Тайна
Шрифт:
— Кто он такой? — шепнул Том, кивая на Перси.
— Торгует костью и человеческим волосом, — шепнула в ответ Хэтти.
Перси провел их через пыльную гостиную и распахнул дверь, выходящую на идущую под углом улицу. Они стояли напротив входа в «Рай Максвелла».
22
— Теперь идите за мной, — приказала Хэтти. — Не останавливайтесь, ни с кем не разговаривайте и ни на что не глазейте.
Они перешли через улицу. Том шагал прямо за Хэтти, а Сара за ним, крепко сжимая через пелерину его руку. Сообщающиеся между собой дома, построенные когда-то Максвеллом Редвингом, становились все выше
— Ты уверена, что хочешь пойти с нами? — тихо прошептал Том.
— Шутишь! — возмутилась Сара. — Неужели я отпустила бы тебя сюда одного?
Хэтти уверенно вошла под какую-то арку исчезла в темноте. Том и Сара следовали за ней, Становилось все темнее и темнее. Они едва различали впереди силуэт Хэтти. Становилось прохладнее, стены домов источали запах плесени, гнили и множество других неприятных запахов. Они пошли быстрее, и вскоре вышли вслед за Хэтти из-под другой арки.
— Это был первый ярус, — сказала Хэтти. — Всего их три. Нэнси живет на втором. Я никогда не бывала дальше ее дома, и наверное заблудилась бы, если бы попробовала.
Том подумал, что по первому впечатлению этот район напоминает немного тюрьму, немного — европейскую трущобу, но гораздо больше, чем первое и второе, — иллюстрацию из комикса: узкие улочки, соединенные друг с другом деревянными проходами, напоминавшими висящие в воздухе телеги.
Из двери рядом с освещенным окном в другом конце двора к ним направились трое мужчин в лохмотьях. Хэтти повернулась к ним лицом. Мужчины остановились и стали перешептываться. Один их них помахал Хэтти. Затем все трое вернулись к своей двери и присели на пороге.
— Не бойтесь этих стариков, — сказала Хэтти. — Они знают меня... Том! Прочти-ка, что здесь написано.
Том подошел к Хэтти и посмотрел себе под ноги. Он увидел вделанную в камень латунную дощечку с выгравированными на ней буквами, которых было почти не видно. И все же он сумел прочитать: "Райские кущи. Построены по проекту филантропа Максвелла Редвинга Гленденнингом Апшоу и компанией «Милл Уолк констракшн» для блага людей этого острова. 1922 год. «Дадим каждому человеку дом, который он мог бы назвать своим».
— Видишь? — сказала Хэтти. — Вот их лозунг — «Дадим каждому человеку дом, который он мог бы назвать своим». И они называют себя филантропами!
Двадцать второй год — за два года до смерти его жены, за три — до убийства Джанин Тилман и строительства больницы в Майами райские кущи были первым крупным проектом «Милл Уолк констракшн», построенным на деньги Максвелла Редвинга.
«Рай Максвелла» напоминал маленький городок. Кривые узкие улочки огибали квартал, где было множество баров, винных магазинов и жилых домов, соединенных на уровне второго этажа деревянными переходами, напоминавшими груженые телеги. За улицами и лабиринтами переходов Том видел множество других улиц, таких же кривых и узких, с покосившимися деревянными зданиями, кругом горели синие и красные неоновые вывески: «У Фредо», «Две девочки», «Бобкэтс плейс». На веревках, протянутых из окна в окно, сушилось белье.
— Поберегись там, внизу! — крикнула женщина в окне над их головами. Она перевернула помойное ведро, и его содержимое, казалось, повисло в воздухе, прежде чем выплеснуться на землю. Босой мужчина в рваной одежде вел по одному из проходов усталого ослика и ребенка в лохмотьях.
Хэтти повела их в тот проход, из которого только что вышла эта процессия. На кирпичной стене было написано белыми буквами название улочки: «Эджуотер-трейл». Улица проходила под одной из висячих телег.
— Старик Максвелл и
Сверкнув черными глазами, Хэтти повела их дальше.
— А почтальоны не путают названий? — поинтересовался Том.
— Здесь нет почтальонов, — сказала Хэтти, — так же как полиции, пожарных, врачей и школ — кто хочет, учится сам — и никаких магазинов, кроме винных. Вообще ничего, кроме того что ты видишь перед собой.
Они вышли на широкую мощеную улицу, окруженную деревянными стенами, в которых попадались то здесь, то там крошечные окошки. Все те же белые буквы, которые кое-где успели отвалиться, сообщали, что улица называется Вик или Террас. Мимо пробежала толпа грязных ребятишек. Они прыгали по очереди в ручей, текущий посреди улицы. Вонь, стоявшая в воздухе, была почти что видимой. Сара закрыла краем пелерины нос и рот.
Хэтти перепрыгнула через ручей и повела их вверх по деревянной лестнице. Они прошли по еще одной кривой улочке под названием Ватерлоо-лейн, которая вела вверх и в темноту. Затем Хэтти устремилась вниз по темному коридору, который привел их к следующей лестнице.
— А чем они здесь занимаются? — поинтересовался Том. — На что живут?
— Они продают Перси вещи — собственные волосы или лохмотья. Некоторые, вроде Нэнси, стараются выбраться отсюда. В наши дни молодым это почти всегда удается. Но есть такие, которым здесь нравится.
Они вышли на широкую площадь, от которой вели во все стороны новые деревянные проходы, напоминавшие мостики, в конце которых виднелись ряды дверей. В одном из проходов стоял, привалившись к перилам, мужчина и курил трубку.
— Здесь свой мир, — сказала Хэтти. — И сейчас мы находимся в самом его центре. Никто не видит этого мира, но он здесь, он существует. — Она поглядела на мужчину с трубкой. — Нэнси дома, Билл?
Мужчина указал трубкой на одну из дверей.
— Как она, Билл? — спросила Хэтти, проходя мимо мужчины. Мужчина поднял голову и оглядел каждого из них из-под полей фетровой шляпы. Лицо его было очень грязным, покрытым морщинами, а в сером свете Райских кущ трубка, шляпа и лицо, казалось, были одного цвета.
— Занята, — ответил он наконец на вопрос Хэтти.
— А ты, Билл?
— Он внимательно изучал волосы Сары.
— Хорошо, — произнес наконец Билл. — Помог мужчине перетащить пианино. Два дня назад.
— Мы зайдем повидаться с Нэнси, — сказала Хэтти. Ступая по скрипучим доскам, они дошли почти до самого конца прохода. Том взглянул через перила, а Сара спросила Хэтти:
— Билл — ваш друг?
— Он — брат Нэнси Ветивер.
Тому захотелось обернуться и заглянуть в лицо Хэтти, чтобы понять, правильно ли он ее расслышал. Но тут на лестнице, нависшей над дренажной канавой, бесшумно появился человек в сером костюме и серой водолазке. Билл вынул изо рта трубку и отскочил от перил. Человек в сером двигался по второму ярусу прямо под Томом. Билл знаком показал Тому, чтобы он отошел от перил. Поколебавшись, юноша последовал его примеру. Человек в сером был абсолютно лыс, и гладкое лицо его напоминало маску. Том не сразу понял, что перед ним — не кто иной, как капитан Фултон Бишоп. Хэтти постучала в последнюю дверь — один раз, потом другой. Капитан Бишоп не останавливаясь посмотрел вверх, и Том, едва успевший отскочить, чтобы его не увидели, сумел разглядеть его глаза, напоминавшие две горящие спички.