Танец смерти
Шрифт:
Д'Агоста открыл дверцу и прыгнул в студеную воду, схватился за край льда и, подтянувшись на руках, вскарабкался на плавучую льдину. Пополз, словно краб, и выбрался на толстый лед. Пикап встал вертикально с задних, все еще крутящихся колес лилась вода. На его глазах автомобиль нырнул под воду, вытесненный воздух со свистом вырвался наружу. Ледяная волна окатила Д'Агосту. В воде танцевал и кружился разбитый лед.
На другой стороне полыньи Д'Агоста увидел Пендергаста. Агент стоял как ни в чем не бывало, словно только что спокойно вышел
Д'Агоста, выбрался на стонущий лед и, пошатываясь, встал. До берега было около дюжины ярдов. Он оглянулся, но патрульных машин пока не увидел.
– Пойдем.
Через мгновение они добрались до берега и укрылись за пирсом.
– Винсент, ты совершил гениальный маневр.
– Спасибо, – сказал Д'Агоста.
Зубы его стучали.
– Они не сразу поймут, что мы еще живы. Тем временем надо выяснить, что можно здесь раздобыть в качестве транспорта.
Д'Агоста кивнул. Ему в жизни не было так холодно. Волосы и одежда обледенели, а руки ломило.
Они шли вдоль забора большого дома. Все летние виллы были закрыты до следующего сезона. На подъездной аллее – никого. Они обогнули дом и заглянули в окно гаража.
Там на колобашках стоял «ягуар», колеса автомобиля сложены в темном углу.
– Подойдет, – пробормотал Пендергаст.
– Гараж на сигнализации, – предупредил Д'Агоста.
– Естественно.
Пендергаст оглянулся по сторонам, увидел провод, заткнутый за водосточную трубу, проследил за ним до гаражной двери и через несколько минут нашел соединение, подающее сигнал тревоги.
– Очень грубо, – сказал он, поднял с земли гвоздь, пошевелил им в устройстве, постаравшись не повредить соединение. Затем, открыв замок, поднял на фут гаражную дверь, и они под нее проскользнули.
Гараж оказался отапливаемым.
– Согрейся, Винсент, а я пока поработаю.
– Как же, черт побери, ты умудрился не попасть в воду? – спросил Д'Агоста, встав над нагревательной трубой.
– Возможно, лучше рассчитал время.
Сняв пальто и пиджак и закатав белоснежные рукава, Пендергаст выкатил все четыре колеса, поставил автомобиль с одного конца на домкрат, установил шину, прикрутил ее. Ту же процедуру проделал с остальными тремя колесами.
– Ну как, согрелся немного? – спросил он.
– Вроде бы да.
– Тогда, если не возражаешь, открой капот и подключи аккумулятор.
Пендергаст кивнул головой в направлении ящика с инструментами, стоявшего в углу гаража.
Д'Агоста вытащил гаечный ключ, открыл капот, включил аккумулятор, проверил уровень жидкостей и осмотрел двигатель.
– Порядок.
Пендергаст откинул ногой колобашку и вынул домкрат из-под последнего колеса.
– Отлично.
– И никто не сообщит об угоне.
– Увидим. Хоть здесь и безлюдно, всегда есть опасность наткнуться на любопытного соседа. Этот автомобиль 1954 года выпуска не должен показаться подозрительным. Сейчас
Д'Агоста забрался на место водителя и стал ждать указаний.
– Нажми на акселератор. Отпусти. Переведи рычаг в нейтральное положение.
– Сделано, – сказал Д'Агоста.
– Когда услышишь, что мотор завелся, нажми легонько на газ.
Д'Агоста послушался. Спустя мгновение автомобиль заработал.
– Заглуши, – сказал Пендергаст.
Он подошел к устройству сигнализации, оглянулся по сторонам, подобрал длинный провод, присоединил к обеим металлическим пластинам в устройстве, затем открыл дверь.
– Выезжай.
Д'Агоста выехал. Пендергаст закрыл дверь гаража и уселся на заднее пассажирское сиденье.
– Давай-ка согреем малышку, – сказал Д'Агоста и неуверенно задергал незнакомые ручки управления.
Они выехали на улицу.
– Тебе и карты в руки, а я прилягу и... Это что такое?
Он держал в руках яркую спортивную куртку. Она была клетчатая, разных оттенков зеленого цвета.
– Это улыбка фортуны, Винсент! Ты будешь выглядеть что надо.
Д'Агоста стянул промокшее пальто, бросил на пол и облачился в спортивную куртку.
– Тебе идет.
– Надеюсь.
В этот момент зазвонил сотовый телефон Пендергаста.
Агент вынул его из кармана.
– Да, – сказал Пендергаст. – Понимаю. Да, отлично. Спасибо.
И убрал телефон.
– Мы должны добраться до Манхэттена за три часа, – сказал он, взглянув на часы. – Как думаешь, успеешь?
– Конечно. – Д'Агоста помолчал. – Может, скажешь, кто звонил и что ты собрался делать?
– Звонил Уильям Смитбек.
– Журналист?
– Да. Знаешь, Винсент, наконец-то у нас появился перерыв.
– Почему ты так решил?
– Это Диоген ограбил ночью «Астер-холл».
Д'Агоста обернулся на него.
– Диоген? Ты уверен?
– Абсолютно. У него всегда была тяга к бриллиантам. Убийства были всего лишь ужасным способом отвлечь меня, пока он планировал свое совершенное преступление – ограбление бриллиантового зала. Под конец он решил захватить Виолу, чтобы я был полностью занят ее поисками, пока он грабит музей. Винсент, это было и в самом деле «совершенное» преступление, зрелищное, публичное. Оно предназначалось не только для меня.
– А почему у нас перерыв?
– Диоген не знал – не мог знать, – что самого лучшего бриллианта, который он больше всего хотел украсть, в музее не было. Он украл не Сердце Люцифера, а подделку.
– И что же?
– Теперь я собираюсь украсть для него Сердце Люцифера и совершить обмен. Ну как, двигатель согрелся? Поехали в Нью-Йорк, нельзя терять время.
Д'Агоста отъехал от тротуара.
– Я видел, ты как-то раз вытащил из шляпы кролика, но украсть самый драгоценный бриллиант, да еще и без подготовки!.. Ты же не знаешь, где он находится, не знаешь ничего о его охране.