Танцуют все!
Шрифт:
Грохот опрокинутого стола заставил Лину подпрыгнуть и распахнуть глаза. Эпическое побоище, случившееся в результате необдуманных действий, на миг лишило ее дара речи. Кажется, дикобраз теперь размножился и нашел новые квартирки! Рассыпавшиеся по полу бумаги с головой укрывали распластавшегося на полу Сергия, за перевернутым столом скорчилась целительница, тихо постанывая и потирая лоб. Магистр Леснид, шаря по мантии руками и крепко зажмурившись, завопил:
– Вон! С глаз моих! Вон!
Он так покраснел и надулся, сделавшись похожим на шар, что казалось, сейчас лопнет. Негуманно
– Так я сдала? Следующего вызывать?
– Вон! – В нее полетел толстый том, полный регистрационных записей.
– Понятненько… – Выскользнув за дверь, ведьмочка оглядела столпившихся перед ней студентов и, приложив ухо к двери, за которой раздавался непонятный шум, выдала: – Магистр сегодня больше не принимает. Не в духе. Завтра приходите.
И поторопилась исчезнуть, пока ошарашенное выражение не сошло с вытягивающихся лиц застывших у стены студентов.
У главного корпуса стояли лошади. Да не просто лошади, а тонконогие, изящные, белоснежные красавцы с изукрашенными лентами гривами до самой земли. Они настороженно косились по сторонам сине-зелеными блестящими глазами, тихо пофыркивали, раздувая точеные ноздри, и неслышно переступали ногами. Подковы поблескивали серебром.
Лина, прижмурившись от бьющего в глаза солнца, неторопливо шагала в сторону выхода, где стояли понурые некроманты, ожидающие исполнения данных летом обещаний. Целеустремленность девушки порой пугала ребят, но она шла вперед, не обращая внимания на препятствия. В данном случае – явное нежелание подвергаться издевательствам со стороны совершенно незнакомых персон.
Увидев красавцев, девушка резко остановилась. Хищно усмехнувшись, запустила руки в волосы, еще больше растрепав рыжую косу, и пропела:
– Так, так. Светочи Древа прибыли. Точно по распи-са-анию. – И решительно свернула на дорогу, ведущую к административному корпусу, принюхиваясь к доносящимся оттуда магическим флюидам. – Интересно, долго ли они у нас продержатся?
В сидевшем на ступенях эльфе девушка с некоторым удивлением узнала одну коротко остриженную вредную персону. Даже несмотря на то, что приезжий был наряжен в светло-бежевый камзол, а короткие, едва прикрывающие уши волосы занавешивали тонкое лицо. Он тонким прутиком выводил на утоптанной земле затейливые узоры, совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг. Впрочем, вокруг не происходило ничего интересного. Скорее всего, директор позаботился, чтобы во время прибытия дорогих гостей вокруг не крутились любопытные. Да и полдень, самая жара… Тем лучше! Повеселимся…
Подкравшись поближе, она нагнулась к самому уху угрюмого эльфа и прошептала на Темном наречии:
– Маленький, тебя кто-то обидел?
Тот вскинул на девушку пронзительно-синие глаза, мгновенно налившиеся яростью:
– Ты!
– Ну я. Только чего психовать?! – увернувшись от огненного шара, спросила Лина. – С приездом!
Радостно оскалившись, она отскочила еще на пару шагов и потушила тлеющий подол мантии во избежание возгорания. Только аутодафе здесь и не хватало! Льялис
– Ни-ни, – покачала головой ведьмочка, – не советую! Знаешь, какие здесь искажения магического поля? Да и наказания…
– Что?! Да кто посмеет? Меня…
– И не только тебя! За нарушение порядка – пожалуйте в антимагический карцер, гейнери студент!
– Чихал я на ваш карцер! У меня неприкосновенность!
– Еще скажи – дипломатическая, – обидно рассмеялась Лина. – Ты теперь студент! И твой бог и царь – директор Школы!
– Пос-смотрим! – прошипел Лис, рухнув обратно на ступеньку. Он был неподдельно расстроен и обижен, иначе ни за что не упустил бы такой замечательной возможности устроить большой магический дебош.
Девушка уселась рядом, решив, что некроманты могут и подождать немного, пока она постарается заполучить в компанию этого перспективного шутника. Мало ли… пригодится! Поразившись расчетливости, свернувшейся в душе мелкой прыгучей змейкой, ведьмочка спросила:
– Так что ты здесь делаешь?
– Жду.
– Чего же?
– Не чего, а кого, – буркнул квартерон, – дорогих Светлых родственничков!
Лина вопросительно подняла брови и с ехидцей поинтересовалась:
– Действительно учиться приехали?
– По обмену… Накаркала, ведьма! – обвиняюще ткнул в нее пальцем квартерон.
– Так я не поняла, ты чего так убиваешься? Учись себе! Развлекайся!
– Мастер не снял с меня порицания! – повысил голос Лис, запустив руки в короткие волосы.
– Ка-акие глупости, – снисходительно потрепала его по плечу девушка.
– Ты не понимаешь!
– Нет.
– Я полностью бесправен сейчас, и мне придется коротать время в обществе этих Светлых снобов, не желающих отпустить меня куда бы то ни было, и придерживаться их дурацкого Этикета!
– Это, как я понимаю, самое страшное! – фыркнула ведьма.
– Ты не понимаешь!
– Тьма побери, да просто уйди от них! Не маленький уже!
– Гр-р-р… ты с этими… этими кхагорла лиссэ не общалась! Да и положение не позволяет, я ниже их по статусу!
Лина покрутила пальцем у виска:
– Когда это тебя останавливало, шило?
– Когда! Да тогда, когда мастер отказывается снимать наказание, в очередной раз остригает волосы и поручает заботам шести Светлых недоучек.
– А сам-то! – Лина покивала своим мыслям. – Такой бесправный, бедный да несчастный, все тобою помыкают да издеваются… Не верю! – рыкнула она в полный голос, и монотонно кивающий головой в такт ее словам дроу вздрогнул и глянул на нее шальными синими глазищами. – Шутить надо было меньше! И аккуратнее! Сам виноват, впредь думать будешь!
Лис на всякий случай отодвинулся подальше от девушки, в груди которой клокотал иррациональный гнев, заставляющий глаза сиять призрачным светом. Затопившее ведьмочку негодование быстро ушло, и она проговорила уже спокойнее:
– Так, где же твои попечители?
– У директора, договариваются о месте проживания.
– А где вы планируете… хм, жить?
Квартерон пожал плечами, демонстрируя полное равнодушие.
– Что, совсем-совсем неинтересно?!
– Нет, зная, с кем придется общаться…