Тайник
Шрифт:
– Все, мы поехали.
О’Хара вернулся к машине, а Бенни вышел из «линкольна» и позвал:
– Готово, Кали! Кальято подошел к машине.
– Смотри, чтобы этот парень не удрал,— напомнил он, прежде чем забраться в «линкольн» и захлопнуть за собой дверцу.
Краем глаза Кальято видел, как патрульная машина выехала на Брауэр-роуд и свернула налево. Взяв трубку, он сказал:
– Кальято у телефона.
– Секундочку, я сейчас соединю вас с господином Лозини.
Ответил женский голос с легким английским акцентом. Лозини был старым разбогатевшим человеком,
– Кали?— Судя по голосу, ни за что нельзя было сказать, что Лозини уже стар; он всегда производил впечатление крепкого парня, уверенного в своей силе. Так оно, собственно, и было на самом деле. — Что за шум? Что-нибудь случилось?
– Нет, напротив.— Кальято коротко изложил суть дела.— Думаю, нам следует подождать здесь, пока О’Хара и его напарник не вернутся, затем мы войдем в парк, станем арестовывать его на законном основании, а этот тип попытается бежать.
– И сколько там денег?
– Еще не знаю. Но речь идет о бронированном автофургоне, думаю, не какие-то жалкие крохи.
Последовала пауза, затем Лозини сказал:
– Если не сможешь провернуть это дело тихо, то лучше ничего и не затевай.
– Само собой.
– Должен понимать, ситуация сейчас напряженная. Нам лучше не высовываться.
– Знаю. Поверьте, я тоже знаю, что для нас сейчас важнее всего, и если увижу, что мы хоть чем-нибудь рискуем — тут же брошу эту затею и смоюсь.
– Ну и отлично. Тебе помощь нужна?
– Можно подослать парней, но в долю я их взять не могу. Этот парень прихватил всего один мешок.
– По сто долларов ты им сможешь дать?
– Конечно.
– Кого-нибудь персонально предпочитаешь?
– Только не Рино и не Тальямазе. А так любых, кто свободен.
Лозини засмеялся.
– У тебя есть голова на плечах. Перезвони мне, когда все будет кончено. Если будет не очень поздно, заезжай пообедать со мной, тогда все и расскажешь.
Кальято знал, как Лозини гордится своими кулинарными способностями, хотя его стряпню нельзя было назвать ни изысканной, ни отвратительной. Но старик считал ее просто потрясающей, и такое приглашение к обеду было большой честью для приглашенного.
Кальято любезно ответил:
– В таком случае гарантирую, что мы покончим с этим делом в два счета. А у меня только разгорится аппетит.
– Вот и славно, Кали. Парней я тебе сейчас пришлю.
Глава 7
Данстэн был в ужасе.
– Джо,— сказал он,— то, что нам сейчас предлагают эти, ведь это совсем не то, что прежде.
– Просто получим больше монет, вот и вся разница,— отозвался О’Хара.— Наша доля будет куда больше, чем та сумма, что лежит в конверте, который вручил нам Кальято.
– Джо,— продолжал свое Данстэн,— но нам придется его убить. Это ты хотя бы понимаешь?
– Кто говорит, что нам придется кого-то убивать? Ты серьезно веришь, что он не сдастся, когда увидит, что окружен?
– Джо, мы не сможем его арестовать.
У О’Хары был такой смущенный вид, словно он не желал слышать рассуждения Данстэна.
– Как-нибудь выкрутимся,— промямлил он.— Да мы вовсе не обязаны его арестовывать. Заключим сделку: нам мешок с деньгами, ему — свободу.
– Ты отлично знаешь, что мы не можем так рисковать.— Данстэн покачал головой, не отрывая глаз от дороги перед машиной.— Да и Кальято ни за что его не отпустит. Не тот он человек.
– Мы Кальято не подчиняемся,— отрезал взбешенный О’Хара.
Данстэн искоса взглянул на него, но не стал больше ничего говорить. О’Хара подчинялся Кальято точно так же, как Данстэн подчинялся О’Харе. И тут ни при чем были ни звание, ни выслуга лет. Действовал закон сильнейшего. О’Хара командовал Данстэном, и оба они это отлично знали. А Кальято командовал О’Харой, и это они понимали тоже. О’Хара был старше Данстэна, и стаж его службы в полиции был неизмеримо больше. Данстэну было всего двадцать семь лет, из них четыре года он прослужил в полиции. Все, чего он хотел, это спокойной жизни и службы без приключений, да приличной зарплаты с подношениями время от времени.
– Я никогда в жизни никого не убивал, Джо, и не смогу ухлопать этого парня. Заставить его сдаться, а потом
пристрелить! Боже мой, ты ведь тоже не смог бы этого сделать, я уверен.
– Ясное дело, нет,— подтвердил О’Хара.— Если до этого дойдет, заметь, я говорю, если… ты же знаешь, этим займется Кальято.
– Ох, не нравится мне все это,— стоял на своем Данстэн.— Не хочу я в это впутываться.
– Уж не хочешь ли ты прикинуться больным? Ну так позвони им и скажи, что тебя тошнит и я должен отвезти тебя домой.
– Я же все равно теперь обо всем знаю. Слушай, Джо, может, нам лучше позвонить в участок и рассказать правду? Можно ведь сообщить, что он поехал обратно и мы видели, как этот грабитель пробрался в парк.
Сирена, не умолкая, выла над их головой, но они настолько к ней привыкли, что перестали замечать. Данстэн все еще был погружен в свои мысли, когда О’Хара сбавил скорость и выключил сирену.
– Хватит, пора закругляться.— Он пристально посмотрел на Данстэна.— Ну так что, прикинешься больным?
Данстэн отрицательно покачал головой.
– Остаюсь в деле,— сказал он.— Думаю, у меня нет другого выхода.
– Браво,— одобрил О’Хара, и Данстэну показалось, что у того камень свалился с плеч, он боялся, что придется продолжать все это без Данстэна.
О’Хара остановился на обочине дороги, взял микрофон, сообщил о том, где они сейчас находятся и что потеряли след бандита, видно, он свернул где-то раньше. Его попросили немного подождать, и О’Хара воспользовался паузой:
– Конечно, заранее не угадаешь, как оно обернется. Но, может быть, нам удастся решить проблему и никто не пострадает. Но, может быть, все закончится нормально. Не понимаю, с чего ты взял, что все кончится худшим образом.