Танец на точке
Шрифт:
– Так надо! – ответил Паницкий.
– Дурочку из меня не надо делать! – цинично рассмеялась Юлька. – Не надо! Или я не знаю, как работает милиция? Да если бы у вас была малейшая возможность для ареста, вы бы его тут же произвели! В том-то и дело, что по тем уликам, что у вас есть, ни один судья не выдаст вам ордер на арест Петровича и всей его компании!
Паницкий нервно вздохнул, уселся за стол, вытащил и закурил очередную сигарету.
– Ну а ты-то чему радуешься? – спросил он. – Почему ты так ретиво стараешься их выгородить? Если ты, как утверждаешь, связалась
– Я не хочу попасть в колонию! – сказала Юлька.
– Ну... – сказал Паницкий задумчиво. – Еще не факт, что ты получишь срок. Ведь ты же, как сама говоришь, к убийству Дягилевой и к угону автомашин непричастна, так?
– Еще раз тебе говорю, не делай из меня дурочку, начальник! – сказала Юлька сердито. – После всего того, что произошло, я наверняка буду проходить по делу как соучастница, как член банды. А за совершение группового преступления срок дают больше!
– Ну и что? – пожал плечами майор. – Если ты окажешь помощь следствию, суд расценит это как смягчающее вину обстоятельство и ты получишь небольшой срок условно или вообще под амнистию подпадешь!
– Ну да, а судимость останется на мне висеть!..
– Ну и что – судимость! – воскликнул майор беспечно. – При твоей профессии пара лишних судимостей ничуть не мешает!
– Это ты так считаешь! – сказала Юлька с горечью. – Или я не знаю? Имеешь судимость, чуть что случилось, менты сразу на тебя все вешают. Нет, правду у нас девочки говорят: получила путана судимость, ищи себе другой способ на жизнь зарабатывать!
Возникла пауза. Паницкий и капитан Коля с хмурым видом курили. У Юльки в голове мутилось от табачного дыма, но она знала, что просить ментов не курить было бесполезно, да и бессмысленно. В комнате уже топор можно было вешать.
– Ну, хорошо! – сказал майор Паницкий. – Свидетельствовать против них ты не хочешь. Значит, пусть бандиты и убийцы ходят на свободе, продолжают заниматься своей бандитской деятельностью. Ты и дальше будешь с ними встречаться, обслуживать их, ублажать, когда надо, обеспечивать им алиби... Потом они убьют еще кого-нибудь, а ты опять будешь говорить: «Никуда они не ездили, весь вечер сидели со мной, занимались любовью». Кстати, ты деньги-то взяла за прошедшую ночь или даром, по доброте душевной их обслужила?
Юлька сидела на своем стуле злющая, ничего не говорила.
– Молчишь, – сказал устало майор Паницкий. – Все молчишь...
– Свидетельствовать против себя я не буду в любом случае! – сказала Юлька решительно. – Придумайте, чем я могу вам помочь, так, чтобы самой не сесть за решетку, – тогда пожалуйста.
Майор Паницкий мгновение смотрел на нее пристально, словно ошарашенный такой наглостью, потом кивнул, продолжая курить.
– В принципе, – сказал капитан Коля, – осведомитель в банде Губина нам не помешает, правда ведь?
– Да, – майор задумчиво кивнул. – Ну, сообщит она, когда Петрович очередную машину уводить собирается, ну, возьмем мы его с поличным – дальше-то что? Убийство Марины Дягилевой мы ему таким образом никак не пришьем, а
– Главное – заполучить его к нам в СИЗО, – сказал капитан Коля. – А там видно будет.
– Ну вот, заполучили мы его сегодня в наш кабинет! – сказал Паницкий раздраженно. – И что вышло путное?
– Хрен его знает! – сказал капитан Коля. – Этот Петрович невменяемый какой-то.
Оба оперативника вновь умолкли, продолжали курить.
– Ладно! – сказал майор Паницкий. – Мы тебя на сегодня тоже отпускаем. Но учти, все вы у нас под наблюдением! И мы будем придумывать, чем ты смогла бы нам помочь. И ты тоже подумай – авось придумаешь что-нибудь.
Выходя из здания управления, Юлька размышляла, идти ли ей теперь домой или вернуться в квартиру к Петровичу. Первое было много безопаснее и попросту разумнее, но с теми бандитами теперь она была повязана одной веревочкой, убежать от них было едва ли возможно.
Впрочем, на деле решать ей не пришлось. Потому что, едва оказавшись на улице, она сразу заметила припаркованный неподалеку очень знакомый ей красный «Опель» старой модели, и Леха-киллер уже выбирался ей навстречу, широко улыбаясь и жестом приглашая сесть на переднее сиденье рядом с собой.
Глава IV
На другое утро ее опять разбудил звонок во входную дверь. Юлька выбралась из-под спавших мертвым сном Лехи-киллера и Сашки, стала торопливо одеваться. Глянув мимоходом на часы, обнаружила, что уже девять, и они снова проспали утро после тяжелого пьяного вечера и не менее тяжелой, наполненной сексом на троих ночи. На протяжении всего этого вечера никто из компании Петровича не спросил у нее, о чем она так долго разговаривала с ментами. Вместо этого Петрович опять весь вечер пил коньяк и смотрел видеозаписи Марины Дягилевой, а Леха и Сашка снова решали, кому первым трахать Юльку, и жребий снова выпал Сашке, но Леха на этот раз не был зол, и казалось, вполне смирился со своею участью и был ею доволен.
Зато недовольна своей участью обслуживать двух молодых, здоровых кобелей вторую ночь подряд была Юлька. Оба парня за ночь так намяли ее, что у нее не хватило сил даже дойти до ванной. Она заснула мертвым сном рядом с ними, и ее разбудил только звонок в дверь.
Наскоро одевшись, Юлька пошла отпирать, искренне недоумевая, кто бы это мог быть в такую рань. Ни Леха, ни Сашка, ни Петрович в соседней комнате и не подумали встать и открыть, только бормотали сквозь сон нечто нечленораздельное.
На пороге, к великому удивлению Юльки, стоял капитан Коля.
– А вы все спите? – сказал он весело. – Вот счастливые люди!
Юлька смотрела на него молча, недоверчиво, предполагая, что ничего хорошего этот ранний визит капитана Коли им не несет.
– Ладно, не стой у порога, – сказал он весело. – Иди буди братву. Поедем в управление на еще один допрос. Высокое начальство вами заинтересовалось.
Все это было сказано тоном приглашения на дружескую вечеринку, и Юлька не могла внутренне не усмехнуться и не отметить, как по-разному смотрят на одни и те же вещи милиционеры и преступники.