Талтош
Шрифт:
– Мы много о тебе знаем, – сказала Чародейка.
Я облизнул губы.
– Ладно, тогда вы знаете, что я не…
– Достаточно близко, – сказал Маролан.
– Суть заключается, – сказала Сетра Лавоуд, прежде чем я успел ответить, – в своеобразной охранной системе Лораана.
– Гм… ладно, – сказал я. – Расскажи мне о ней.
– Он наложил на весь свой замок заклятия, которые позволяют следить за каждым человеческим существом, так что любой незваный гость будет немедленно обнаружен. Ни Маролан, ни я не в силах преодолеть
Я коротко рассмеялся.
– И вы думаете, я смогу?
– Ты плохо слушал, – сказал Маролан. – Его заклятия обнаруживают человеческие существа, но не восточников.
– О, – сказал я, – вы уверены?
– Да, – сказала Сетра. – И мы также знаем, что он вполне уверен в своей охране, поэтому вряд ли у него есть еще что-то, что могло бы обнаружить тебя.
– Вы знаете, как его замок выглядит изнутри? – спросил я.
– Нет. Но я уверена, у тебя есть возможности…
– Да, может быть.
– Маролан будет готов помочь тебе, – продолжала Сетра, – как только ты окажешься внутри.
Мой внутренний голос отметил, что Сетра явно, предполагает, будто я намерен совершить подобное безумие, и что ей может не понравиться, когда она узнает, что я не желаю принимать в этом никакого участия. Но мне стало любопытно, может быть, лучше сказать, интересно.
– Ну? – спросил Маролан.
– Что – ну? – спросил я.
– Берешься?
Я покачал головой.
– Извини, я не вор. Как я уже сказал, я только все испорчу.
– Ты справишься, – сказал Маролан.
– Ну конечно.
– Ты с Востока.
Я окинул взглядом свое тело, ноги и руки.
– Нет, в самом деле? Вот не знал.
– Та, чья душа живет в этом жезле, – сказала Сетра Лавоуд, – наш друг.
– Прекрасно, – сказал я. – Но это не…
– Семь тысяч золотых империалов, – сказала она.
– О, – помолчав, сказал я. – Наверное, хороший друг, а?
Она ответила мне улыбкой.
– Деньги вперед, – сказал я.
Мой дед религиозен, хотя никогда этого не подчеркивал. Мой отец отрекся от восточных богов так же, как от всего восточного. Естественно, что я очень много времени тратил на расспросы деда о восточных богах.
– Но, Нойш-па, некоторые драгейриане тоже поклоняются Вирре.
– Не называй ее так, Владимир. Ее следует называть Богиня Демонов.
– Почему?
– Если произнести вслух ее имя, она может обидеться.
– Она же не сердится на драгейриан.
– Они не поклоняются ей так, как мы. Многие из них знают о ней, но думают, что это просто некто, обладающий силой и могуществом. Они не понимают сущность богини так, как мы.
– Что, если они правы, а мы ошибаемся?
– Владимир, это не “правда” и “неправда”. Это различие между нашим и их родом – и родом богов.
Я задумался, но так и не смог этого осмыслить.
– Но какая она? – спросил я.
– Ее настроение часто меняется, но на хорошее отношение она
– Она как Барлан?
– Нет, Барлан – ее противоположность во всех отношениях.
– Но они же любовники.
– Кто тебе это сказал?
– Некоторые драгейриане.
– Что ж, возможно, это правда, но это не касается ни меня, ни тебя.
– Почему ты поклоняешься Вир… Богине Демонов, а не Барлану?
– Потому что она покровитель нашей земли.
– Это правда, что она любит кровавые жертвоприношения? Мне про это сказали драгейриане.
Он ответил не сразу.
– Есть другие способы поклоняться ей и привлечь ее внимание. В нашей семье мы не совершаем кровавых жертвоприношений. Ты понял?
– Да, Нойш-па.
– Ты никогда не принесешь в жертву живую душу ни ей, ни какому-либо другому божеству.
– Ладно, Нойш-па. Обещаю.
– Ты клянешься своей силой, как колдун, и своей кровью, как мой внук?
– Да, Нойш-па. Клянусь.
– Хорошо, Владимир.
– Но почему?
Он покачал головой.
– Когда-нибудь ты поймешь.
Это был один из тех немногих случаев, когда мой дед ошибался: я так никогда этого и не понял.
Телепортация обратно в контору доставила мне не больше удовольствия, чем любая другая. День клонился к вечеру, и игра в шаребу в соседней комнате была в самом разгаре. Мелестав уже ушел, так что я подумал было, что в конторе никого нет, пока не заметил Крейгара, сидящего за столом Мелестава. Лойош слетел мне на плечо и потерся головой о мое ухо.
– Как дела, босс?
– Ну, в общем…
– Что такое?
– Это трудно объяснить, Лойош. Хочешь стать вором?
– Как дела, Влад?
– Хорошая новость состоит в том, что никто не пострадал.
– И?
– И Сетра Лавоуд существует на самом деле.
Он уставился на меня, но ничего не сказал.
– Ну, так что случилось, босс?
– Придется мне за это взяться, Лойош.
– Крейгар, – сказал я, – дело осложняется. – Я сделал паузу. – Ладно, сядь и расслабься. Я все тебе расскажу.
Было бы неплохо точно определить момент, когда я перестал бояться драгейриан и начал давать сдачи, но я не могу этого сделать. Это наверняка было до смерти отца, а он умер, когда мне исполнилось четырнадцать. Он довольно долго болел, так что его смерть не стала для меня неожиданностью и, собственно, не слишком меня расстроила. Он подхватил какую-то заразу и не позволил деду его лечить, поскольку считал это колдовством, а отец хотел быть драгейрианином. Он ведь купил себе титул Джарега, не так ли?