Тамариск Роу
Шрифт:
Клемент узнает, почему девочка чуть не умерла на исповеди Однажды утром, когда некоторые мальчики в школе Святого Бонифация говорят о Голубой Нэнси, и кто-то рассказывает, как он видел ее прошлой ночью, выползающей из той же исповедальни, где раньше был скелет мертвой женщины, а кто-то еще говорит, что Голубая Нэнси, вероятно, имела какое-то отношение к убийству мертвой девочки, и остальные ждут, что кто-то скажет, что она определенно имела отношение и что он знает истинную историю об этом, мальчик по имени Альфи Бранкателла, который редко улыбается или видит смысл в какой-либо шутке или рассказывает историю, которую кто-то готов слушать, торжественно объявляет, что он знает все о девушке, которая чуть не умерла в исповедальне, потому что она подруга его тети. Никто не останавливается, чтобы послушать, но Клемент ждет, пока другие мальчики уйдут, а затем просит Альфи рассказать ему историю. Альфи Бранкателла говорит, что его мать ездила навестить его тётю Терезу, а тётя Тереза знает женщину на своей улице, которая присматривает за девочкой по имени Стелла, потому что Стелла заболела и ей пришлось уехать в Мельбурн. Сейчас ей намного лучше, и, возможно, скоро она родит. Клемент спрашивает, где живёт Стелла. Альфи отвечает, что, вероятно, рядом с домом тёти, по адресу Жасмин-стрит, 22, Корништаун, там, где останавливаются и разворачиваются корнуоллские трамваи.
Климент пытается узнать на исповеди, что же на самом деле произошло той ночью, но
Мальчик
Августин рассказывает Клименту, как избежать искушения
Августин долго стоит в глубокой соломе денника Стерни, проводя сначала проволочной скребницей, а затем мягкой щетиной по блестящей шерсти лошади. Сквозь оцинкованную железную перегородку он слышит детские голоса. Он перестает гладить лошадь и прислушивается, потому что давно не интересовался играми и увлечениями сына. Одна из девушек Гласскоков говорит, что любит парня из колледжа братьев, который подарил ей прекрасную картину с изображением младенца Иисуса и его матери. Клемент говорит, что любит девушку, но её имя – тайна. Парень из Гласскоков утверждает, что это Маргарет Уоллес, дочь бакалейщика. Клемент объясняет, что Маргарет – не его настоящая девушка, а просто та, кого он иногда целует и обнимает. Гласскоки требуют рассказать больше о тайной девушке, и он отвечает им, что она никогда не позволяла ни одному парню целовать себя или смотреть на свои штаны. Кто-то пытается напугать Клемента, говоря ему, что все знают девушку, которую он имеет в виду, и что они будут дразнить ее из-за Клем Киллетон, когда увидят ее в следующий раз.
Августин поднимает ведро и грохочет им. Разговор внезапно прекращается.
