Тайна Соколиного бора
Шрифт:
Знакомый ребятам солдат с товарищем нес из окопа тяжело раненого бойца. Когда мальчики увидели разорванное осколками снаряда тело, ноги у них ослабели, в лицах не осталось ни кровинки. Тимка не выдержал и сморщился.
— На войне не плачут! — услышали мальчики. К ним подходил старший лейтенант. — А еще воевать собрались! — пристыдил он их.
— Мы… ничего, — оправдывался Мишка.
— Это от дыма, — пробормотал сконфуженный Тимка. Он грязным кулачком растер на щеках слезы, отчего сразу
Командир улыбнулся. Он хотел еще что-то сказать, но к нему подбежал солдат и доложил, что за мостом осталось одно орудие, а лошади во время бомбардировки разбежались.
— Возьмите бойцов. Орудие немедленно переправить!
— Есть! — козырнул боец. — Как прикажете быть с лошадьми?
— Надо найти. — Командир повернулся к Васильку. — Ну, бригадир, выручай! Лошади у тебя есть?
— Всех отправили еще позавчера, — виновато потупил глаза в землю бригадир.
— Эх ты, начальник! — укорил его старший лейтенант.
Василек ожил. Его черные, как переспелые вишни, глаза вспыхнули радостью:
— Лошади сейчас будут, товарищ командир!
— Будут, говоришь? — недоверчиво переспросил командир. — Ну-ну, давай! Где ты их возьмешь?
— Мы сейчас… Под землей найдем ваших лошадей! Они далеко забежать не могли, а мы тут знаем каждый куст… Правда, ребята, найдем? — обратился он к друзьям.
— Живо найдем! — хором заявили те.
Мальчики двинулись на поиски.
— Только мигом! — приказал командир.
— Есть мигом! — выкрикнул уже на ходу Тимка и даже поднес руку к запыленной фуражке.
Командир слабо улыбнулся и невольно потянулся рукой к козырьку…
Как ни свирепствовали гитлеровские летчики, сколько бомб ни было сброшено, а мост остался цел и невредим. Только во многих местах он был так выщерблен осколками, словно по нему протащили большую борону с железными зубцами. Мальчики побежали через мост, весело улыбаясь бойцам, с большим напряжением выкатывавшим на этот берег тяжелое орудие.
«Прощай, Савва!»
Было уже за полдень. Мальчики утомились, а дело не шло на лад. Отойдя от моста довольно далеко, они минутку постояли, печально глядя на село: там горели родные жилища, может быть погибли матери, братья и сестры… Сердца ребят сжимались от горя, слезы навертывались на глаза. Ничего не поделаешь — война! Сегодня они встретились с нею лицом к лицу. Теперь они бойцы, и командир дал им важный приказ. Но все складывалось против них. Лошади маячили перед ними, как привидения: манили к себе, но в руки не давались.
Василек заметил их, как только отошел от села. Через полчаса цель была совсем близка. Сердца мальчиков радостно стучали; еще минута — и кони будут пойманы…
— Эх, что-то скажет командир! —
Савва, видимо, не разделял Тимкиных восторгов и хмуро ответил:
— Лишь бы ты знал.
— А вот и знаю! «Служу трудовому народу!» — вот как нужно говорить.
— Ну и хорошо. Ты вот лучше заходи сбоку. Видишь, тот черт с лысиной испугался и волком смотрит.
Здоровенный, откормленный конь с лоснящейся шерстью на спине и большой белой лысиной на лбу, глухо храпя, косил зеленым глазом на незнакомых людей. Он повернул к ним голову и застыл, как изваяние. Василек совсем уж было приблизился к нему, но конь вдруг так ударил копытом, что земля с головы до ног осыпала Василька. Другой, гнедой конь тоже сорвался с места, и через мгновение розовые мечты Тимки растаяли, как дым.
Лошади бежали лугом по направлению к Соколиному бору. Увлеченные погоней, ребята забыли обо всем. Солнце уже уходило на запад, они сильно устали, а лошади и не собирались даваться им в руки.
Разумеется, о том, чтобы вернуться без лошадей, никто не смел и заикнуться. Савва подумал и сказал:
— Лошади — умные животные. Думаете, хорошая лошадь пойдет к незнакомому? Отец говорил, что военный конь только своего хозяина знает.
— И в цирке так… только хозяина, — вмешался Тимка. — Дядя Михайла…
— Да подожди ты со своим цирком! — осадил его Василек и обратился к Савве. — Ну, что там о военных лошадях? Давай!
— Военный конь не пойдет к тому, кто за ним не смотрит. Тут нужна какая-нибудь хитрость. Если бы была торба с овсом или кусочек хлеба — они это любят. Отец говорил, что у него конь был такой лакомка: сам из батькиного кармана хлеб доставал.
— Торбу можно сделать из рубашки, — вслух подумал Мишка.
Мысль понравилась, но где взять хлеба?
Перебрали все другие способы, и Василек нашел выход:
— Савва, сейчас же беги в село! Достань там веревку, хлеба и бегом назад. Не забудь сказать командиру, что коней нашли и скоро приведем.
Савва пустился во всю прыть.
— Ногами, ногами! — крикнул вслед ему Тимка.
Василек, Мишка и Тимка не спеша двинулись за лошадьми — пусть привыкают! — но совсем близко решили не подходить, чтобы не пугать.
Время тянулось необычайно медленно. Лошади спокойно переходили с места на место, пощипывая молодую травку. Мальчики лениво перебрасывались словами, думая каждый о своем. Они вспомнили, что с утра ничего еще не ели, и начали собирать молодые листья щавеля, жадно высасывая кислую, терпкую влагу. Вдруг Мишка указал рукой и воскликнул: