Тау
Шрифт:
— Не сходить с ума, — ответила я, предчувствуя, что легкой победы не будет.
— Я просила тебя спасти Тау. Но я НЕ просила тебя убивать все остальные миры! Я не дам тебе родить на Тау. Ты, кстати, мир, можешь идти, я не держу тебя.
— С чего бы я должен уходить? — Тау вдруг материализовался в господина Шоса, теперь он был в высокой шляпе и с тросточкой, — Это дама моя, тебе не видать ее.
— Я просто убью тебя, — прошипела Вселенная, — Убью. И ничего не останется.
— Валяй! Убивай! — рассмеялась я.
Мне казалось, что Вселенная блефует, она
Вселенная тихо зарычала.
— Что ты нам сделаешь? Ты не доберешься до нас. Мы не подвластны тебе, — спокойно сказал Тау.
— А вот и доберусь, — прошипела Вселенная.
Меня сковало чем-то. Я с ужасом наблюдала, как теряет плотность мой живот, как проявляется вполне уже сформировавшийся плод. Как этот плод пытаются вынуть из меня какие-то злые силы. А я ничего не могла сделать. Изо всех сил я думала, что нельзя отпускать ребенка, кричала, чтобы он держался за меня. Тау лупил по щупальцам, что пытались вырвать ребенка из чрева. У нас что-то получалось, но долго так не продержаться.
Вселенная хохотала, словно это было нечто очень забавное.
— ОСТАВЬ ИХ, — прогремел глас.
Из темноты стали один за другим выступать Боги. На человеческих точеных телах были звериные и птичьи головы. Самый большой из всех с соколиной головой стрелял глазами во тьму. Меня отпустили. Двое богов, Уш и Тот, подхватили меня и спрятали в саркофаг, любезно предоставленный мне Сирисо. То, что он был мне в пору меня уже не пугало. Я лихорадочно гладила живот. Малыш внутри дрожал и жался.
— Все, мой хороший, солнышко мое, хватит, все. Теперь нас спасут, они все-таки Боги, нас спасут моя радость, — шептала я, скорее для самой себя, чем для него.
Тем временем, за пределами саркофага, происходила "стрелка" в жанре девяностых. Бог Ар разговаривал со Вселенной по понятиям. Это выглядело примерно как битва Геракла с Лернейской Гидрой, при той детали, что прижигание свежеотрубенных голов совсем не помогало.
Боги делали все, что могли. Тот сыпал проклятиями, Бег сотрясал все, что мог. Уш помогал донести проклятия в самые незащищенные места. Тун помогала Ару — подавала новые орудия в замен старых и затупившихся. Ар рубил кривыми ножами направо и налево, выкрикивая какие-то заклинания. Мунх творил орудия для Ара и затачивал затупившиеся. Сирисо распускал зловонные трупные запахи, Адиси творила заклинания и страшные твари раздирали Вселенную на клочки. Хетс-предатель ножами вместе с Аром рубил Вселенную.
Сверкнула молния — это появились Ясве с Тарлой, и Тифаб метал молнии и громами сотрясал все вокруг. В руках Ясве была секира, она встала и наравне с Аром и Хетсом, и Тарлой сражалась.
Вселенная корчилась и стонала, орала, но не сдавалась. И силы богов были на исходе, когда из ниоткуда возник Эток. Он взвыл и бросился куда-то вверх, где оказывается, пульсировала какая-то звездочка. Он не допрыгнул до нее и бог Рог схватил кота за шкирку и бросил
Но тут появилась Инесса. Волосы ее развивались. Она подхватила Этока, во второй раз брошенного Рогом, и добросила до Звездочки. Эток выпустил когти и вцепился в Звездочку.
И вскричала Вселенная, и заорала:
— Пусти! Пусти! Пусти! Я отдаю ее Тау, вы победили, только отпусти!
Звездочка вспыхнула и откинула Этока, он упал и был недвижим и бездыханен.
Я выбралась из саркофага и подбежала к нему.
— Эток! Котя, очнись, ну, очнись же…
— У кошки девять жизней, — подмигнула мне Инесса.
— Пойдем, — похлопал меня по плечу бог Ар своей тяжелой ручищей.
Я взяла тело Этока на руки и пошла следом за Богами, оплакивая своего смелого и доброго защитника.
Глава 2. Правдивая история Инессы Арман
Мы шли по воде моря Наеко. Малыш внутри радовался и уже забыл о том кошмаре, что происходил с ним. Мне было жалко Этока, бедный добрый кот не заслужил такой судьбы.
Я шла рядом с Аром, он видел мою печаль, но словно стеснялся обратиться ко мне.
— Тебе была дорога эта тварь? — спросил меня очень мрачный бог, которого звали Мунх, голова у него была баранья.
— Да.
— Эту тварь задумал не я, — серьезно сказал он, — они сами пришли в Тау, но Ар очень любит их. Попроси и он оживит твою тварь.
— Великий бог Ар, — тут же обратилась я к сокологлавому, — вдохни в него жизнь… пожалуйста…
— Они не подвластны мне, — печально ответил Ар, — но я знаю, у них помногу жизней. Он сам оживет, как только коснется родной земли.
— А долго нам еще идти? — спросила я. — Понимаете ли, я немного, ну, скажем так…
— Я вижу, — улыбнулся сокологлавый, — тебе трудно идти…
Ар остановился внезапно, встали все.
— К черту эти традиции, — наконец сказал он и залихватски махнул рукой, — Летим!
Рог и Тифаб подхватили меня, и всей кавалькадой мы полетели вперед.
— Послушай, Рог, — обратилась я к богу с головой орла, — а почему Хтес с нами? Ты же убил его?
— Да, я убил его, — спокойно ответил одноглазый орел, — Но Бог — сущность, убить которую навсегда нельзя. Ар дал ему срок — когда захочешь сам спасти, тогда можешь приходить, но не ранее. Ар хорошо читает наши сердца и знает наши желания. Сегодня Хетс захотел спасти тебя и пришел к нам. Теперь, когда мы уйдем, мы будем рады, потому что он будет с нами.
— А почему вы уйдете? — поинтересовалась я.
— В мире должен быть либо его создатель, либо его боги. Мы сможем стать богами для другого мира и изредка наведывать в Тау, — ответил Тарла.
Мы пролетали уже Силлиерию, приближались к ФОЛМиТу.
— Дематериализоваться! — скомандовал Ар, — Не хочу, чтобы люди опять стали сходить с ума.
Боги пропали, но я чувствовала их присутствие. Мы летели еще немного. Очень скоро засверкала под нами Пратка, Боги стали быстро снижаться. Наконец, мы приземлились на площади, возле хорошо знакомого мне дома.