Танго Один
Шрифт:
Геннон подошел к телефону и снял трубку.
— Майор Геннон.
Глава МИ-6 назвал себя и проинструктировал Геннона, который сделал пометки в блокноте, прикрепленном к металлической доске со штампом «Совершенно секретно».
Разговор был кратким, менее двух минут. Геннон повторил полученную информацию, потом положил трубку. Сержант-десантник взглянул на него из-за газеты «Ивнинг стандарт».
— Игра началась, — произнес Геннон. — Груз направляется в Феликстоу. Перехват сразу же, как войдет в наши воды. Возможно, наркотики.
— Таможня? — спросил
— Шпики, — ответил Геннон. — Специальные инструкции — не посвящать в дело таможню.
— Они опять затеяли свои мелкие игры? — поинтересовался сержант.
— Сила привычки, — ответил Геннон. — С тех пор как пал железный занавес, у них много дел. Хотя все равно не понимаю, почему этим должны заниматься восемь «кирпичей».
Парашютисты-десантники и морские пехотинцы разделялись на группы из четырех человек, названные «кирпичами». В каждом «кирпиче» есть специалисты в области связи, медицины, ликвидации, обладающие другими навыками: знанием языков, снайперским искусством и подводным плаванием.
— Мы пойдем на надувных лодках, вертушки не нужны.
— Делимся пятьдесят на пятьдесят?
— Думаю, да, — предположил Геннон. — Морпехи пойдут под водой на скиммерах. Нет причин ожидать сопротивления, но мы отправимся в полном снаряжении. — Майор взглянул на часы. — Полный инструктаж через восемнадцать часов.
Донован нашел сумку Робби за кроватью. Бросил ее на пассажирское сиденье «рейнджровера» и уже собрался отъехать, когда ему в голову пришла неожиданная мысль. Он вернулся домой, взял радиочастотный детектор и провел им снаружи по низу машины, потом сел на сиденье и проверил салон.
Вдруг какая-то машина свернула с дороги. Донован поднял глаза, насторожился, но расслабился, увидев, что это Луиза. Девушка махнула ему и вылезла из спортивной «ауди». Доновану в голову пришла забавная мысль: девушкам, работающим в стрип-клубах, нравится управлять мощными машинами.
Он вылез из «рэйнджровера» и помахал в ответ.
— Надеюсь, ты не вздумаешь рассердиться на меня, — вместо приветствия произнесла девушка. На ней была кожаная куртка, голубые джинсы, которые обтягивали ее словно вторая кожа, и солнцезащитные очки. — Крис сказала мне, где ты живешь.
— Нет проблем, — успокоил ее Донован. Он взглянул на часы. — Только я как раз собирался уезжать.
Лицо Луизы помрачнело.
— А, ну ладно. Я просто хотела сказать тебе спасибо и предложить выпить вместе кофе.
Она смотрела на портативный детектор, который Донован все еще держал в руках. Он бросил его в «рэйнджровер».
— Знаешь, а что, если ты подвезешь меня в школу к моему сыну? Мне надо отдать ему форму для футбола. Потом можно будет заглянуть в кафе.
Луиза улыбнулась. Очень милая улыбка, подумал Донован. Когда он был в ее квартире, видел только слезы и дрожащую нижнюю губу. Девушка повернулась и пошла к своему спортивному авто, а Донован не мог глаз отвести от ее попки. Теперь он понимал, почему она может
Он быстро отвел глаза, вытащил сумку Робби и закрыл «рэйнджровер». Девушка уже запустила двигатель, когда он сел на пассажирское сиденье.
— Отличная машина.
— Моя игрушка, — сказала Луиза. — Хочешь сесть за руль?
— А парню не хреново! — восхищенно заметил Шакер, фотографируя отъезжающую «ауди». — Сначала блондинка, теперь брюнетка. Обе классные. Видел фигуру?
Дженнер опустил бинокль и записал регистрационный номер машины. Блондинка оказалась стриптизершей, и Дженнер готов был поспорить, что брюнетка занимается тем же бизнесом.
— Имей ты его миллионы, и вокруг тебя крутились бы такие же милашки.
— У меня и так все в порядке, — защищался Шакер.
— Конечно. Как скажешь им, что работаешь на таможне, так сразу их глаза затуманиваются, правда?
— Все дело в мотоцикле. Птички любят байки.
— Нет, птички говорят, что им нравятся байки, пока не выйдут замуж. Потом они хотят, чтоб ты продал байк и купил машину.
— Не, так не пойдет. А вот Донован, у него ведь есть стиль, правда? Как думаешь, сколько стоит его дом?
— Два с половиной. Может, три.
— Они не могут конфисковать его имущество?
— Он об этом позаботился. Думаю, дом записан на имя жены. Или еще на кого-то. В любом случае к нему не подберешься. Даже если у них что-то будет против него.
Дженнер усмехнулся. Оба работали третью смену и провели в комнате тридцать шесть часов. Они по очереди спали на односпальной кровати, и теперь наступила очередь Дженнера.
— Что ты думаешь о его манипуляциях с машиной? — спросил Шакер, прокручивая пленку.
— Проверял. Нет смысла это делать каждый день. Нам просто нужно подождать.
— Он знает, что мы следим за ним. Такие, как Донован, всегда чуют слежку. А тот парень, который приходил сегодня утром? Наверное, технарь, помогает избежать прослушки.
— Узнаем, когда проверим номер машины, но вообще-то да, выглядел как технарь. Если так, нет смысла начинять дом «жучками». По крайней мере если мы не хотим его разозлить.
— Логично, — согласился Шакер.
— Это не наше дело, — ответил Дженнер, — но я собираюсь предложить лазерные микрофоны. Посмотрим, смогут ли они переиграть нас. Хотя, думаю, мы зря потратим время: Донован не станет обсуждать дела по телефону или дома.
Донован объяснил Луизе, как проехать к школе. Она вела машину уверенно и лучше, чем Крис. Девушка ехала так же быстро, но аккуратно, тогда как во время поездки с Крис у Донована сердце выскакивало из груди. С Луизой он мог по меньшей мере расслабиться.
— Крис рассказала мне, что ты сделал. Спасибо.
— Не за что.
Она искоса взглянула на него, и Донован увидел свое отражение в черных стеклах очков.
— Это было опасно, Ден. Ты рисковал.
— Не в данном случае. Он идиот.