Тайна предтеч
Шрифт:
Полет. Взмах. Огненный шторм. Пар и дым.
Полет. Взмах. Огненный шторм. Пар и дым.
Когда вся приграничная полоса оказалась выжженной, на пути огня стали появляться озерца, глубокие протоки и омуты. Продвижение пламени замедлилось и с каждым разом оно проходило все меньшее расстояние.
Изменилось и еще кое-что. В водоемах стало попадаться все больше животных, от обычных выдр до чудищ-головастиков. Пар выбрасывал их изуродованные
Их невероятное количество и подсказало ловчему возможный смысл происходящего. Гррах не жег болото. Точнее, жег, но не это было его целью. Он убивал живущих в нем существ, всех, поголовно. Как это делали ловчие, когда выполняли заказы.
Потому и стекались жители болота в сторону атаки, точно также, как они нападали на ловчих в любом месте логовища. И если логика верна — в атаку сейчас ринутся жабы. Сначала те, что поменьше, и вслед за ними более крупные особи.
Так и вышло. Из омутов на тропу и ближайшие островки выскакивали десятки чудищ. Ни секунды не сомневаясь, они бросались на противника, выстреливая перед собой тугие шнуры языков.
Гррах сменил тактику. Он перестал выжигать воду и отправил огненные кнуты в пляс вокруг себя. Полоски пламени сократились, стали толще и образовали вокруг него огненную сферу. Все, что попадало на ее границу — разрубалось и сжигалось. Обугленные тела падали на землю и больше не поднимались, устилая путь хозяина планеты кучками распространяющего удушливое зловоние тлеющего мяса. Те жабы, которых задело вскользь, отползали, ныряли в воду, но больше не появлялись на поверхности. Зная самоотверженность защитников логовищ, Босой не сомневался, что они гибли на глубине, хотя огонь и переставал их ранить.
Зрелище разворачивалось завораживающее. Огненная сфера двигалась по тропе, принимая на себя все больше атак, но гррах ни разу даже не оглянулся на несущиеся в его сторону тела. Он смотрел только вперед, в сторону центра болота, зная, что основная битва у него впереди.
Понимал это и Босой. Как не сомневался и в том, что если сейчас ничего не предпринять, потом будет уже не спастись. Раз за разом он бросал комья грязи, проверяя внимание защитников, но всегда хотя бы несколько жаб находились рядом, на страже.
Время истекало. Босой видел, что чудища становятся все массивнее и начинают продавливать защиту сферы. Несколько тел уже провалились внутрь, прямо под ноги грраха, и до смены тактики оставались считанные минуты. Нужно было что-то делать, но сколько ловчий не думал, сколько не просчитывал варианты, вероятность гибели отряда оставалась стопроцентной.
И все же была призрачная надежда. Пока гррах находится ближе к краю болота, чем беглецы, движение чудищ идет только в одном направлении. Если создать в стороне еще один центр внимания — это может обеспечить коридор, слепую зону, через которую можно будет выйти. Вопрос только
— Как только он погасит сферу, я пойду туда, — Босой показал на цепочку небольших островков, в противоположной от грраха стороне. — Ждите. Когда я доберусь, ползите в воду. Ложитесь на спины и плывите вдоль протоки. Тут недалеко. Встретите препятствие — не высовывайтесь из воды. Лучше нырнуть, чем обойти по суше. Когда достигнете выжженной земли, бегите.
— А ты? — Зоя схватила его руку, — Я тебя никуда не отпущу!
— Вместе пойдем, Ловчий, — неуверенно предложил Винник, — Им всем не до нас.
В ответ Босой швырнул еще один ком земли. Реакция ближайшей жабы оказалась молниеносной. Старик отвел глаза, не в силах ничего возразить.
— Я тебя никуда не отпущу! — повторила Зоя, — Не надо никуда уходить. Нас здесь никто не тронет. Ты что, не помнишь, что я вижу будущее?
Пальцы девчонки впились в него, и оторвать их можно было только переломав. Хотя за этим дело не станет. Понимая, что это может сохранить девчонке жизнь, Босой был готов хоть ноги ей сломать — лишь бы она выбралась с болота, живой.
Слова и уговоры не действовали. Зоя обхватила руку, обвила его ноги своими и без серьезной борьбы вырваться было невозможно. Оставалось только стукнуть ее чем-нибудь по голове, надеясь, что она очнется достаточно быстро, чтобы успеть убежать.
Свободной рукой Босой дотянулся до рюкзака, вытащил один за запасенных на всякий случай булыжников, приладился, куда лучше ударить, но не успел. Винник подполз и навалился сверху, окончательно сковывая движения.
— И вправду, парень, может и пронесет. А там тебе точно кранты.
В отчаянии Босой оглянулся на грраха и понял, что время упущено. Сражение бушевало совсем рядом, и так как хозяин планеты сменил тактику, можно было сказать, что беглецы находятся прямо в эпицентре боя.
Гррах перестал крутить кнутами, поднялся в воздух и носился между жабами, то опускаясь почти к кромке воды, то взмывая к облакам. Чтобы бить кнутами, он должен был держаться низко, но постоянные атаки чудищ не позволяли ему все время оставаться на земле.
И все же он побеждал. Нанося удар за ударом, гррах измолотил десятки жаб, прореживая их ряды гораздо быстрее, чем прибывало пополнение с обратной стороны болота. Еще несколько минут, и вот уже самые крупные жабы пошли в атаку.
Снова картина боя изменилась. Гррах больше не метался как заведенный, потому что противников стало заметно меньше. Он спустился на землю и занялся исключительно обороной, так как языки крупнейших защитников логовища были не в пример длиннее, мощнее и быстрее, чем у мелких собратьев. Ему было уже не до атак — лишь бы отбиться.