Тайна

Кузьмина Надежда М.

Шон уже полчаса делал пассы, пытаясь воззвать к местам захоронений. Вдалеке кто-то уныло выл, что-то скрежетало, дул холодный ветер. Наконец, когда мы с Ти уже совсем заскучали, из-за поворота показался хромающий скелет.

— Бель! Ну вот, это для тебя! — Шон сиял чистой радостью пятилетнего мальчика, дарящего подружке найденную крысу.

М-да, скелетов мне еще не презентовали…

— Ну, чего ты стоишь?! Давай, уничтожь его! А то они, как подойдут поближе, все время на шею кидаются! И душат, и душат…

Экие любвеобильные… Да пусть

себе душит — на мне драконий щит, а туника грязнее уже все равно не будет.

— А еще они пахнут… не очень, — поморщился маг.

Упс! Вот с этого и надо было начинать. Будем быстренько упокаивать.

Я прикрыла глаза, старя кости скелета, как старила металл. С остова умертвия посыпалась серая пыль, он на глазах истончался, а потом рухнул кучкой рассыпающихся костяных осколков. Я небрежно помахала кистью руки:

— Всё!

— Да-а?! — поднял бровь Шон. — Вот тебе первый урок — скелеты встают из праха и… — он щелкнул пальцами, — …из него восстанавливаются!

Прах собрался в кучки, кучки оформились в косточки, те запрыгнули друг на друга… и, тянущий руки скелет снова заковылял ко мне.

— Придумай что-нибудь другое! — взъерошенный парень по-птичьи склонил голову, с улыбкой глядя на меня.

Значит, надо уничтожить эту ходячую вешалку совсем-совсем? Чтоб даже праха не осталось? Способ напрашивался сам собой — я уставилась на гремящую костьми страхидлу, и та вспыхнула драконьим огнем. Кости трещали, почти мгновенно обугливались, рассыпались и уносились невесомыми хлопьями пепла. Противно запахло.

— Способ неоптимальный, — морща нос, констатировал чумазый Шон, — но для первого раза ничего, сойдет.

— И что теперь? — заразившись нездоровым энтузиазмом взъерошенного мага, поинтересовалась я.

— Чего-чего? Мыться идем! — подвел итог урока Ти.

Решив, что на сегодня хватит некромантии, мы поднялись ко мне в спальню. Шон в своей грязнущей черной хламиде тут же рванулся к моей постели — присесть, а лучше — прилечь. Пришлось хватать его за подол и объяснять доходчиво, что я люблю спать на чистых кроватях. Хобби у меня такое. И пока он не почистится, сидеть ему на подоконнике.

Оглядев наше трио трубочистов, я задумалась, как привести себя в порядок, отделавшись меньшей кровью и не засветившись перед прислугой? А вот интересно, если вымыть Шона, когда он — ворон, что будет? Вроде, мыть ворона проще, чем выкупать парня? Недолго думая, его об этом спросила.

— Шон, а что будет, если ты станешь вороном, а мы тебя вымоем?

Шон наклонил голову набок, задумавшись… потом улыбнулся. — Я не пробовал. Но идея мне ясна. Давай рискнем?

Оказалось, что как у моей вредной кобылы есть понятные только ей инстинкты и порывы, так и у шонова ворона есть свои заморочки — при попытке его схватить он клевался и ругался. Наконец, я скрутила его, зажав брыкающуюся птицу под мышкой. Ти к этому времени сполз от хохота по стене.

— Бель, прежде чем уйдешь, посмотри в зеркало!

Я посмотрела. Негатив картины «Птичница

Марфута после бурной ночи в компании с любимой курицей» заставил меня согнуться от хохота пополам. Пообещав себе, что сейчас Шон у меня за все заплатит — белую ворону из него сделаю! — плотоядно улыбаясь, закрыла за собой дверь ванной.

Именно этот момент выбрал Арден, чтобы заглянуть в гости. Похожий на трубочиста Ти стонал, держась за живот, на полу у стены. Из ванной слышались мои негодующие вопли и хриплое карканье…

— Тиану, что тут у вас? Почему Бель каркает в ванной?

— Она не каркает, она моет Шона.

Повелитель поднял бровь.

— Того самого чернявого тощего типа, которого ты приволок ко мне в гости, а я после его экспериментов лабораторию перестраивал? Бель что, хочет отремонтировать ванную? Дизайн надоел? И вообще, не понял — почему Бель моет чужого парня, и кто там каркает?

— Шон — ворон.

— Это как?

— А ты посмотри сам.

Арден посмотрел. Узрел мокрую версию негатива все той же «Птичницы Марфуты» и с хохотом свалился у стены рядом с Тиану… Ну хоть бы кто вызвался помочь птичку подержать!

Наконец я вышла из ванны, критическим взором осмотрела сидящих на полу белого эльфа и грязного эльфа и сунула Повелителю в руки сверток из розового махрового полотенца с торчащим из него черным клювом.

— На, держи, и не выпускай, пока не высохнет! А то или простудится, или снова перемажется! Но если он не стал чище, мыться будет у кого-то из вас!

Арден с запакованным вороном ушли — напоследок я попросила Повелителя не забыть потом вернуть розовое полотенце. А то наткнутся слуги в покоях эльфийского кронпринца на принцессино полотенце — и что подумают? Арден кивнул и мечтательно улыбнулся — по-моему, мои слова навели его на какие-то приятные мысли. Мы остались вдвоем с Тиану.

— Ти, поможешь мне помыть волосы? — спросила я.

— Помогу. Куда я от тебя денусь? — блеснул улыбкой чумазый Ти.

Чтобы лишний раз не дразнить Ти, я не стала снимать тунику, только отстегнула любимую драколилию. Ти остался в бриджах. Гм, кстати, если в покоях Повелителя найдут розовое полотенце, поползут слухи, но вот если в моей комнате обнаружатся мокрые эльфийские портки — будет настоящий скандал.

Сначала Тиану помог вымыть голову и прополоскать длинные волосы мне, затем я ему. Потом мы, с головами, замотанными в полотенца, стали отмывать от пыли и грязи руки и ноги. Первым не выдержал Ти:

— Бель, это — маразм!

— Что именно? — отозвалась я с интересом.

— Мыться в одежде — маразм.

— Ти, я могу раздеться… но ты уверен, что это — хорошая идея?

— Потерплю, — буркнул Тиану.

Ну вот, девушка собирается явить парню свой светлый лик, и не только его, а он что? Готов «потерпеть» это зрелище! Ну, уж нет!

— Знаешь, Ти, — сердито откликнулась я, — Постой-ка пять минут носом к стенке. Я разденусь, быстро выкупаюсь и уйду… а потом ты мойся, как хочешь.