он свой рассказ. — Мы думаем, что джинн, который вас преследовал, был отправлен в наш мир много сотен лет назад. Поэтому, наверное, никто из джаннидов не заметил его прибытия. Он уже был здесь.
— А зачем он был сюда направлен? — спросил, не удержавшись, принц Рустам.
— Это было наказание за преступление, за убийство, — и Фархад последовательно изложил ребятам все сведения, которые ему удалось найти в архиве джаннидов.
Принц, сдвинув брови к переносице, внимал каждому его слову. Сардор затаил дыхание, боясь упустить хоть одно из них. Когда Фархад начал говорить о таинственном шаре и пери, Кахрамон поежился, зажмурил глаза и потряс головой, пытаясь понять, не снится ли ему все это. Дильфуза тоже не могла скрыть своего изумления.
«Вот это история, вот это да!» — подумала девушка.
— Вот и все, что мы знаем об этом, — закончил Фархад свое повествование. — Но я не уверен, что джинн, о котором были оставлены сведения в нашем архиве, и есть тот самый джинн, который попал в руки визиря Хамида.
— А я думаю, что это он и есть, уважаемый Фархад, — принц Рустам посмотрел на джаннида. — Я вспомнил, что тогда, в зале совета, визирь Хамид достал какой-то маленький черный предмет и произнес слово, которое я плохо расслышал. Но сразу же после этого из предмета вырвался на волю джинн, и начали происходить все события, о которых мы вам уже рассказывали.
— Его имя Ахрор, — задумчиво обронил Фархад.
И тут принц Рустам все вспомнил так отчетливо, как будто это произошло всего пару часов назад. Он вспомнил, как Хамид поставил перед собой на стол черную пирамидку, откинул ее крышку и произнес именно это слово: «Ахрор». И как после этого из нее вырвался столп черного дыма и появился джинн с двумя парами горящих красным огнем глаз.
— Это он. Это тот самый джинн, — прошептал принц Рустам. — И он находится в руках моего врага.
— Ну, раз мы знаем, с кем нам придется иметь дело, то, следовательно, нам известно, как его победить, — произнесла оптимистичным тоном Дильфуза. — Правда, дядя Фархад? — и замерла в ожидании, что джаннид подтвердит ее слова.
— Боюсь, что должен тебя разочаровать, Дильфуза, — ответил Фархад. — Мы не знаем, как можно уничтожить джиннов вообще и этого джинна в частности.
Он с жалостью посмотрел на сидевших вокруг стола ребят, лица которых стали постепенно грустнеть и в глазах которых начали разгораться тревожные огоньки.
— Более того, — продолжил Фархад,
Хамид посмотрел на людей, сидевших вокруг стола и ожидавших его решений. Они готовы были работать под его руководством. Но можно ли было им доверять?.. В этом он сильно сомневался. Полностью Хамид мог положиться только на Бахтиера, который был с ним еще до того, как он стал падишахом. И еще он мог доверять Ахрору, который поневоле оказался в его собственности и был вынужден абсолютно во всем ему подчиняться.
— Приветствую вас, — наконец-то нарушил молчание Хамид. — У меня мало времени, поэтому буду краток. Я планирую начать завоевание нашего мира, к чему мы приступим сейчас же, после окончания совета.
Среди присутствующих, которые до этого момента сидели, опустив головы, и лишь изредка бросали быстрые и осторожные взгляды в сторону Хамида и мудреца Бахтиера, раздались негромкие возгласы удивления. Взоры почти всех сидевших вокруг стола военачальников мгновенно устремились к Хамиду.
— У вас три дня, чтобы подтянуть войска к столице. Мы выступаем на север. Без объявления войны мы нападем и захватим страну наших соседей, территория которой простирается далеко на северо-запад. После этого мы пойдем на запад, до великого моря, и будем захватывать все страны, находящиеся на нашем пути, одну за другой. В случае мирной капитуляции, мы не будем убивать живущих там людей. В случае оказания сопротивления, все непокорные будут казнены немедленно. В этом мне поможет джинн, который одним своим видом способен объяснить людям всю серьезность моих намерений. Мне достанутся новые земли, несметные богатства, которыми я щедро поделюсь со всеми, кто будет служить мне верой и правдой. Но больше всего меня привлекает власть, которой скоро я буду обладать. Мы будем продолжать захват до тех пор, пока хотя бы две трети нашего мира не окажутся под моей властью. После этого, я думаю, что правители оставшихся государств нашего мира сами придут ко мне и добровольно сдадутся. Вот такая работа ждет нас в ближайшее время, — Хамид умолк, ожидая реакции членов совета.
— Если мы выведем все войска из страны, то сделаем уязвимыми наши границы и живущих в стране людей. Нужно оставить хотя бы часть армии для поддержания порядка внутри государства, — довольно решительно подал голос со своего места начальник службы безопасности.
— Согласен, — сказал Хамид. — Приказываю оставить восточное подразделение армии для подавления мятежей и восстаний, которые могут начаться с моим отъездом из столицы. — Ты, Бахтиер тоже останешься здесь, чтобы любая ситуация сразу же оказалась под твоим надежным контролем. И будешь сообщать мне каждый день обо всех происходящих событиях.
Мудрец Бахтиер, воображение которого уже в самых сочных красках нарисовало ему всевозможные богатства, которые он должен был получить во время захвата новых земель, не смог скрыть своего разочарования.
— Я бы хотел отправиться вместе с вами в поход, — посмел возразить он.
Хамид метнул в него злобный взгляд.
— Меня не интересуют твои желания, Бахтиер. Ты сделаешь то, что я тебе приказываю. У меня нет времени для объяснений. Все, — резко осадив своего ближайшего помощника, новоявленный падишах отвернулся от него и продолжил в гнетущей тишине: