Тайна леди Рэдли
Шрифт:
Страшный, совершенно нечеловеческий хохот сотряс чердак. Вздрогнув, оба резко обернулись. Смеялся портрет, ухватившись узловатыми пальцами за края рамы и пытаясь выглянуть или вылезти.
Леди Рэдли дико вскрикнула и осела в беспамятстве на пол.
– Мама!
– вбежал на чердак Маркус.
– Что случилось?
– Забери
– Дориан, бледный, как призрак, что-то лихорадочно искал на полках.
– Что вы с ней сделали?
– Маркус склонился над матерью, лежащей вниз лицом.
– Забери их всех отсюда!!!
– истерически заорал Дориан.
– Какого черта вас вообще принесло?! Бегите, пока не поздно!
– Маньяк! Я вас в Бродмур упеку!
– Маркус с ненавистью посмотрел на отца, поднял на руки леди Рэдли и вынес ее с чердака.
– Нет уж, сынок, я сам с этим разберусь, - пробормотал Дориан, срывая крышку с бутыли и расплескивая керосин. Он щедро обрызгал пахучей жидкостью и портрет.
– И с ним тоже... Сволочь, мало тебе меня, ты еще и Шарлотту... Получай же!
– он бросил в портрет горящую спичку. И, слыша, как за спиной разгорается пламя, а сквозь треск доносятся нарастающие панически-злобные вопли, подошел к двери.
– Эмили!
– крикнул он.
– Мое сердце навеки с тобой!
– он услышал ответные рыдания девушки.
– Шарлотта! Прости, я не хотел такого! Маркус! Ты хороший сын! Береги их обеих! И тоже прости...
– Дориан, Дориан!
– Эмили билась в руках отца, пытаясь прорваться к двери, слыша за ней рев пламени и чьи-то ужасные вопли.
– Мама?
– когда леди Рэдли пошевелилась и села, Маркус обратил внимание, как она изменилась. Прическа, платье, черты лица - это была она. Но волосы были уже без проседи, цвета червонного золота, вьющиеся колечками, морщинки исчезли, глаза заблестели, на щеках появился румянец, губы зарозовели. Пришедшая в себя Шарлотта выглядела моложе Маркуса и Эмили. Она стала похожа на свой свадебный портрет.
– Шарлотта, - потрясенно смотрел на нее Генри, - что с тобой?
Он взял ее за руку. Нежная белая кисть с округлыми розовыми ногтями, не иссушенная, без пигментных пятен, была рукой юной девушки.
– Твое лицо, руки...
Леди Рэдли недоуменно посмотрела
– Господи, что же я натворила!
– Уйдем отсюда, - лорд Генри увидел, что дверь уже занялась огнем. Мужчины вывели рыдающую Эмили и потрясенную Шарлотту на улицу.
– Шарлотта, это я виноват, мне нет прощения... Зачем я это затеял!
*
Сидящий в гостиной лорд Рэдли ожидал возвращения жены из Оперы. Когда часы пробили два пополуночи, он поднял голову... и упал, пораженный ударом, когда свадебный портрет Шарлотты на глазах превратился в изображение пожилой дамы. Леди Рэдли и Маркус нашли его слишком поздно...
*
В сгоревшем доме Келсо на развалинах чердака нашли изуродованное огнем тело хозяина, а рядом - абсолютно невредимый портрет Дориана Грэя, ослепительно юного, шедевр мистера Холлуорда. Портрет занял свое место в галерее памяти художника.
*
На похоронах мужа Шарлотта Рэдли прятала лицо под густой черной вуалью, и все шептались, что она словно навеки застыла от горя. Но когда она не сняла вуаль даже на свадьбе Маркуса и Эмили, пошли толки о том, почему леди Рэдли не расстается с флером, и чем она красит волосы...
*
– Сначала Дориан, теперь вы, - недоумевала Селия.
– Почему он только вам открыл секрет вечной юности, мама?
– Потому, что от таких секретов лучше держаться подальше: слишком велика цена, - ответила мать.
*
– Хватит с меня Лондона, - леди Рэдли стояла у подножки поезда в Дувр.
– Ужасный год. Надоело вести двойную жизнь, прятать днем лицо под вуалью, а вечерами... И у Маркуса могут быть проблемы, если узнают о развлечениях его матери. Да и вообще, хочу посмотреть мир.
– Да, понимаю, - кивнул седой головой лорд Генри.
– Только пиши нам почаще... Я пришлю тебе фотографию внука или внучки... Надолго ли ты уезжаешь?
– Как получится, - пожала плечами Шарлотта.
– Конечно, я буду поддерживать с вами связь. Разве можно тебя забыть?..