Тайна Перевала Мертвеца
Шрифт:
Хол колебался, а Бен смотрел то на Хола, то на его дядю. Ему всё это казалось совершенной сказкой, и он не понимал, почему его друг раздумывает. Хол ещё раз внимательно прочитал письмо. Загадочная смерть. Проклятие. Пропавшее завещание. Призрак. Ведьма. Старая Германия. Готика. Мистика… И тут его сердце учащённо забилось. Стараясь выглядеть как можно спокойнее, он вернул письмо:
– Конечно, я поеду дальше.
– А вдруг там какое-то страшное преступление? – спросил Бен, глаза его горели. – А вдруг всё такое страшное, что я даже не знаю!
– Ну, это-то вряд ли, – поскорее остудил его пыл дядя Нэт. –
– И мы должны будем её раскрыть, так? – спросил Хол.
– Так, – ответил дядя Нэт.
– Жалко, что я не могу с вами поехать, – простонал Бен.
– Ты будешь оставаться на связи, Бен, – сказал дядя Нэт.
– Это как?
– Ты будешь оставаться нашим человеком в этой стране. Считай, нашим тайным агентом.
– Агентом? Здорово! А что я должен буду делать?
– Делать вид, что ты ничего не знаешь, и хранить тайну, куда мы уехали и зачем. Клянешься?
– Клянусь! – энергично мотнул головой Бен и тут же добавил самым страшным шёпотом, какой смог из себя выдавить: – Могила.
– Да ладно тебе, – рассмеялся Хол. – Когда мы приедем, я всё тебе расскажу.
– Да уж пожалуйста. Не то я сразу тут и умру.
– Ладно, пока все живы, давайте прощаться, – сказал дядя Нэт, потом перевёл взгляд с Бена на Хола и обратно, слегка нагнулся и конспиративным шёпотом произнёс: – Главное, коллеги, вы должны помнить, что эта поездка имеет целью только ознакомление с игрушечной железной дорогой, и ничего более. Вы меня поняли?
Оба дружно кивнули.
Глава 2. Ветер странствий
Дома Хол имел всего лишь полчаса времени, чтобы переодеться, схватить рюкзак, поцеловать маму, обнять собаку и сказать «бай-бай» своей маленькой сестрёнке, которая всё равно ничего не понимала, потому что только недавно родилась.
Такси очень быстро доставило их на вокзал, ещё быстрее они прошли через турникеты и выскочили на мост над железнодорожными путями, с которого с топотом сбежали на нужную платформу. Поезд на Лондон ещё не подошёл.
– Вот твой билет, – сказал дядя, – держи его при себе. Я не сумел купить места в купе, поэтому поедем в общем вагоне. Надеюсь, найдём два рядом.
Поезд подкатил к платформе, двери с шипением разомкнулись, навстречу стали вываливаться пассажиры. Хол ещё снаружи приметил два свободных кресла и первым проскользнул в вагон. Правда, рюкзак пришлось держать на коленях, потому что все полки для багажа были заняты. Дядя Нэт поставил дорожную сумку себе под ноги, потом расстегнул пальто и ещё раз посмотрел на часы, на те, которые показывали лондонское время.
– Ну вот. На станцию Юстон мы прибудем в семь тридцать вечера. Оттуда неспешно, пешочком, прогуляемся до Кингс-Кросс. Вокзал Сент-Панкрас находится от него в двух шагах. Для нас я заказал двухместный номер в гостинице «Сент-Панкрас Ренессанс». А завтра утром практически прямо из отеля мы выйдем на платформу, откуда отправляются поезда «Евростар». А там – здравствуй, Европа!
И вот только тут до Хола дошло, что они действительно куда-то едут. До этого всё было словно
Поезд мягко качнулся, и платформа вокзала его родного города Кру плавно поехала назад. Вечерело, в вагоне включили свет, и в тёмном окне Хол увидел своё отражение. Он улыбнулся ему. Отражение ответило. Хол снова улыбнулся и отвернулся, спрятав в уголках рта довольную улыбку.
Кресла в вагоне были самолётного типа, и Хол опустил перед собой столик, закреплённый на спинке переднего кресла. На столик он положил новенькую записную книжку и тонкий чёрный фломастер-ручку. Сам он хотел взять с собой альбом для рисования или блокнот, как делал это всегда, но дядя Нэт не рекомендовал. Он сказал, что не в этот раз, потому что они поедут инкогнито. Никто не должен заподозрить, что он художник, и даже не просто художник, а знаменитый юный детектив Харрисон Бек, о котором писали в газетах. Его даже называли «рисующий детектив», хотя такое словосочетание совсем не казалось Холу благозвучным.
Хол раскрыл записную книжку на первом же чистом развороте, немного помял её, поломал, посгибал, чтобы страницы не топорщились, затем снял с ручки-фломастера колпачок. Он уже продумал, каким будет его первый рисунок. Таким, с чего всё и началось. Ранний вечер, туман. Таинственный чёрный силуэт на фоне школьной ограды, мелкий дождь. И Хол быстро провёл две горизонтальные линии, затем линии перспективы. Ручкой труднее оказалось рисовать полутени, пришлось много штриховать, но и это в итоге неплохо получилось, благо кончик ручки был тонкий. Вышло как на гравюре. Дядя Нэт тем временем объяснял ситуацию:
– Значит, так. Барон купил нам два билета на первый же «Евростар», который отправляется завтра утром. Это будет в семь пятьдесят пять. В Париж поезд прибывает в одиннадцать семнадцать. На Северный вокзал. Так что у нас будет достаточно времени, чтобы прыгнуть в метро и проехать пару остановок до Лионского вокзала, где барон уже забронировал для нас столик в «Синем экспрессе».
– Но… мы же не говорим по-французски, – вдруг вспомнил Хол.
– Мы?
– Ну то есть… Вы-то говорите…
Дядя Нэт улыбнулся:
– Тешу своё тщеславие тем, что мало кто отличит меня от настоящего француза, если я проживу во Франции месяц или два. Но и ты пару слов наверняка должен знать, разве нет?
– Je ne parle pas francais [1] , – с трудом выговорил Хол.
– Ну, знаешь, у тебя и произношение, брат, – вздохнул дядя Нэт. – Значит, точно не говоришь. Тогда попробуй немного поучить немецкий. Очень этим удивишь маму. Кстати, будет хороший способ оправдаться, если наша поездка окажется не такой уж научно-познавательной, так сказать.
1
Я не говорю по-французски (фр.).