Танго Агарта. Часть 2. Клон

Пролетает, брызнув в ночь огнями,

Черный, тихий, как сова, мотор,

Тихими, тяжелыми шагами,

В дом вступает Командор…

А.Блок

Часть 1. Грезы

Глава 1. Человек Мира

Часы на башне Биг-Бена* пробили утро.

Старушка Елизавета проглотила первую ложку монаршей овсянки, на Лондонской бирже открылись торги, великая страна стала ковать деньги, не отходя от кассы.

В

это же самое время, в графстве Суррей, что на юге Англии, по бесчисленным залам построенного в эдвардианском стиле особняка, внесенного в список памятников архитектуры, нервно рысил, покусывая на руках ногти, человек в халате от версаче и ермолке*.

На вид ему было за шестьдесят, он привычно горбился и в профиль напоминал Наполеона Бонапарта в период заключения того на острове Святой Елены.

Звали человека Борис Абрамович Березовский, в прошлом он был особой приближенной к императору, а теперь опальный олигарх и человек Мира.

Гонимый новым российским самодержцем и его кликой, осенью 2003-го, Борис Абрамович бежал с исторической родины, отстегнул через оффшоры брату английской королевы принцу Майклу 320 тысяч фунтов и обосновался на постоянное жительство в Соединенном королевстве.

Чувствуя себя неправедно униженным и оскорбленным (в России успешного политика, бизнесмена и членкора РАН обвинили во всех тяжких и даже заочно осудили), изгнанник не смирился и, тряхнув мошной, вступил в неравную борьбу с узурпатором.

Для начала он щедро профинансировал чеченских абреков, возжаждавших создать на Кавказе исламский халифат от Черного моря до Урала, а потом американского ставленника Ющенко в Украине, заручившись их поддержкой в благом деле.

Но первых остатки русской армии, поднатужившись, отстреляли, второго немного отравили завистники, и он впал в прострацию, а Борис Абрамович остался на бобах.

– Курвы, кругом одни курвы! – дал оценку бывшим соратникам олигарх, скрупулезно подсчитав оставшиеся миллиарды.

– Так и до миллионера докатишься, – подбил он неутешительный дебет* и вспомнил своего лучшего ученика, а ныне кремлевского кошелька, губернатора Чукотки и владельца «Челси», Рому Абрамовича.

В свое время тот начинал с торговли резиновыми игрушками и кондомами*, затем на одной из встреч попался на глаза купавшемуся в лучах славы Березовскому, выполнил для того ряд деликатных поручений (шалун очень любил красивых женщин), после чего был допущен к кормилу власти.

Следствием явился крупный нефтяной бизнес, тесное общение с первыми лицами государства и окучивание страны в числе избранных, на ее бескрайних просторах.

– Делай как я, поц* – в очередной раз получая свою долю и переводя ее на Багамы, наставлял похожего на библейского праведника Рому, благодетель. – И всегда будешь иметь свой маленький гешефт, как в Одессе.

«Поц» влажно блестел маслинами глаз, чесал рыжую поросль на щеках и клялся в вечной преданности.

Теперь, устав от обильно льющегося на его счета финансовых потоков, пьяных чукчей и надоедливых папарацци*, баловень судьбы отдыхал на одной из своих английских вилл в Западном Суссексе, и Борис Абрамович (по паспорту, в целях конспирации, он теперь именовался Платон Еленин),

направил к воспитаннику свои стопы, в надежде перехватить от его щедрот.

Но нувориш принял забытого благодетеля весьма прохладно, а на просьбу подкинуть по бедности миллиард, гнусно рассмеялся.

– Так что, не дашь? – подался к сидевшему напротив в кресле одного из Тюдоров* Роме, пламенный революционер.

– Не дам, – последовал ответ, и владелец «Челси» ткнул просителю в нос пахнущий дорогим парфумом кукиш.

Далее последовала непередаваемая игра слов и междометий, после которых два стоящих позади хозяина горилообразных секьюрити*, по его знаку сгребли гостя в охапку, быстренько спустили вниз и выкинули за ворота виллы.

– Ну, жид пархатый, погоди! – взбунтовался в Борисе Абрамовиче Платон Еленин, после чего встав с подстриженной лужайки, он заковылял к своему «Роллс-ройсу», у предупредительно открытой двери которого, скорбно стоял водитель.

Вслед за этим Еленин-Березовский, наняв лучших адвокатов, вчинил наглецу иск, обратившись в Высокий суд Лондона и обвинив того в присвоении пяти кровных миллиардов, после чего в храме правосудия состоялась битва титанов.

Присутствовавшие потели от услышанного, адвокаты сторон сражались подобно древнеримским гладиаторам на арене, европейские пресса и ТV непрерывно освещали ход небывалого процесса.

Спустя четыре месяца он был завершен, судья Элизабет Глостер огласила вердикт и стукнула молотком, желанные миллиарды остались у Абрамовича.

– Блядская страна! – в сердцах заявил, выбежав из суда окружившим его репортерам разъяренный истец. – Сучьи законы! – хлопнул он дверцей лимузина и тот, раздвигая толпу зевак, гиппопотамом тронулся с места.

Вернувшись в свою обитель и подсчитав судебные издержки (они составили сумму в 160 миллионов), человек Мира расстроился еще больше, проклял алчных адвокатов, и, почувствовав упадок душевных сил, отправился подлечиться в лучшую психиатрическую клинику Израиля.

Там, окруженный внимание врачей, он принимал различные процедуры, вкушал кошерную пищу и регулярно слушал патриотическую «Шалом алейхем».

Веди нас в бой Голда Меир,

Веди нас в бой Голда Меир,

Веди нас в бой Голда Меир,

И одноглазый бог войны Моше Даян!

Москва, ты нам не столица -

Еврей свободная птица,

Пускай цветёт среди олив,

Свободный город Тель-Авив!

Идут железные роты

Еврейской мотопехоты

Тогда войне придет конец,

Когда еврей, еврей, еврей возьмёт Суэц.

Дойдем до Красного моря

На страх и ужас врагам,

И точно нашим будет вскоре

Тот дальний город, что зовется Асуан.

И пусть же знают народы,

Настанет время когда,

Взойдет над ясным небосводом

Шестиконечная Давидова звезда.

И наша вождь Голда Меир

Раскинет ядерный веер.

Тогда войне придет конец,

Когда еврей, еврей, еврей возьмёт Суэц!