Тамара Величковская

Величковская Тамара Антоновна

Цветок и камень

Цветок и камень… Сколько лет Живой цветок и мертвый камень Вели войну. За жизнь и свет Природа борется веками. Не скоро наступает день Преодоленья и награды. Но вот, разрушила сирень Многовековую преграду. Громаду тяжкую она Корнями медленно толкала С таким упорством, что стена Не выдержала и упала! Теперь светло на высоте… Но обнаженный корень каждый Опору ищет в пустоте И гибнет медленно от жажды.

«Представь

себе… Бескрайними веками…»

Представь себе… Бескрайними веками То просыпаясь, то опять дремля, Кружащаяся вместе с облаками, Израненная дерзкими руками, С кладбищами, церквами, кабаками, С больницами, театрами, лотками — К созвездью Лебедя летит Земля.

Утро

Рань да тишь, Тишь да рань, Раскрывается герань В глиняной прохладной кружке. Золотятся лип верхушки, Розовеют скаты крыш. Рань да тишь… Тень и свет, Свет и тень, Будет очень жаркий день, Очень синий, очень длинный, Расцветут кусты жасмина, Но осыплется букет. Тень и свет… Синь, теплынь, Зелень, синь, Пахнет горечью полынь Милый голос ясно слышен Из-за веток красных вишен, Золотится завязь дынь. Синь… теплынь… 1952

«Окно так близко у постели…»

Окно так близко у постели, Как будто бы я сплю в саду — Всю ночь деревья шелестели, Всю ночь я видела звезду Почти над самой головою. Порою ветер залетал И оттого клочок обоев Как будто птица трепетал. И снились мне цветы морские, Дыханье сосен и весны — То были сны не городские, Но удивительные сны. …………………………………. А утро выдалось такое, Как будто бы для всей земли Настали света и покоя Напрасно чаемые дни. 1950

Яблоня

Сиротливая яблонька в поле Рассказала о жизни своей, О весенней, нерадостной доле Расцветающих белых ветвей. Рассказала, что клен ей не пара, Что недолог ликующий день, Что от темных орешников старых Ей на кудри спускается тень… Сиротливая яблонька в поле, Я помочь не сумею — прости — Не легка твоя женская доля, Улыбаясь сквозь слезы, цвести.

Кактус

Посв. Я.Н. Горбову

Вырос кактус словно марсианин Маленький, щетинистый и злой… По утрам весеннее сиянье Он пронзает острою иглой. Весь колючий, круглый и корявый, Норовит мне палец уколоть, Как наросты незастывшей лавы Громоздится кактусова плоть. Пыжится щетиною лиловой, Словно маленький сердитый еж, Толстенький, трехрукий, двухголовый — Марсианин! Что с него возьмешь? А потом большая бородавка Вспухла на щетинистом носу, Частоколом выросли булавки, Предварив грядущую красу — И цветок раскрылся алым цветом, Радостный как ранняя весна, Как любовь Ромео и Джульетты И

такой же нежный как она. Каждый шип вокруг него отточен, Как опасный маленький стилет: Знает кактус до чего непрочен И недолог на земле расцвет. 1978

«Дождь прошел сегодня ночью…»

Дождь прошел сегодня ночью… Поутру, над головой, Каждый листик сбросить хочет Тучный бисер дождевой. И прохлада капель метких Орошает, засверкав, За протянутую ветку Зацепившийся рукав. А вдали, на кочке липкой, В стороне от спящих дач, Расправляет мак с улыбкой Свежевымытый кумач. 1946

«Мы думаем, что правда в настоящем…»

Мы думаем, что правда в настоящем, Но и оно обманно и темно И та звезда, что кажется блестящей Погасла, может быть, давно. Что любим мы и что мы ненавидим? Что значат наши «да» и «нет»? Звезда, которой мы еще не видим Горит, быть может, много лет. 1957

На ходу

Юбка покорная шагу, Радостным флагом платок Полный прохлады и влаги Просится в руки цветок. Белая бабочка реет, Вдруг приникает к плечу… Если шагать побыстрее, Кажется будто лечу Мимо дорожных обочин. Песенкой тянется путь, Шаг мой свободен и точен, Ветром наполнена грудь. Как это поле люблю я, Как неустанно пою Вечную прелесть земную, Милую землю мою. 1958

«Не странно ли, что я тебя…»

Не странно ли, что я тебя Глазами памяти не вижу? Ведь с каждым днем душа моя К твоей душе подходит ближе. Я вспоминаю много раз, Не собирая воедино, То глубину печальных глаз, То очертанья пальцев длинных, То легкий иней у висков — Предельное очарованье… Так стерты лики образков От слишком частых целований. 1945

«Давно не ходят поезда…»

Давно не ходят поезда По этих рельсам полуржавым — Отсюда Рим или Варшава, Как отдаленная звезда. Вокзальной, шумной суеты Здесь никогда уже не будет И не растопчут больше люди Цветов Куриной Слепоты… Шумят суровые дубы, Спадают желуди устало. У пней, как темные кристаллы Растут какие-то грибы. Неугомонный молодняк Подходит к насыпи вплотную И прожигая тень лесную На рельсах вспыхивает мак! Трещит без умолку сверчок, По шпалам ползают улитки И тянет шелковую нитку От рельсы к рельсе паучок… Под вечер пахнет по ночному Цветенье одичалых роз. А ночью маленькие гномы Смеясь, играют в паровоз. Они дорогу освещают Зелено-синим светлячком, И каждый весело качает Остроконечным колпачком. И призрак поезда стремится За вешним ветром по пятам В то царство, что порою снится Поэтам, детям и цветам.