Тайна
Шрифт:
— Ты же вручила ей оружие против себя. Мужчина никогда бы этого не сделал.
— Некоторые сделали бы.
— А я вот нет, — признался он. — И пока не встретил тебя, считал, что подобного доверия не существует в природе.
Резко встав и заложив руки за спину, Йан повернулся к Джудит.
— Ты доказала мне, что можешь полностью доверять своей подруге. Я хочу того же, Джудит. Ты говорила, что доверяешь мне. И все же, если бы ты полностью, всем сердцем мне верила, то без сомнений бы приняла мои признания в любви. Только тогда
Джудит низко склонила голову. Она понимала, что Йан говорит правду.
— Я не настолько доверяла тебе, чтобы рассказать, кто мой отец, — призналась она шепотом. — Но я все равно заговорила бы об этом… когда-нибудь. Я боялась, что ты больше не захочешь меня, если узнаешь…
— Если бы ты достаточно мне верила…
Девушка кивнула.
— Я ведь пыталась рассказать все прямо перед венчанием… Почему ты тогда не дал мне это сделать?
— Я отчаянно хотел защитить тебя, и единственный способ, который пришел мне в голову, — сделать тебя своей женой. Совет ни за что бы не дал на это своего согласия, если бы узнал, что Маклин — твой отец, они бы использовали тебя, чтобы погубить старика.
— Если бы я оставила это кольцо в Англии, ничего этого…
Йан не дал ей закончить.
— Тайное имеет особенность рано или поздно становиться явным, — сказал он. — Слишком многие знали правду. Твои родные в Англии могли обратиться к Маклинам за помощью, чтобы вернуть тебя обратно. — Воин пожал плечами. — Кстати, они и сейчас еще могут это сделать. — Но, по-видимому, его не особенно тревожила подобная перспектива.
— Йан, я все равно не могу здесь оставаться. То, как Грэхем посмотрел на меня, когда узнал, кто мой отец… Теперь он никогда не будет относиться ко мне как к члену клана Мэйтлендов. Нет, я не могу здесь остаться.
— Хорошо.
Его быстрое согласие сбило Джудит с толку. Она думала, что Йан по крайней мере попросит ее еще раз хорошенько подумать — и тогда она проявит благородство и согласится. Как он может одновременно признаваться в любви к ней и соглашаться на ее отъезд?
Но Джудит не успела потребовать у него объяснений. Муж Фрэнсис Кэтрин распахнул двери и позвал ее с собой.
Джудит вернулась в дом и увидела, что Фрэнсис Кэтрин сияет от удовольствия. Наверное, Патрик все-таки проявил должное раскаяние.
Фрэнсис Кэтрин не так сильно ощущала боль в пояснице, когда двигалась, и поэтому медленно шагала взад и вперед перед очагом, пока Джудит занималась необходимыми приготовлениями.
Она засыпала ее сотней вопросов о Маклинах, не давая ответить ни на один из них. Получив же наконец возможность довести до конца хотя бы одно предложение, Джудит рассказала подруге о Дугласе.
— У меня есть брат. Он ровно на пять лет старше меня, — сообщила она. — Моя мать бросила его и ни словом никому не обмолвилась о его существовании.
Фрэнсис Кэтрин чуть было не упала. Ее охватил ужасный гнев.
—
Она готова была и дальше осыпать мать Джудит подобными оскорблениями, как вдруг услышала за окном голос мужа, извинявшегося за ее поведение. Фрэнсис Кэтрин зажала рот ладошкой, чтобы не рассмеяться.
— Твоя мать — чудовище, — прошептала она. — Если на свете существует справедливость, то в конце концов она получит по заслугам.
Джудит так не думала, но не собиралась сейчас спорить с подругой.
— Возможно, — согласилась она.
— Агнес ведь получила по заслугам, — заявила Фрэнсис Кэтрин, выразительно кивнув.
— Да? А что с ней случилось? — спросила Джудит. Казалось, Фрэнсис Кэтрин не услышала ее вопроса.
— Да, получила. У нее все-таки хватило глупости распускать о тебе такие греховные слухи и думать, что наш лаэрд о них не узнает.
— Йан узнал? — воскликнула Джудит.
— Да, — подтвердила Фрэнсис Кэтрин. Она замолчала и, вцепившись в край камина, стала прислушиваться к нарастающей боли. Когда же боль утихла, девушка вздохнула и промокнула лоб кусочком полотна.
— Господи, это было куда сильнее, чем в прошлый раз.
— И продолжалось дольше, — добавила Джудит. Фрэнсис Кэтрин кивнула.
— Так о чем это я? Ах да, Агнес.
— А что именно услышал Йан?
— Что ты носила его ребенка еще до того, как он на тебе женился.
— Боже правый, он, наверное, пришел в ярость…
— О, можешь быть в этом уверена, — кивнула Фрэнсис Кэтрин. — Вы с Патриком и Грэхемом отправились на рыбалку, а Йан вернулся на два часа раньше, чем предполагалось. Сначала он заглянул ко мне, чтобы узнать, не нужно ли мне чего-нибудь. Очень трогательная забота, правда? Йан значительно смягчился с тех пор, как женился на тебе, Джудит. Раньше он никогда…
— Фрэнсис Кэтрин, ты отвлекаешься, — перебила Джудит. — Что он сделал с Агнес?
— Я как раз подхожу к этому, — ответила подруга. — Йан пошел в замок. Наверное, по дороге кто-то остановил его и рассказал обо всем. Или один из старейшин упомянул…
— Мне все равно, как он узнал, — снова перебила ее Джудит. — Я хочу знать, что он сделал с Агнес. Ты меня с ума сводишь, Фрэнсис Кэтрин, ходишь и ходишь вокруг да около.
Фрэнсис Кэтрин улыбнулась.
— Тебя это отвлекает от мыслей о родах, правда? Джудит кивнула и попросила подругу закончить все же свой рассказ.
Фрэнсис Кэтрин с удовольствием послушалась.
— Он пошел прямо к Агнес домой. Во всяком случае, так рассказал мне Бродик. Он тоже заходил — удостовериться, что со мной все в порядке. Мне кажется, Патрик просил его присмотреть за мной. Как бы там ни было, еще через час я вышла подышать свежим воздухом и увидела Агнес и ее дочь, Сесилию. Они шагали вниз, по склону холма, нагруженные вещами. Бродик сказал мне, что они покидают землю Мэйтлендов. И никогда больше не вернутся.