Тайны
Шрифт:
Что же до Джеффа… Касси надеялась, что он упадет в бачок с кипящим маслом и изжарится!
– Пожалуйста, – повторил Брент. – Я сам видел домик. Там очень мило.
– Ладно, – согласилась наконец Касси. Может, если она сбежит на два дня из этого дома, то сможет немного успокоиться и ненадолго избавиться от угрызений совести. Она не понимала, почему Томас и Элсбет сердятся на нее? Почему не на Джеффа?!
– Что мне взять с собой?
– Спортивную одежду, – сказал Брент с улыбкой и, отступив, оглядел чердак. – Ни о чем не беспокойся. Недалеко от домика есть
Ему, похоже, не терпелось уйти, а Касси была рада остаться в одиночестве. Ей хотелось немного подумать.
После его ухода она вновь принялась за работу. А в полдень позвонила Дейне и рассказала ей почти все.
– Я решила не дожидаться, пока меня уволят. Сказала, что ухожу, и согласилась работать у Алтеи. Собираюсь снять квартиру, а пока поживу у нее.
Касси прижала трубку к уху, слушая дыхание Дейны. Именно этого та и ждала. Джефф собирался жениться на Скайлар, а она, Дейна, получит Элсбет в полное свое распоряжение.
– Не могла бы ты на этой неделе приглядеть за Элсбет? – попросила ее Касси. – Я все время у Алтеи, а той наверняка захочется побыть наедине с Томасом.
– Конечно, с удовольствием, – обрадовалась Дейна, стараясь, однако, говорить спокойно.
– Если только у тебя нет других планов, – добавила Касси, сознавая, что это удар ниже пояса. Но прошлая неделя была такой отвратительной, что она не могла заставить себя быть любезной с кем бы то ни было.
– Нет, никаких, – поспешно заверила Дейна. – Посмотрю, что происходит в старой части Уильямсберга, и, возможно, мы туда сходим. Нет, погоди! Буш-Гарденс! Увеселительный парк. Или, может, Президентский парк?
– Или Йорктаун, или Джеймстаун, – устало добавила Касси, пытаясь заглушить ревность. Она водила Элсбет во все эти места, и не только, и они прекрасно проводили время. Так прекрасно, что даже мысль о полуромантическом уик-энде с мужчиной, который ей нравился, совершенно не радовала. – Дейна!
– Что? – насторожилась та.
– У тебя никогда не возникало желания столкнуть всех мужчин, какие есть в мире, в глубокую пропасть?
Дейна не сразу ответила, словно тщательно подбирала слова:
– Мой муж знал, что у меня начинается морская болезнь при одном взгляде на яхту, и все же купил сорока-футовик, а теперь проводит на нем три уик-энда в месяц. Что ты об этом думаешь?
– Думаю, ты бы самолично захотела вырыть такую пропасть.
Они посмеялись, и Дейна пообещала прийти за Элсбет.
Это Алтея возродила Касси к жизни. Томас извинился перед неутомимой актрисой, объяснил, что не сможет провести с ней эту неделю, и Касси поняла, что это она виновата во всем. Томас сильно расстроился из-за ее ухода и плохо себя чувствовал.
Касси пыталась заняться каталогом, но не могла. Она взяла коробку с вырезками из газет сорок первого года, где описывалось убийство старлетки, но даже это ее не заинтересовало. Она внесла коробку в список и заклеила скотчем. И не оживилась даже, когда нашла фотоальбомы
В понедельник Касси пришла в дом Алтеи с сумкой, где были сложены вещи. Этот уик-энд она провела одна в доме Джеффа. Джефф, Томас и Элсбет уехали. И не только не сказали ей, куда именно, но даже не пригласили с собой. Впервые с ней обращались как с наемной прислугой, а не как с членом семьи. Весь уик-энд она собирала вещи и пыталась не заплакать, когда твердила себе, что всего лишь переезжает в соседний дом и будет видеться с Джеффом и его семьей.
В понедельник Алтея встретила ее у двери.
– Выглядишь ужасно, – сказала она вместо приветствия. – Какими пытками тебя изводил Джефферсон все это время?
– Никакими, – промямлила Касси. – Все они были очень милы. Какая комната здесь моя?
– Какая понравится, – сказала Алтея, закрывая дверь. – Пусть Брент унесет вещи наверх, а ты иди со мной.
Касси апатично последовала за Алтеей по коридору. Рядом со спальней актрисы находилась маленькая комната, которую Касси раньше не видела. Комната была длинной и узкой, и, судя по всему, Алтея устроила здесь свой кабинет.
– Я хочу знать, что происходит, – объявила она, когда они уселись. – Постарайся не пропустить ни слова. – Не дождавшись ответа, Алтея подвинула Касси коробку носовых платков. – Рассказывай! – приказала она, и Касси, всхлипнув, принялась изливать ей душу.
Алтея молча слушала.
– Ты влюблена с двенадцати лет? – покачала она головой, когда Касси закончила невеселый рассказ.
– Я знаю, – всхлипнула Касси, – это глупо. Как можно влюбиться в двенадцать лет? Даже если это звезда. Мама однажды рассказывала, что в юности сходила с ума по Джеймсу Макартуру. Вы его знали?
Ответом ей послужило уклончивое «мм-м». Алтея откинулась на спинку кожаного кресла.
– С любовью не поспоришь, – вздохнула она. – Как ни пытайся, с ней не совладать. Однажды я жила с мужчиной, который мог бы стать прекрасной для меня партией. Но я так и не смогла его полюбить. Мужчина, которого я любила, был недосягаем для меня.
– А мистер Риджуэй? – спросила Касси, сморкаясь в салфетку.
– Он мне даже не слишком нравился, – презрительно фыркнула Алтея. – Нет, я любила отца своей дочери.
Касси оставалось только таращиться на нее. Ни в одном интервью Алтея не упоминала о дочери. В ответ на вопросы она только улыбалась и ничего не говорила. Подобные вещи бесили интервьюеров. Особенно когда передача шла в прямом эфире.
– Ты видела фотографии в альбомах? – спросила Алтея. Поняв, о чем идет речь, Касси кивнула.
– Сходи принеси их. Я буду ждать тебя в спальне. Касси взлетела по лестнице на чердак, схватила коробку с альбомами и поспешила вниз, в спальню Алтеи.
Алтея на кровати. Касси не сразу сообразила, куда ей присесть. Если она сядет на стул, значит, окажется слишком далеко от хозяйки и они не смогут смотреть альбомы вместе.