Танго нуэво
Шрифт:
Алисия даже головой помотала от такого дикого предположения.
Как это – не к ней?! Такого просто не может быть, не должно, это неправильно…
Но вот – реальность! Тан Анхель беседует с ее братом. И все равно ему, что ждет красивая девушка… не просто красивая! Самая очаровательная девушка острова!
Да что там того острова!
Колоний! А может, и всего Римата!
Алисия еще раз покосилась в зеркало и нервным жестом поправила золотой локон. Что это вообще за наглое пренебрежение?
Слов нет!
Может, пойти
Она ритана, она богата, работать ей не надо, она выйдет замуж и всю жизнь посвятит украшению дома своего супруга. Да, разумеется, супруг будет богатым и знатным, она ведь этого достойна!
Так что романы – идеальный вариант. Не мамины же бухгалтерские книги листать, хотя мама и намекала, что стоило бы! Но… зачем?
Нанять экономку и успокоиться! Пусть она считает, а муж, к примеру, раз в месяц проверит счета.
Так вот. Сходить за книгой, поздороваться… а не получится так, что она бегает за таном Толедо? Это уж вовсе ее недостойно! Просто полное фи!
А что на этот счет говорится в романах?
Алисия вспоминала прочитанное недолго. Примерно через пятнадцать минут ей сообщили, что пришел тан Ортис.
С громадным букетом.
И умоляет ритану о милости – уделить ему хотя бы пять минут.
Алисия и думать не стала. Если прибыл, умоляет, если…
Конечно, она уделит. Только вот прядь волос поправит… она совсем развилась. Сейчас, буквально минуту… попросите тана Ортиса подождать в гостиной.
Нельзя сказать, что Рауль был влюблен. Но натянуть нос Анхелю Толедо?
Да со всем нашим удовольствием!
Это Ксарес, болван, не видит, что он просто коровья туша для мерзкой пиявки. А на самом-то деле Анхель его доит, как тупую скотину.
А Рауль все видит. Но Ксаресу не объяснишь.
А сейчас Толедо явно нацелился на сестру Ксареса. И… даже если бы Алисия была страшнее всех мединцев мира, Рауль бы начал за ней ухаживать.
Да… Анхель ему крупно задолжал.
Примерно три года назад, когда этот шакал только появился в столице… Рауль был молод. И влюблен.
И у него была почти невеста.
Почти…
Они были соседями с родителями Эмералд.
Их поместье, поместье Ортисов… конечно, дети были знакомы. И шуточки отцов по поводу свадьбы тоже слышали. Почему нет?
И даже воспринимали их… спокойно.
Обычно-то молодежь бесится, топает ногами, требует свободы… нет, Раулю нравилась Эмералд.
Нравился ее веселый характер, ее взрывной нрав, ее решительность, ее горячность и порывистость… она вся была – огонь и ветер.
Эмералд нравился Рауль.
Тогда он думал именно так.
Потом… Потом была столица.
Эмералд решила поехать и пожить немного в столице. Интересно же! Рауль принял это спокойно. Предложения он ей еще не делал, но все было практически решено. Вы мне нравитесь, я вам нравлюсь, семьи друг другу нравятся… чего еще надо-то?
Правильно,
В столице Эмералд и встретилась с Анхелем Толедо.
Рауль тогда ничего не понял. Вообще ничего… ну, бывает же! Завертело-закрутило, ему и самому было интересно в столице. И что с того, что Эмералд волнует одно, а его – другое?
Что ей нравится опера, а ему мобили?
Что она с удовольствием идет в театр, а он начинает там зевать через пять минут и мечтает удрать куда-нибудь в кабак… что, что в этом такого?
Ничего.
Для него, не для Эмералд.
Именно поэтому самоубийство девушки стало шоком для всех. Точнее… нет, это не признали самоубийством. Иначе ее нельзя было бы отпеть, ее бы похоронили за церковной оградой…
Это признали несчастным случаем.
Так тоже бывает.
Девушка пошла купаться. В море. И немного не рассчитала сил. Не смогла выплыть…
Это подошло для церкви.
Для ее родителей.
Но не для Рауля, который сам учил ее плавать. Он-то знал, КАК могла плавать его подруга. И плавать, и нырять, и…
Не могла она утонуть! Глупость это!
А если так…
Родители часто знают о своих детях меньше, чем близкие друзья. Вот Рауль и знал, что подруга вела дневник. Знал, где он лежит, примерно представлял, как до него добраться…
Добрался. На свою голову.
Эмералд действительно покончила с собой. Потому что была беременна от тана Анхеля.
Нет-нет, дело было не в ребенке, все было проще и грязнее. И намного гаже.
Да, любовь. Да, постель. Да, беременность.
А вот когда девчонка пришла к нему и сообщила о «счастье», тан Анхель поступил, как настоящий подонок. Девушка предполагала, что это – он, но доказательств у нее никаких не было.
Выкидыш у нее случился через два дня после признания. Эмералд даже предполагала, кто подлил ей в еду зелье.
Но… доказательств не было.
А еще… больше и детей у нее быть не могло. Там что-то было медицинское, Рауль точно не понял. Но если бы первого ребенка Эмералд выносила благополучно, у нее могло бы и со вторым сложиться. А если первого потеряла, то – все. Она была обречена на выкидыши.
Просто прожить жизнь. Бесплодной и бездетной. Не взять на руки своего малыша, не любить, не…
Добавьте еще разочарование в любимом мужчине.
Эмералд свое решение приняла. И исполнила.
Пил тогда Рауль по-черному. Наверное, дней десять. Потом протрезвел, пошел и набил Анхелю морду. Попал в полицию, был вынужден заплатить штраф…
А вот дальше…
А дальше начинались сплошные проблемы. Рауль просто не мог ничего доказать! Никому.
Если обнародовать дневник Эмералд, начнутся проблемы у ее родителей. Самоубийца, перезахоронение, пятно на семье… церковь к таким вещам относится строго. И ее маму было жалко, бедная женщина едва оправилась, хорошо, Эмералд не единственной дочкой в семье была, но врагу – и то такого не пожелаешь.