Танец души
Шрифт:
Она мельком оглянулась на него. Он по-прежнему наблюдал за ней. Вернувшись за столик, Фиона в неожиданной вспышке ярости призналась Полу:
— Ненавижу такую жизнь!
Он посмотрел на нее с удивлением.
— Если ты знаешь работу получше… Наполовину устыдившись самой себя, Фиона фыркнула и подтвердила:
— Нет, не знаю.
— Я видел кое-что похлеще, — добавил Пол, сделав большой глоток воды.
Потом он поднялся и пошел через зал приглашать веселую вдовушку шестидесяти пяти лет
« Он слишком глуп, чтобы желать чего-нибудь лучшего», — сказала себе Фиона.
А потом увидела, что лорд Уинтроп встает и направляется к ней.
Глава 2
Один из посещавших ресторан мужчин приводил Фиону в неимоверный восторг.
Сначала она не знала, кто он такой, но в конце концов разведала, что зовут его Джим Макдональд и что он сын престарелого пэра, владельца обширных поместий в Шотландии.
Это Клер отыскала его фотографию в «Татлере» и показала Фионе, а прямо на следующий вечер — бывают же совпадения! — он подошел к их столику и пригласил ее танцевать.
Как только он вошел к Пальони в компании с другим мужчиной — оба в смокингах, явно после театра, — Фиона, завидев его, стала мечтать получить от него приглашение.
Прежде она всегда видела его с женщинами и особо отметила, что он никогда не появляется с шумными юными созданиями, вызывавшими у нее неприязнь.
Приходил он, как правило, с молодыми красивыми супружескими парами.
Эти компании редко бывали многочисленными — четверо, порой шестеро, — и со стороны казалось, что они страстно заинтересованы предметом своих бесед.
Собственно, танцевали они обычно совсем немного, может быть, раза два-три за весь вечер.
Джим Макдональд был очень высоким и с виду весьма достойным. Он выделялся среди всех мужчин, которые собирались по вечерам у Пальони.
Блондин с серыми, всегда поблескивающими глазами, он производил впечатление истинного, импозантного и привлекательного англичанина.
Он не просил, чтобы его обычным образом представили Фионе, просто подошел к столику и сказал:
— Будьте добры, не потанцуете ли со мной?
Она сразу же согласилась, радуясь, что свободна. Они пару минут кружились молча, потом Джим заговорил первым.
— Я был уверен, что вы должны быть великолепной танцоркой, — сказал он. — И оказался прав.
У него был низкий чарующий голос, и Фиона ответила счастливой улыбкой.
— Рада, что вы не разочарованы.
— Нисколько, — заверил он. — Я люблю танцевать с хорошими партнершами, но, боюсь, сам не очень справляюсь… У меня мало практики.
— По-моему, вы совсем неплохо справляетесь, — возразила она и добавила: — Это не просто любезность.
—
Фиона пошла к его столику, поужинала с ним и с удивлением обнаружила, что им есть о чем поговорить.
Это казалось странным, так как жизнь они вели совсем разную, но почему-то им многое надо было сказать друг другу, о многом поспорить. Она вдруг ошеломленно поняла, что зал почти пуст и вечер закончился.
— Послушайте, — сказал Джим, — мы должны встретиться снова. Приходите утром со мной завтракать.
Фиона, слишком обрадованная, чтобы раздумывать, охотно согласилась.
Они мирно позавтракали в небольшом ресторанчике на Дувр-стрит и за вкуснейшей едой говорили и говорили обо всем. Джим многое уже успел совершить за свою жизнь.
Он вырос в Шотландии, в фамильном поместье, по возрасту угодил под призыв в армию в последний год войны, а когда война кончилась, понял, что не в состоянии приспособиться к сельской жизни.
Тогда он уехал в Африку, где около года держал ферму, и вернулся лишь из-за болезни отца, который состарился и оказался не в силах управлять поместьями.
Вернувшись в Англию, Джим счел невозможным уехать снова, ведь он за короткое время успел попутешествовать по всему миру.
Не вынося безделья, он изучил техническую сторону автомобильного дела и в данный момент занимал пост директора крупнейшего в стране синдиката.
Он был очень молод, но даже имея такой опыт, страстно жаждал испробовать все, что может предложить жизнь, и все находил забавным и интересным.
Из-за его необычайной привлекательности женщины не оставляли Джима в покое и несколько избаловали его.
За ним постоянно охотились, ублажали его, пока он не утвердился в том, что женский пол — очередное развлечение, посланное в мир ради его, Джима Макдональда, удовольствия.
Он не рассыпался перед Фионой в комплиментах, подобно другим мужчинам, с которыми она встречалась у Пальони, и не предпринимал каких-либо иных попыток ухаживания.
Однако женское чутье подсказало ей, что она ему нравится и наверняка следует ожидать частых встреч в будущем.
Нынче вечером, одеваясь перед уходом в своей крохотной спальне в «конюшнях», она снова и снова думала о Джиме, о его обаянии, и только когда уже почти совсем собралась, с чувством отвращения вспомнила про назначенный ужин с лордом Уинтропом.
Их первый совместный ужин обошелся практически без происшествий, а Фиона все равно не могла отделаться от ощущения, что лорд Уинтроп весьма неприятен и опасен.
Ужиная с ней в первый вечер, он вел вполне интересную беседу и в то же время постоянно пытался прижать под столом колено или схватить ее за руку.