Дети Гласскоков вскоре снова заговорили, но Клемент громко заявил, что ему нужно помочь отцу, и он надеялся, что им понравились все сказки, которые он им только что рассказал. Вечером, допив чай, Августин пригласил Клемента сесть рядом. Пока мальчик садился, Августин взглянул на жену. Она подошла к раковине и, притворившись, что не слушает, звякнула тарелками. Августин сказал, как жаль, что по пятницам и субботам у него всегда важные дела, связанные с гонками, иначе они втроём могли бы регулярно исповедоваться всей семьёй. Он спросил мальчика, исповедуется ли весь класс в школе перед первой пятницей и исповедуется ли он, Клемент, честно и по-скромному. Клемент торжественно ответил, что да. Августин предупредил сына, что самые отвратительные грехи – это те, которые совершают мальчики и девочки, юноши и девушки, когда остаются наедине. Клемент ответил, что ничего об этом не знает. Миссис Киллетон перебивает его и говорит, что ей жаль говорить об этом, потому что она собиралась постараться забыть об этом, но однажды уже застукала Клемента за непристойными разговорами с молодым Найджелом Гласскоком. Августин с грустью говорит, что позже узнает от неё всю историю. Он велит Клементу не приближаться к Гласскокам и другим детям из государственной школы, пока тот не забудет об их глупых играх и разговорах, и что если ему иногда одиноко из-за отсутствия братьев, сестёр или друзей, которые приходят играть к нему, то нет ничего плохого в том, чтобы восхищаться какой-нибудь хорошей девочкой из школы Святого Бонифация издалека, но у него будут серьёзные проблемы, если он приблизится к ней или скажет ей что-нибудь глупое. Августин поворачивается к жене и говорит, что, по его мнению, дети постоянно говорили о парнях и девушках, когда она училась в государственной школе. Она говорит, что, конечно, они немного поработали, но раньше она считала это ерундой, да и вообще, это были здоровенные дети лет тринадцати-четырнадцати, а Клемент ещё совсем юный. Позже тем же вечером, пока Клемент катал шарики по коврику в гостиной, Августин предупреждает его, что он слишком много мечтает в одиночестве. Августин осматривает свою маленькую полку с книгами, к которым редко прикасается, и берёт «Человек-застенчивый» Фрэнка Далби Дэвисона. Он говорит Клементу, что «Человек-застенчивый» – одна из лучших книг, которые он когда-либо читал, и что она отвлечёт мальчика от той ерунды, которую он, вероятно, нахватает, насмотревшись американских фильмов. Клемент внимательно читает «Человек-застенчивый» следующие несколько вечеров и тихо плачет над последней главой. Следующую субботу он проводит один на заднем дворе, проектируя огромную скотоводческую площадку без ограждения, где…
Мужчина каждый день отправляется в длительные поездки верхом с женщиной, которая училась в государственной школе в буше, но никогда не показывала мужчине ни одной части своего тела до встречи с любимым. Вместе они спешиваются и крадутся к водопою, который они запретили своим скотникам беспокоить, потому что каждую ночь туда приходит на водопой стадо диких коров.
Они всматриваются сквозь колючие заросли кустарника, чтобы увидеть, с какой из своих коров и тёлок бык готовится к случке. Они стараются не давать диким коровам учуять их запах, потому что те до сих пор считают, что весь австралийский буш принадлежит им. Мужчина надеется, что, наблюдая за скотом, его девушка научится, как им следует поступать, когда они поженятся, ведь её собственные отец и мать никогда бы ей об этом не рассказали, а она настолько чиста, что он не любит с ней говорить об этом. Когда огромный бык наконец взбирается, хрипя и хрипя, на молодую тёлку, которую ещё ни разу не спаривали, его вес оказывается слишком большим для неё. Она пошатывается и падает, а бык распластывается на ней. Молодая женщина бросается в объятия мужчины, плача и дрожа. Мужчина призывает её быть смелой и просит объяснить, почему ей не нужно бояться, что с ней случится что-то подобное.
