Танец Души
Шрифт:
Месяц пролетел незаметно. Я втянулась в работу и учебу. Правила вождения в городе давались с трудом, но все же поддавались учению. Главное будет на практике отработать. Выступления в клубе были не только в радость, мне еще и платили вполне прилично. Охрана постоянно дежурившая рядом со сценой весьма умело ограждала от слишком эмоциональных зрителей желающих выплеснуть свой восторг притронувшись к танцору. Утро и вечер проходили сказочно, позволяя окунуться в счастье. Наори хоть и был иногда отстранен и погружен в свои мысли, обо мне не забывал. Иногда и вовсе садил меня перед собой, обнимал как плюшевую игрушку и уставившись в документы думал над решением
Вчера вечером Наори меня удивил! Меня блаженно жмурящуюся, он приковал к столбику кровати непонятно откуда взявшимися наручниками. Его лицо надо было видеть, довольный как кот - это лишь жалкое едва стоящее рядом сравнение. То что было потом иначе как сладкими пытками назвать нельзя. Видео что я видела не передавало и капли тех ощущений от которых я потеряла голову и умоляла прекратить и взять меня! На сегодняшнюю ночь у меня большие планы и коварная месть.
– - Найджел! Добрый вечер!
– позволив поцеловать себя в щеку, я по-доброму улыбнулась мужчине. Этот отец двух очаровательных дочерей всегда пытается меня приласкать как еще одну дочурку. То по волосам потреплет, то приобнимет и скажет что-нибудь ободряющее. Или же просто выслушает и посоветует, при этом не просто сделает вид, а действительно вникнет в мою проблему, какой бы пустяковой она ни была. Я к слову беззастенчиво этим пользовалась.
– Как там зал?
– - Ни одного свободного места. Ты и Таша мои звезды! А уж когда вы обе выступаете в один день, то зал набивается битком.
– Таша одна из танцовщиц, прекрасная девушка с настолько гибким телом, что мне до ее высот еще расти и расти! Девушке не повезло в детстве и ее личико расчертили шрамы и ожоги, однако это ее не сломало и она смогла исполнить свою мечту. Все поклонники на руках готовы ее носить и осыпать лепестками роз. Но она верна своему мужу.
– К тому же ты сегодня импровизируешь, это зрителям нравится едва ли не больше всего. Кстати музыку уже скомпоновали. Готовься!
– - Угу!
В гримерке как всегда куча народу, как девушек, так и парней. Никто никого не стесняется и переодевается прямо тут. Да и некогда тут кого-либо рассматривать, все готовятся к выступлениям. Я тоже быстро скинула сарафан и достала из шкафчика небесно-синее платье на тонких бретельках. Юбка солнышко и приталенный верх, вот собственно и весь наряд. Основное в моем исполнении это веера. Вот они сделаны из крепкого дуба и украшены бледно-голубым кружевом по верхней кромке. Их необычность в изменении цвета кружева и свечении. Как фосфором натертые в темноте светятся, как и платье.
На сцену выходила под громкие аплодисменты. Поклонившись послала в зал очаровательную улыбку и села на пол. десять секунд нужные мне для настройки дара и вместе с первыми нотами музыки погас свет. Отработала программу и едва не надорвалась, чтобы попадать в постоянно меняющуюся мелодию. Пока раскланивалась, чуть не поймала пару букетиков лицом, но вовремя поднимала руки. В гримерке куда я ввалилась с улыбкой и охапкой цветов, стояла непривычная тишина.
– - Что...
– тут заметила мой фон в руке Таши и просто вопросительно уставилась на нее.
– - Прости, он постоянно звонил и
– - Не обижусь конечно. Только почему у вас такие лица будто кто-то умер?
– все еще весело и долей радости от успешного выступления спросила.
– - Звонили с номера Майка. Его и твоего отца ранили...
– цветы осыпались к ногам, а я скакнула вперед выдирая фон из рук Таши. Нажимая на светящиеся символы, набирала номер Майки и тряслась.
– Эрен, он не ответит. Он на операции. Звонил персонал клиники куда их доставили.
– фон сломался. Разлетелся о стену мелкой крошкой.
– В третьей.
Кивнув, не имея сил сказать слов благодарности, опрометью вылетела из гримерки в зал и понеслась к выходу. Возле самых дверей меня перехватил Найджел и едва ли не силком усадил в свою машину. Водитель ехал быстро, нарушая кучу правил, но мне казалось, что он едва плетется. Искромсав подол платья, я едва дотерпела пока мы доехали до клиники. В приемной на мой вопрос, где мои родные, на меня посмотрели с жалостью, и указали как пройти в палату. Наори спал...бледный будто обескровленный, исхудавший, будто не ел неделю. Остановившись на пороге, смотрела на него и не могла поверить. Уже отсюда я все почувствовала. Тьма в душе спавшая до сих пор встрепенулась и зашипела.
– - Простите, леди, но мы ничего не можем сделать. Раны не опасны и хирург с божественной кровью уже сделал все что нужно. Но, яд в его крови...он смертелен. Если бы он был простым человеком, мы бы могли спасти его...но...
– я подняла руку заставляя врача замолчать. Вижу, все вижу, и чувствую!
– Мне жаль, леди. Мы беспомощны.
– с горечью и злостью на самого себя сказал врач.
Сделав шаг вошла наконец в палату. И только сейчас заметила сжавшегося на кресле в темном углу шофера. С бинтом на голове и рукой на перевязи. Еще совсем молодой парнишка, из-за отказа играть не по правилам, лишился карьеры гонщика. Наори подобрал его два года назад и сделал своим личным водителем. Он и учил меня водить.
– - Грен.
– - Леди!
– вскочил и едва устоял на ногах.
– Леди, простите...
– истеричные нотки в его голосе, заставили внимательнее приглядеться к парнишке. Действительно на грани, еще немного и забьется в истерике...а я тоже не железная.
– -Грен, иди, отдохни. Я посижу с Наори. Одна!
– жестко и властно. Опустил голову и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
Подойдя к койке, сжала низкий поручень до боли в пальцах. Слез не было, душа будто высохла и сморщилась не желая выдавать ничего кроме горечи и боли. Писк приборов считывающих сердцебиение, давление и еще что-то, раскаленными шипами вклинивался в сознание. Мое зрение еще не отошедшее после выступления показывало как яд медленно и уверенно подбирается к сердцу. То что когда-то поддерживало меня у Маркуса, не давая упасть и сломаться, исчезло. Почти упав на стоящий рядом стул, взяла еще теплую руку Наори и прижалась к ней лбом. Глаза закрылись сами, темнота внутри стала абсолютной. Маленький лучик погиб полностью. Шипение моей Тьмы волнами расходилось по телу, заставляя вздрагивать и сильнее прижиматься к руке любимого.
– - А ты так и не сказал, что любишь меня.
– пустой голос без эмоций.
– Прости, похоже я присоединюсь к тебе в загробном мире немного позже. Придется тебе меня подождать.
– Тьма зарычала торжествующе, я слабо улыбнулась, губами. В глазах осталась пустота.
– Наори...я была счастлива все время проведенное рядом с тобой. Каждую минуту, час, день, месяц, год...
– открыв глаза поднялась, склонилась над любимым и с тоской и болью поцеловала безжизненные губы. Последний раз.
– Я люблю тебя, Наори!