Тантрас
Шрифт:
“А где еще я могу хранить их?” — засмеялся контрабандист. “По сути у меня есть один документ с печатью и подписью, которые вполне могут заинтересовать тебя. Это приказ на казнь”.
Внезапно перед Келемвором и Сабинусом выросли очертания просторной, светлой площадки, и в тот же миг во тьме загорелось с дюжину факелов, освещая ловушку, в которую так неосторожно угодил Келемвор. В тот же миг воин осознал, что подвал игорного дома представлял из себя некое подобие арены, с площадкой посередине и балконами, откуда наблюдатели могли смотреть за происходящим. Также
“Приказ на твою казнь!” — крикнул Сабинус, стремительно бросившись к дверному проему в стене. Прежде чем Келемвор успел броситься за ним, его внимание привлекла яркая вспышка света. Он посмотрел вверх и увидел, что на лестнице стоит громила в маске.
“Даррок”, — прошипел Келемвор. Тем не менее воин тотчас взял себя в руки и занял защитную стойку, грациозно извлекая меч. Изуродованный убийца молча спустился по лестнице, твердо сжимая в руке свой червленый меч с кроваво-красными рунами.
Убийца был облачен в темную кожу, с металлическими ободами на лодыжках, бедрах, поясе и бицепсах. Достигнув пола арены, Даррок вознес руки и скрестил их между собой. Едва его запястья соприкоснулись, раздался резкий звук и металлические ободы превратились в полосы острой стали. Одним движением Даррок сорвал с себя маску и отбросил ее на землю.
Келемвор отпрянул назад, потрясенный обезображенным лицом убийцы. Толпа, до этого момента хранившая молчание, взорвалась и на двух противников внизу, посыпались крики и насмешки. Воин вошел в белый квадрат, шириной в тридцать футов, и убийца последовал его примеру. В безумном взгляде Даррока не осталось и единого намека на человечность.
Внезапно Даррок метнулся вперед, его черный меч описал в воздухе замысловатую дугу. Убийца двигался словно молния, танцуя вокруг Келемвора и нанося смертоносные удары. Даррок успевал отпрыгнуть прежде, чем у Келемвора появлялся хотя бы единый шанс на ответ.
Боги! — подумал Келемвор. Где он тренировался? Собственное мастерство Келемвора во владении клинком было весьма высоким, но убийца был настоящим мастером.
Убийца шагнул назад, затем развернулся и со всей силы ударил Келемвора в живот. Келемвор уклонился от удара, его волосы на миг прикрыли ему лицо. Даррок вновь развернулся, на этот раз взмахнув клинком.
В воздухе завертелось несколько черных волос с седыми прожилками. С молниеносной скоростью Даррок схватил их в руку.
“Это должна была быть твоя шея, мразь”, — произнес убийца вытягивая перед собой пучок волос. “Можешь начинать молить о пощаде!”
Толпа взревела. “Ставлю двадцать монет на обезображенного уродца!” — крикнул один из зрителей.
“Пятьдесят на мерзкую тварь со шрамом!” — крикнула какая-то женщина, и затененные балконы взорвались смехом.
Разгневанный насмешками, Даррок взревел и со всей силы рубанул сверху. Келемвор парировал удар своим клинком и тени, окружающие арену, разрезал дождь из искр. И все же сила удара заставила Келемвора опуститься на колено.
“Пролей его кровь, ты уродец!” — крикнул один из зрителей.
“Покажи
“Я убью тебя, когда найду, маленькая ведьма”, — прошипел Даррок, разворачиваясь и прикладываясь рукоятью меча по лбу Келемвора. Воин упал назад, и убийца нанес удар, оставивший на груди Келемвора кровавый порез.
Келемвор подумал о том, чтобы бежать, но знал, что для того, чтобы покинуть “Темную Жатву” он должен был сначала прикончить Даррока. Зеленоглазый воин игнорируя обжигающую боль в груди, подбросил меч высоко в воздух и бросился на убийцу. Взгляд Даррока лишь на мгновение задержался на мече, но Келемвору этого хватило, чтобы пнуть его в бок и подобрать упавший на землю меч.
С противным звуком меч воина пробил колено и ногу убийцы. Кончик клинка вошел в плоть всего на дюйм, но этого было вполне достаточно, чтобы обездвижить его ногу. Даррок перенес вес тела на здоровую ногу, отпрыгнул в сторону и рухнул на пол.
Толпа с замиранием сердца смотрела как Келемвор бросился на поверженного убийцу. Клинок воина просвистел сквозь воздух, но убийца откатился в сторону и сделал ответный выпад. Из плеча воина хлынул струя крови. Испугавшись, что верно направленный удар Даррока может рассечь его артерию, воин пригнулся, инстинктивно прижав одну руку к порезу.
Потеря одной ноги лишь слегка замедлила Даррока. Убийца воткнул свой меч в пол, поднялся на здоровую ногу и навис над Келемвором. За долю мгновения до того, как стальная полоска на лодыжке Даррока должна была перерезать глотку воина, Келемвор откатился в сторону.
В тот миг когда Даррок упал на него, Келемвор успел занести свой меч. Плоская часть клинка убийцы ударила воина по лицу, но Келемвор сосредоточил всю свою силу на единственном взмахе меча. Потом Келемвор почувствовал как его оружие пробило плоть и кости в груди убийцы. Воин упал на белый пол и Даррок рухнул поверх него.
Келемвор попытался пошевелиться, но ему в лоб уперлось острие на левой руке убийцы. Меч воина оказался зажатым весом тела Даррока. Воина охватила паника, когда он попытавшись освободить свои руки, увидел, что в нескольких дюймах от его лица двигается острая полоса стали. Он посмотрел вверх и увидел всего в нескольких дюймах от себя обезображенное лицо Даррока. Убийца попытался заговорить, но вместо этого у него изо рта полилась кровь. Лицо Даррока упало, и Келемвор понял, что убийца был мертв.
На балконах началась какая-то суматоха, и воин услышал что на арену кто-то выбежал. С Келемвора стащили труп и воин откинул голову назад. Открыв глаза, Келемвор сосредоточил свое внимание на балконе перед собой. Он совсем был не готов к тому, что его там поджидало.
Рядом с мерцающим факелом стоял Сайрик, и потрясенно смотрел на окровавленного воина. На какой-то миг взгляды двоих встретились, и на лице крючконосого вора расплылась зловещая ухмылка. Перед Келемвором кто-то прошел, на миг перекрыв ему поле зрения. Когда воин вновь посмотрел на балкон, то вора там уже не было.