Клемент узнает больше о Фокси-Глене
Тереза Риордан и её девушка, имени которой Клемент до сих пор не знает, сидят боком на нижней ветке шелковицы в огороженном саду, который является лишь частью запутанной системы цветников, папоротников и кустарников вокруг дома Риорданов. Тереза обвиняет Клемента Киллетона в вечном желании поговорить о непристойностях. Она спрыгивает на лужайку, обеими руками придерживая юбку на бёдрах, затем идёт к дому. Она кричит другой девушке, что Клементу разрешено приходить к Риорданам только потому, что его отец должен мистеру Риордану сотни фунтов и всё ещё хочет занять ещё. Когда Тереза заходит в дом, другая девушка спрашивает Клемента, знает ли он на своей улице девушек её и Терезы возраста. Он отвечает, что Синтия Гласскок примерно их возраста. Она спрашивает, заметил ли он что-нибудь новое в последнее
отвечает, девочка смеётся и говорит – это доказывает, что ты на самом деле не видишь эту девочку без одежды, потому что если бы видел, то заметил бы, как она изменилась после того, как ей исполнилось тринадцать. Затем девочка спрашивает его, узнал ли он что-нибудь ещё о Лисьей Долине Терезы. Он признаётся, что нет, и просит девочку дать ему несколько подсказок о ней. Она спрашивает, что он хочет знать об этом. Он спрашивает, как давно эта вещь у Терезы. Девочка отвечает, что мать или бабушка Терезы подарила её ей, когда она была совсем маленькой. Он спрашивает, имеет ли это какое-либо отношение к религии или католической церкви. Девочка колеблется, потому что сама не католичка, а затем отвечает, что Господь Иисус иногда может смотреть на неё, но даже Ему не позволено к ней прикасаться. Клемент спрашивает, что знают о ней мистер и миссис Риордан. Она говорит ему, что у них есть своя Лисья Долина, с которой они играют, и которую они держат запертой в шкафу. Мистер Риордан хотел бы иногда выносить Терезу на улицу и играть с ней, но миссис Риордан помогает Терезе держать её подальше от него. Он спрашивает, забудет ли Тереза о ней или выбросит её, когда вырастет. Девочка отвечает, что, скорее всего, нет, потому что Тереза всегда будет хотеть иметь что-то, что она сможет скрывать от мальчиков и мужчин и дразнить их, и в любом случае она захочет сохранить её, чтобы напоминать себе о всех счастливых временах, когда она была девочкой. Он спрашивает, видел ли её когда-нибудь мальчик Сильверстоун, если это был такой уж секрет. Девочка смеётся и говорит, что Сильверстоун какое-то время был её парнем, поэтому она обманом заставила Терезу играть с ней. Он спрашивает, где Сильверстоун жил после того, как переехал из дома 42 по Лесли-стрит. Она отвечает, что нет никакой надежды, что Клемент узнает о Лисьей долине из Сильверстоуна, потому что он уехал в какой-то город к северу от Бассета, но его отца постоянно куда-то переводили, и сейчас он может быть где угодно. Он спрашивает, что бы сделала Тереза, если бы мальчик, подобный ему, открыл жестянку и прикоснулся к Лисьей долине. Девушка немного подумала, а затем сказала, что сначала ничего особенного не произошло бы, но мальчик, обнаружив её, мог бы пробраться в комнату Терезы, когда ему вздумается, и делать там всё, что ему вздумается, а Тереза не смогла бы его остановить, потому что знал её самый большой секрет. Клемент спрашивает, сделал ли это Сильверстоун после того, как добрался до Лисьей долины. Девушка отвечает, что он не стал бы делать это сразу, потому что хотел подразнить и напугать Терезу, а потом ему внезапно пришлось сбежать из Бассета, но он всё ещё может вернуться туда однажды, и тогда у Терезы будут проблемы. У ворот дома Риорданса Августин говорит сыну, что не хочет пугать мальчика, но ему всё равно лучше знать, что дела сейчас идут настолько плохо, что…
возможно, придется подумать о том, чтобы покинуть Бассетт и переехать куда-нибудь подальше.
Клемент смотрит с холма, где стоит дом Риорданса, за окраину Бассета, в сторону сельской местности, где юноша может бродить от дома к дому в поисках девушки, которая сдастся и пустит его в боковой сад или на сон гость, где самым громким звуком за весь день является жужжание мясной мухи, заблудившейся по ту сторону оконного стекла, как только он хвастается ей о Лисьей долине, которую он видел и исследовал когда-то давно в тенистом месте в большом таинственном городе, надеясь все время, что он сможет объяснить то, что он видел, словами, которые заставят ее тут же отвернуться и пойти открывать свои собственные тайны.
