Тайна
Шрифт:
— В общем, да. Думаю, да, — сказал Деннис. — Я не помню точно, что написано в газете, но, думаю, они правы. Но не можешь ли ты сказать мне, какое отношение имеет убийство этой женщины к находке рукописи «Потерь при Пойнтоне».
— А как вы думаете, откуда появился этот убийца?
— Наверное, его нанял кто-нибудь из политических противников Хасслгарда — из тех, кто против его политики.
— Каких-то определенных политических действий?
— Это может быть все что угодно.
— А вам не кажется, что теперь ему надо быть бдительнее —
— Что ж, попытка убить министра провалилась, убийца скрылся. Полиция ищет его, и, когда найдет, он обязательно расскажет, кто его нанял. Если кому-то и надо чего-то бояться, так это человеку, заплатившему убийце.
Все это, конечно же, были прописные истины.
— Но почему, как вы думаете, он засунул тело сестры министра в багажник?
— О, какая разница, куда он засунул несчастную Мариту. Это ведь не играет роли. Убийца заглянул в машину и увидел, что убил сестру предполагаемой жертвы. Тогда он спрятал тело в чемодан. Но тебе не кажется, что мы обсуждаем слишком уж мрачные вещи?
— А вы не помните, что это была за машина?
— Конечно помню — «корвет», точно такой же, как этот. Надеюсь, мы покончили наконец с этим вопросом.
Наклонившись к Деннису, Том вынул изо рта ручку.
— Почти покончили. Марита была крупной женщиной, не так ли?
— Я не вижу смысла продолжать...
— У меня осталось всего два вопроса.
— Честное слово?
— Вот первый. Откуда, по-вашему, женщина, убитая в Уизел Холлоу, взяла деньги, которые она спрятала под матрац?
— А второй?
— Откуда, по-вашему, взялось то, чувство, которое охватило вас на пороге антикварного магазина, — чувство, что вы обязательно найдете что-то важное.
— Мы ведем разговор или просто фантазируем на свободную тему?
— Вы хотите сказать, что не знаете, откуда взялось это чувство?
Деннис только покачал в ответ головой.
Впервые с тех пор, как они свернули на Калле Бурле, Том обратил внимание на окружавшие их высокие дома.
— По-моему, мы едем вовсе не к парку на берегу.
— Я живу вовсе не у парка на берегу — с чего ты взял? А, — Деннис улыбнулся Тому. — Я живу возле другого парка — Парка Гете. Рядом с кварталами, где раньше торговали рабами. Девяносто процентов домов в этом районе построены в двадцатые или тридцатые годы. Это добротные солидные дома с крылечками, арками и другими интересными деталями. Люди напрасно недооценивают этот район. — К Деннису вновь вернулось хорошее расположение духа. — Не знаю, почему бы школе Брукс-Лоувуд не открыть здесь свой филиал.
Том медленно повернул голову и заглянул в лицо Деннису.
— Хасслгард не учился в Брукс-Лоувуд.
— Знаешь, я никак не могу понять, какое это имеет отношение к убийству его сестры, — выражение лица Тома почему-то вызвало у Денниса смутную тревогу. Взгляд мальчика словно обратился вдруг внутрь, а кожа стала бледной, почти серой, под покрывавшим ее загаром.
— Не хочешь отдохнуть немного? — спросил Деннис. — Я могу остановиться у парка —
— Мне нельзя дальше, — сказал вдруг Том.
— Что?
— Сверните к тротуару и высадите меня здесь. Меня немного тошнит. Не беспокойтесь обо мне. Пожалуйста.
Деннис остановил машину. Том наклонился вперед и положил голову на приборную панель.
— Ты что, действительно думаешь, что я брошу тебя здесь одного? — удивился Деннис.
Том потерся лбом о панель. Жест этот был таким детским, что Деннису тут же захотелось погладить мальчика по волосам.
— Ну, конечно же, нет, Том. Я довезу тебя до своего дома, и ты полежишь немного.
Он помог Тому откинуться назад и положить голову на спинку сиденья. Глаза его напоминали сейчас два блестящих камушка.
— Поедем ко мне, — сказал Деннис.
Том медленно покачал головой и закрыл лицо руками.
— Не могли бы вы отвезти меня в другое место? Деннис удивленно поднял брови.
— В Уизел Холлоу.
Том внимательно посмотрел на Денниса, и у того возникло вдруг ощущение, что он разговаривает не с семнадцатилетним подростком, а с сильным взрослым человеком. Он повернул ключ и снова завел мотор.
— В какое-то определенное место в Уизел Холлоу? — спросил он.
— На Могром-стрит.
— Могром-стрит, — машинально повторил Деннис. — Что ж, это, пожалуй, не лишено смысла. В какое-то определенное место на Могром-стрит?
Том закрыл глаза, и Деннису показалось даже, что он задремал.
Культура и цивилизация коренного населения Милл Уолк практически исчезла к началу восемнадцатого века. Единственное, что от нее осталось, не считая самих туземцев с бессмысленными лицами и гнилыми зубами, — это две зиггураты на открытом поле, где устроили потом Парк Гете. На основании одной из пирамид было написано: «Могром», на другой — «Рамбишур». Хотя никто давно не помнил значения этих загадочных слов, местные жители относились к ним с огромным уважением. В одном конце Уизел Холлоу находилась Могром-стрит, пересекавшая Калле Рамбишур, в другом — кафе «Могром» и пицца «Рамбишур». «Скобяные товары Рамбишур» и «Кузница Могром» соседствовали с «Ломбардом Рамби-Мог». На Калле Рамбишур находилась школа для детей туземного происхождения под названием «Зиггурата», аптека «Зиг-Рам», книжный магазин Могром и магазин «М-Р — искусственные конечности».
Деннис молча проехал вверх по Калле Бурле, свернул на Маркет-стрит и снова проехал мимо «Остенд-маркет», затем миновал небольшой подъем, известный под названием Стрелка Форшеймера. Сбоку от дороги виднелись серые контуры консервной фабрики Редвингов и сахарного завода Тилманов. Уизел Холлоу лежал в низине, за высоким холмом. Том по-прежнему сидел с закрытыми глазами. Деннис направил машину к Могром-стрит.
— Ну что ж, — Том резко выпрямился, словно кто-то невидимый потянул за ниточку, привязанную к его голове. Он весь дрожал от нетерпения. Деннису показалось, что, если он не прибавит скорость, Том выпрыгнет из машины.