Таймлин
Шрифт:
Но мне показалось, что здесь явно не всё так просто. Ну не можем мы всего с одним эсминцем представлять угрозу для нескольких десятков кораблей, пусть и переделанных под военные нужды из гражданских моделей: грузовиков, буксировщиков, ремонтных станций и так далее. Да и на их бортах должны находиться сильнейшие владеющие Таймлина, которые способны обойтись и без кораблей.
Гея ничего не ответила на мои опасения. Лишь пожала плечами и заявила, что факты говорят о другом. Поэтому я решил поделиться этим с Кингом и Маккинли.
— Подобные ощущения у меня появились, когда мы связались с флагманом противника. Слишком
— Исключено, — заявила Гея практически одновременно с Марком.
Только её слышал исключительно я, а вот младший Та’ар-интелект стоял вместе с нами на мостике Ивара, и его видели все присутствующие.
— Тогда отдай команду всем кораблям атаковать флагман противника, — принял решение Проповедник, и через несколько секунд общий залп из дальнобойных орудий обрушился на «Императора».
Из-за расстояния между нами пришлось ждать несколько секунд, чтобы сенсоры «Ивара» зафиксировали полный провал. Общий залп был поглощён силовым полем вражеского флагмана.
— И не просто поглощён, но ещё и вся эта энергия была распределена между кораблями противника, — Гея выделила для меня на карте корабли, получившие от нас подзарядку. — Похоже, что столь лёгкой победы, как мы изначально думали, не получится. «Император» — далеко не обычный крейсер. Ульф Сканнинг всё же не решился оставить Таймлин без надёжной защиты. Флагман противника — крейсер проекта «щитоносец». Один из самых удачных кораблей заражённых, технологию производства которых свободному человечеству так и не удалось заполучить. В то время в крупных сражениях именно эти корабли доставляли флотилиям Федерации больше всего проблем.
Марк ничего этого не знал, поэтому сперва получил от Геи пакет данных, а уже после пересказал практически слово в слово то, что она мне рассказала.
— Я помню эти корабли, и они действительно были костью в горле у всех флотоводцев Федерации. Разгром флота противника был возможен только после уничтожения всех щитоносцев. И для этого использовали исключительно десантные операции. Необходимо проникнуть на борт крейсера и отключить его системы вручную. Или взорвать изнутри, что раньше происходило практически всегда. И делали это сами заражённые, чтобы технология создания щитоносцев не попала в руки учёным Федерации, — сказала Маккинли, единственная из присутствующих, жившая в то время и знающая о щитоносцах.
Правда, она не сказала о том, что даже получив достаточное количество целых щитоносцев, учёным свободного человечества так и не удалось повторить технологию заражённых, что было поразительно. У последних было гораздо меньше ресурсов и возможностей.
— В таком случае нам просто необходимо поступить так же, — сказал я. — Проникнуть на борт «Императора» и просто захватить его. Уверен, что подобный корабль станет для нас отличным подспорьем против флота Сканнинга.
— Ты понимаешь, что это означает вступить в схватку с неизвестными владеющими, о которых мы ничего не знаем? Не их число, силу, техники. Вообще ничего, — спросил Проповедник, явно не имеющий ничего против моего предложения.
— Не вижу другого способа остановить корабли Таймлина. Как я
— А столкнуться с ними на борту «Императора» ты согласен? — усмехнулся Кинг. — Что же, это может оказаться весьма интересным. Всегда хотел узнать, насколько сильны владеющие Таймлина. Всё же наши пути развития сильно отличаются. Вот только абордажную команду я буду составлять лично. Попадут в неё только самые лучшие.
— Нам тогда вообще не стоит переживать, — заявила Гея. — На Вериго слишком мало владеющих, которые способны сравниться с тобой. А уж если ты действуешь под моим руководством, то таких и вовсе нет.
Глава 4
— Связь с «Хароном» была потеряна, — дрожащим голосом сообщил новый адъютант Ульфу Сканнингу.
Старый скоропостижно скончался в пасти господина после того, как сообщил ему новости о том, что Анджело Арано решил отойти от приказов повелителя и начал действовать самостоятельно, взломав систему щитоносца и бросив его в атаку на Окинаву.
И вот теперь пропала связь с кораблём, на котором находился Зверь. Новость ничем не лучше, поэтому адъютант уже готовился к смерти.
— Я ожидал этого гораздо раньше, — усмехнулся Сканнинг вместо того, чтобы разорвать глотку гонцу, принёсшему плохую весть.
И от этого бедолаге стало ещё страшнее. Он буквально начал трястись от страха, что очень понравилось самому опасному хищнику в ближайших системах. Сканнинг с наслаждением втянул воздух, вдыхая аромат страха, и улыбка переросла в оскал.
— Надеюсь, все паразиты выползли из своих нор? Нью-Вегас, «Чёрный Лотос», «Закатный»… Кто ещё присоединился к ним? Через полчаса жду подробный отчёт с раскладом сил в системе Двойного Серпа. Хочу знать абсолютно всё, вплоть до количества и порядков владеющих, решивших бросить нам вызов. А сейчас организуй мне связь с Анджело Арано, пора приструнить зарвавшегося недоимператора, решившего, что может действовать самостоятельно.
Сканнинг хлопнул в ладоши, заставив адъютанта подпрыгнуть, после чего радостно рассмеялся, а на столе перед ним остался лежать средний конденсатор. Трясущимися руками адъютант схватил его и начал сбивчиво благодарить господина, не веря в происходящее. Вместо смерти он получил поощрение. Но времени, чтобы отблагодарить господина в должной степени, не было. Связь с Таймлином гораздо важнее, и уже через несколько секунд перед Ульфом Сканнингом появилась проекция Анджело Арано, вальяжно развалившегося на кровати в окружении десятка женщин разных возрастов.
Подобное зрелище заставило Ульфа скривиться от отвращения и понять, что этот человек никогда не сможет захватить контроль над Окинавой, и отправка Зверя была полностью оправдана. А то, что связи с «Хароном» нет, ничего не значит — просто связь в том секторе полностью заглушена. Он сам отправил три корабля подавления для этого.
— Повелитель, — с огромным опозданием всё же заговорил Арано, выказывая своё пренебрежение Сканнингу, — что заставило вас первым выйти на связь со своим покорным слугой? — повелитель Таймлина попытался скрыть улыбку за бокалом, к которому приложился, но у него это не вышло.