Августин общается с католическими гонщиками
В воскресенье утром после мессы Августин застал своих друзей-гонщиков, разговаривающих и курящих в тени финиковой пальмы у дорожки, ведущей из церкви в пресвитерий. Климент знал, что они, возможно, продолжат рассказывать друг другу о вчерашних скачках, рысях и собачьих бегах ещё долго после начала следующей мессы в церкви. Он беспокойно ёрзает и пытается поймать взгляд отца. Августин сообщил мужчинам, что на следующей неделе снова будет работать любителем и отдавать свой заработок букмекерам. Мужчина по имени Фрэнк Хехир рассмеялся и спросил его, почему он не залез в тарелку для сбора пожертвований, когда она пролетала мимо него во время мессы. Августин ответил, что с его нынешним везением он бы наверняка вытащил тот фальшивый пенни, который Фрэнк Хехир уже положил на тарелку. Под всеобщий смех Августин шепчет отцу Терезы Риордан, что это не шутка, потому что на этот раз он действительно влип. Стэн Риордан шепчет ему, чтобы он не волновался, потому что скоро должен быть поворот. Клемент опирается на руку отца и спрашивает, не сходит ли он через дорогу и не купит ли газету «Sporting Globe» в субботу. Августин делает гримасу, которая должна показать мужчинам, что он зол на сына, но не может ему отказать. Он говорит:
Да, пожалуй, лучше дай мне почитать обо всех моих прошлых грехах – может, это послужит мне уроком. Он достаёт из кармана десятишиллинговую купюру и протягивает её сыну. Затем мальчик спрашивает голосом, который должен звучать невинно и по-девичьи: «Папа, можно мне тоже купить шоколадного солодового молока?»
Августин оглядывается на мужчин и говорит: «Почему бы и нет? Это
Ты грабишь букмекеров, а не меня. Клемент спешит в магазин через дорогу и просит шоколадное солодовое молоко и «Спортинг Глобус». Пока молодая женщина в фартуке поверх одежды для воскресной мессы размешивает солодовое молоко, Клемент спрашивает, сколько это будет стоить. Она отвечает – шиллинг. Он отвечает, что ему лучше взять ещё и шестипенсовый шоколадный торт с фруктами и орехами. Он жуёт шоколад по две дольки за раз, одновременно всасывая холодное молоко и твердый осадок солода через соломинку. Когда он допивает последний шоколад, его соломинка издаёт ревущий звук среди вялых пузырьков на дне высокого металлического стаканчика. Он вонзает соломинку в оставшийся мягкий комок мороженого и подносит его ко рту. Проколов последний пузырёк и собрав последние капли молока из бидона, он отдаёт «Спортинг Глобус» и горстку мелочи отцу, бросая обёртку от шоколада в канаву у магазина. Августин забирает у сына монеты и, не глядя, кладёт их в карман. Позже, когда никто не смотрит, он сует палец в карман брелока и проверяет, что там нет купюр. Пока остальные обсуждают его, он напоминает себе, что уже отдал недельные расходы на хозяйство жене, которая хорошо управляет, что ему не нужны деньги на выпивку и курение, что он может ездить на работу на велосипеде, а не на автобусе, а серебро оставить в кармане для междугороднего звонка Гудчайлду в течение недели, и что ему заплатят в ближайшую пятницу. Мужчина, которого Августин подозревает в участии в букмекерском бизнесе братьев Риордан, спрашивает Августина, можно ли ему на минутку взглянуть на его «Глобус». Августин протягивает бумагу и гордо расправляет плечи, думая, что у этого человека, вероятно, в кармане пачка десяток, но он всё ещё слишком скуп, чтобы заплатить за свой «Спортинг Глобус». Августин видит мягкий, утешительный свет в глубине сурового неба. Нечто более благоговейное, чем взгляды тысяч зрителей, сосредоточено на небольшой группе гонщиков, пока Бог записывает в Своей бесконечной памяти ценность их отдельных молитв на только что закончившейся мессе, жертвы, которые они принесли, опуская деньги в чашу для пожертвований, их готовность купить что-нибудь вкусненькое своим детям или жёнам, чистоту их тел – неважно, испачканы ли их зубы и пальцы никотином, отравлены ли почки алкоголем или покрыты ли их пенисы коркой от соприкосновения с суровыми женщинами в ночи после их величайших побед, – и начинает решать, кто из них выделится из остальных и получит награду, которая давно им причитается.