Шрифт:
Любовь и боги Олимпа
I яны пiлi адзiн аднаго,
I яны у згодзе жылi.
Пакуль сонца ззяла над грэшнай зямлёй,
Пакуль разам у дол не сышлi.
Старинная белорусская песня
Когда мне нравится какая-нибудь песня, я всегда хочу танцевать… Такая песня, которая настоящая, которая так совпадает…И от которой становится все только яснее… и больнее, соответственно. Такая песня,
Это, как правило, бывает лирическая песня.
Как можно танцевать под лирическую песню? Ну, только с женщиной…
И так важно, чтобы песня была настоящая… Настоящая…
Какая ситуация странная… Вот, допустим, есть песня прекрасная, которая мне очень нравится… И есть прекрасная женщина… И есть какой-то я… Чего вот в этой ситуации не хватает? А не хватает вот как раз вот этого вот танца…
Дурацкого, нелепого, смешного танца. Моего танца с Этой женщиной под Эту песню.
А что становится ясно, пока звучит эта песня? Становится ясно, что вот этого танца НЕ БУДЕТ НИКОГДА.
НИКОГДА.
А пока звучит эта песня, это так ясно, что можно увидеть вообще всю свою жизнь, до самого конца. И увидеть, что в этой жизни могут быть реализации твоих амбиций, какая-то карьера, деньги; может быть, даже – неплохие деньги. Но все это – на хрен! Вообще! Ну, потому что, вот этого танца… нелепого… и смешного… не будет.
НИКОГДА!
И тут возникает почему-то такой нормальный человеческий вопрос…
Если этого танца никогда не будет, то зачем нужна тогда эта песня?
Зачем нужна женщина?
И зачем нужен я?
И почти сразу возникает такой нормальный человеческий ответ:
А пусть будет!
Ну, если эта песня такая прекрасная, пусть она, конечно, будет. Без всяких вопросов.
И эта женщина пусть будет. Обязательно пусть будет. Без всяких вопросов.
И пусть буду я. Какой бы там ни был. Извините.
Я знаю, что я буду танцевать и с другими женщинами. При чем, – в очень широком смысле – танцевать.
Но, – не под эту песню. Потому что эта песня, – для танца, которого не будет НИКОГДА.
… Иногда бывает песня… Настоящая… И когда она звучит… Уже этой песни достаточно…
И тогда не страшно. Потому, что уже Взрослые люди. Чего бояться?
Не страшно.
Евгений Гришковец, спектакль «Планета»
Мы с тобой могли бы пить друг друга… Мелкими глотками… Или – взахлеб… Наша Любовь могла литься, освящая собой все вокруг, даря миру свою животворящую силу…
Мы выбрали Борьбу. Потом – снова стремились друг к другу. И каждый новый раз был новый шанс Любви. Но мы выбирали Войну.
Бессмертие – хорошая штука, Гермес.
В очередной
Пролог
Птицей взлетела Деметра ввысь. И мысль о Гермесе перенесла Ее к Нему. А Гермес сидел на вершине горы. Он был закутан в плащ, лицо скрывала широкополая шляпа. Гермес курил трубку, пуская дым кольцами.
Вся земная жизнь раскинулась у подножия Его горы. Лениво наблюдал Гермес за течением Жизни.
– Здравствуй, Гермес! – сказала Деметра.
– Привет, – лениво откликнулся Гермес.
Дальше говорили Они без слов, ибо были Они уже больше, чем Богами. И не нужны были Им слова. Вот о чем был молчаливый Их диалог.
Звала Гермеса Деметра вернуться в земную жизнь. Ради Нее, ради Любви Их. Улыбался Гермес. Было в одной Его улыбке столько Любви, что и десятку жизней человеческих не вместить Ее. Но кроме Любви было в улыбке той еще кое-что.
Было в ней равнодушие. Не за чем Гермесу было возвращаться в земную жизнь. Все познал Гермес, все умел, все видел. Забавной игрушкой казалась Гермесу земная жизнь.
«Смотри», – сказал Гермес Деметре и разыграл маленькую сценку, пользуясь для нее людьми, словно марионетками. Подчиняясь его воле, люди радовались и грустили, удивлялись и пугались.
Забавной была игра Гермеса. Оценила Деметра и Его иронию, и азарт, и могущество Его. Любовь была для Гермеса такой же игрой. Океан Любви был в Его распоряжении. Хочешь – пей, хочешь – плавай в нем. Щедрым был Гермес. Щедрым. И равнодушным.
– Приходи ко Мне в гости, Гермес. Я покажу тебе Свою Игру, – сказала Деметра.
– Не знаю,– ответил Гермес. – Это опасно. Я ценю свою свободу.
– Нет у тебя никакой свободы, Гермес. Лишь бесконечное повторение давно известного, вариации на тысячелетия назад заданную тему… Лишь отражения тебя самого…
Рассердился Гермес на такие слова. Прогнал Деметру со своей Горы.
ЧАСТЬ 1
***
Начало.
Глава 1.
Действующие лица: Деметра – богиня плодородия;
Зевс – верховное божество Олимпа;
Гермес – покровитель торговли и красноречия, а также – обманщиков и воров.
Мы жили в чудесном мире. У нас был очень строгий Отец. Мы не понимали его, но, впрочем, и видели очень редко. И чудесная Мама. Казалось, пространство вокруг нас пронизано ее Любовью. Где бы мы ни были и что бы ни делали. В ее Любви можно было купаться; погружаться глубоко-глубоко, а потом выныривать на поверхность. И не было ей конца, не было предела.