Танго нуэво
Шрифт:
– На кражу?!
– Да нет же! Создать копию, которую и сами хозяева примут за оригинал.
Сальвадор Коронель чуть смягчился. Это звучало как признание его заслуг.
– Я могу, да. Но даю слово, последние два месяца я не делал ничего под заказ. Я работал исключительно для себя.
– У вас будет личная выставка? – наугад спросил Амадо. – Король возвращается в столицу, наверняка ему надо будет что-то показать?
И попал в цель. Сеньор Сальвадор буквально расцвел.
– Да! О,
– А нельзя ли…
– Осмотреть мои произведения заранее? Нет, этого я вам позволить не могу. Но… могу пригласить вас в мастерскую.
– Пожалуйста, – попросил Амадо. – Я понимаю, что с копиями – это не вы. Но дайте мне хоть какие-то доказательства для начальства. К примеру, покажите готовую работу, чтобы я сказал – у него не было времени… понимаете?
Сеньор Коронель кивнул.
Амадо проследовал за ним к винтовой лестнице, спустился по ней вниз.
– Я всегда работаю в подвале, – объяснил Сальвадор, не оборачиваясь. – Здесь можно выставить то освещение, которое мне захочется. И с нужной стороны. И шума не слышно, и не отвлекает никто. Вот, смотрите…
Амадо медленно кивнул.
Подвал тянулся под всем домом. И часть его действительно занимала мастерская. Столы, тисочки, маленький горн, какие-то предметы неясного назначения.
А вторую половину занимали стеллажи. Много стеллажей.
С одного из них мужчина и отдернул штору.
– О-охх…
По глазам Амадо ударил блеск золота и драгоценных камней. Их было – много! Так много, что глаза разбегались, и не опишет он потом эти скульптуры и украшения. Но видно же! Их – много!
– Это я подготовил для выставки, – мужчина задернул штору обратно. – И есть еще, есть незаконченное, есть то, к чему я время от времени возвращаюсь… впрочем, это неважно. Сами видите, мне некогда заниматься глупостями вроде копий.
Амадо кивнул.
Вот как хотите, Коронель не врал. Что-то недоговаривал, но то всем людям свойственно. Но не врал. Ладно, пусть его…
– Спасибо, сеньор. Я ценю вашу помощь.
– Не стоит благодарности, – чуточку смягчился хозяин дома. – Я понимаю, работа.
– Да, вот именно. Работа.
– Что ж, тан Риалон. Пойдемте, я провожу вас, у меня тоже есть работа, и она не ждет.
Амадо слегка поклонился.
– Благодарю вас, сеньор.
И всю дорогу до выхода пытался понять. Ну что ему напоминает рисунок на щеке у мужчины?
Что?!
Нет, не вспомнить…
– Феола, ты вела себя отвратительно! – Алисия вся кипела.
Феола пожала плечами.
– Твоя воля. Хочется тебе заказывать барахло втридорога – заказывай. А я не хочу бездарно проматывать родительские деньги.
– Это лучшая модистка Римата!
– Скажи еще – Астилии. И вообще, кому
Алисия закатила глаза.
– Ты невыносима!
– Лисси, если тебе это нравится, вся эта крысиная возня, то она совершенно не обязана нравиться мне, – примирительно начала Феола.
Алисия махнула рукой.
– Возня… малявка ты еще! Вот подрастешь – поумнеешь!
Феола сдвинула брови.
А вот этого выпада она прощать не собиралась. Ей уже семнадцать… почти. Будет через полтора месяца. Алисии всего восемнадцать, пусть даже скоро и будет девятнадцать, и вообще… Два года разницы? Это сейчас они важны! А когда им будет по пятьдесят? Пятьдесят или пятьдесят два года? Разве это так важно?
– Если поумнеть в твоем понимании означает вести себя, как транжира и дура, – без меня.
– Ах ты…
Алисия всерьез собралась дернуть сестру за ухо. Остановил Лоуренсио. И правильно сделал, между прочим. Феола бы точно ответила, а царапины на носу не украшают никого.
– Алисия, ты старше. Прекрати. Феола, если ты себя будешь так вести, мы тебя завтра с собой не возьмем.
– Куда?
– В театр. Очень модная премьера, между прочим. «Паоло и Франческа». Анхель едва достал нам три билета, и то с большой переплатой.
– Которая пошла на четвертый билет.
– Фи!
Феола пожала плечами. Лично она была в этом уверена. Ну да ладно…
– О чем пьеса?
– О любви художника и принцессы, – вздохнула Алисия. – Так романтично…
– И они оба умерли?
– Гррррррр!
– Ах, как это неромантично – рычать на сестру, – огрызнулась Феола. И удрала из гостиной раньше, чем ей таки надрали уши.
Ничего, переживут. А на премьеру она пойдет. Только ради удовольствия испортить Анхелю обедню. Что она, дура что ли? Не видит, как он вокруг Лисси вьется? А та, дурочка, только млеет…
Конечно, на их острове такого не водилось. Чтобы и ручки поцеловали, и комплиментами засыпали, и вообще… большая часть разговоров о кофе, сахаре, неграх…
Много о чем. Но не о любви.
А Алисия романтична. Это Феола твердо стоит ногами на земле, и ей нельзя иначе, а сестру надо защищать. Перебьется Анхель без их денег. Только вот как бы его показать во всей красе?
Ладно.
Сволочь – он без выходных и праздников сволочь, так что… у нее еще будет шанс. Феола была в этом уверена.
А пока…
Запереться в своей комнате, лечь на кровать – и заняться упражнениями. На корабле это было нереально, и сегодня, когда она призвала свою силу, она… ладно! Контроль Феола не потеряла! Но слушалась ее сила очень плохо. Это надо исправлять.