Танец
Шрифт:
— Так женщины ушли в дом, чтобы поболтать о чем-то другом, нежели о оружии, спорте и полицейской работе. Разве обычно не так происходит между копами и не копами?
— Не сегодня. Пойдем, сама все увидишь. — Зебровски показал мне следовать за ним, что я и сделала, гадая, что же стряслось.
Заходя с черного хода, проходишь через столовую, поэтому я заметила, что стол уже накрыт и ожидает, когда Кэти даст команду к трапезе. Но я поняла, что поток женщин перекочевал из столовой в кухню не для того, чтобы помочь с готовкой, потому что, чтобы
Я услышала, как Кэти произнесла громче обычного:
— Леди, спасибо за предложение, но у нас с Натаниэлем есть вся необходимая помощь.
Три женщины развернулись и, смеясь, пошли на выход из кухни.
— Я бы с удовольствием помогла Натаниэлю закончить, — сказала высокая брюнетка.
Невысокая брюнетка рядом с ней произнесла:
— Если бы я не была замужем, то и сама бы ему помогла. — Она слегка нервно рассмеялась.
— Я замужем, но не мертвая же. Все равно могу за ним приударить, — высказалась третья женщина, блондинка.
Невысокая брюнетка и блондинка хлопнули друг друга в ладоши.
— Ты не станешь изменять Тому.
— Ради такого мужчины, пожалуй, я бы могла это сделать. — Ее голос опустился до низкого мурлыканья.
Увидев нас, высокая брюнетка коснулась руки другой женщины. Они немного настороженно посмотрели в нашу сторону, вероятно, размышляя, слышали ли мы их реплики.
— Здравствуйте, дамы, просто зашел проведать как тут дела у Кэти, а Анита — у Натаниэля, и посмотреть, как наши лучшие половинки управляются с едой, — произнес Зебровски.
Учитывая, что его жена и Натаниэль сейчас были вместе, он ясно подчеркнул, что они всего лишь жена и… партнер другой женщины. Троица это поняла, потому что тут же приняла неловкий вид. Блондинка решила прояснить ситуацию, кивнув подбородком в сторону кухни.
— Натаниэль принадлежит тебе?
— Говоришь так, словно он какой-то щенок, но если ты все же о том, мой ли он парень, то да, Натаниэль мой.
— Счастливица, — ответила она.
— Да, счастливица, — подтвердила я, стараясь не смотреть на нее, как на врага народа. Ее поза уже выводила меня из себя.
— Да, ты и правда счастливица, — согласилась невысокая брюнетка, подхватив блондинку под руку и потянув к выходу.
Зебровски наклонился ко мне и прошептал:
— Прекрати пялиться и просто отпусти их.
Я отвернулась, чтобы не видеть женщин.
— Меня вывела из себя ее поза.
— Анита, он привлекательный парень.
— И все равно меня это бесит.
— Ревнуешь?
— Не в том смысле, на который ты намекаешь.
— Ревновать можно только одним способом.
Я покачала головой.
— Я не ревную, рассматривая женщин как соперниц или испытывая в себе неуверенность. Я знаю, что значу для Натаниэля. Понимаю, что у нас есть.
— Тогда что?
—
Зебровски остановился и просто уставился в пространство. На лице появилось странное выражение. Наконец он покачал головой и сказал:
— Я бы разозлился. Перевел все в шутку, но реально бы разозлился.
— Вот, — ответила я.
— Но ты, наверное, привыкла к этому в «Запретном Плоде», когда он танцует.
— Да, к этому и многому похуже, но это его работа. Там он старается выглядеть сексуальным и похотливым, но не здесь.
— Откуда тебе знать, что он с ними не флиртовал?
— Во-первых, он готовит. Натаниэль, может сосредоточиться на этом деле так же, как я на работе на стрельбище. Во-вторых, он хочет позиционировать себя здесь как один из «жен». — На последнем слове я показала в воздухе кавычки. — Он не приветствует флирт, тем более на дружеско-семейных вечеринках.
— Кэти позвала меня сюда в надежде, что женщины в присутствии мужчины постесняются флиртовать и околачиваться рядом.
— Это помогло выдворить женщин из кухни?
— Большую часть.
— Так, а меня на кой позвали?
— Кэти попросила тебя позвать. Ей показалось, что Натаниэль нуждается в поддержке.
На кухне по-прежнему оставалось много женщин. На подобных мероприятиях их всегда полно, потому что они пытались выбраться из «клуба мальчиков», но энергия здесь была иной. Кэти и Натаниэль пытались выйти из кухни, но путь им преградили пять женщин.
— Элис, ты не могла бы подвинуться. Мне нужно кое-что взять из буфета, — сказала Кэти.
Элис была высокой женщиной с волосами цвета соли с перцем, но с безупречным макияжем и чертами лица, которые остались бы красивыми даже в восемьдесят, сколь ей сейчас, естественно, не было. Сорок ей, конечно, не дашь, а вот пятьдесят с хвостиком? Элис отошла с дороги, но этого оказалось недостаточно, потому что двое других тут же прислонились к буфету и не оказалось пространства, чтобы она передвинулась и не потеряла из виду моющего тарелки, Натаниэля. Кэти нравилось убирать после готовки, поэтому он также помогал ей и в этом.
Я перевела взгляд от трех женщин к двум, стоящим у двери. «Что такого сделал Натаниэль, чтобы вызвать такую реакцию? Да, он был восхитительным, но здесь таилось нечто большее». Увидев меня, на его лице явно — по крайней мере, для меня — отразилось облегчение. Что-то произошло. Я не знала что, но что-то точно произошло.
Я подошла к Натаниэлю и он обвился вокруг меня, очень крепко обняв и несколько секунд так держа. Это напомнило мне мою же реакцию во дворе на толпу и вопросы, когда я прильнула к Мике, но Натаниэль был более приспособлен к обществу, нежели мы. Он отстранился на расстояние, достаточное для поцелуя. Я ожидала целомудренного «чмока», учитывая, что у нас тут ошивались зрители, но ошиблась.