Тайные пути миров
Шрифт:
Глава 1
Длинная башня Первохрама богини подпрыгнула, из её основания раскатился бурый дым, помчались в разные стороны обломки, ударяясь о стены внутреннего дворика. Конструкция начала величаво складываться сама в себя, роняя по пути куски каменных плит.
Сработали следующий заряд, разбивая шпиль посередине, и груда камней и пыли подгребла под собой стены. Ещё один взрыв, сильнее, и гора обломков скрывается в пыли.
— Седьмой особый стрелецкий полк разрушил изначальный храм высшей сущности
В Китеж мы вернулись недавно. Успели выспаться, вымыться, снова выспаться, потаскаться по магазинам за Милой, ещё раз выспаться и вымыться. И теперь глазели новости.
Вернее, я глазел, облачившись в серый домашний халат и попивая чай из большой кружки. Кира чистила «Танго», сирена Мила примеряла очередной наряд, Наталья читала умную книжку, делая пометки карандашом. Ну прямо семейная идиллия!
«Она самая». Ехидно заметил Миро.
На Рутенике все обернулось как нельзя лучше.
После изгнания Богини мы на уцелевших машинах задали деру из храма, бросив перевернутый на бок «Маус» там, где он валялся. Вовремя успели, на горизонте уже виднелась боевая техника сектантов из Петербурга, танки и бронемашины, спешившие к Первохраму.
Добрались до гостиницы, и хотели уже мчать к Дороге, как увидели подъезжающую колонну из трёх «Смерчей» и пятерки «Маусов» с эмблемами царской армии.
Сначала на нас наставили стволы, потом опознали, пропустили.
«Смерчи» разошлись фронтом и запустили ракеты, сметая танки сектантов, «Маусы» отправились добивать и искать трофеи.
Нас же заперли в гостинице. Персонал, заправленный царским золотом, убрал разгром в холле, вставил новые стекла и двери. Армейский тягач растащил разбитую, сгоревшую технику. Вечером рядом с гостиницей остановилась тройка «Рокотов-24», привезших бригаду военных инженеров и строительную технику. Строители начали расчищать поле рядом, ставить забор и возводить жилые здания, а к вечеру на расчищенных площадках уже застыли винтокрылы. Машины имели вытянутые, хищные корпуса, кургузые крылья с подвесками для ракет, и по бокам пару моторов с винтами.
Пару раз винтокрылы улетали за горизонт, возвращались с пустыми подвесками. Механики в рабочих куртках вытягивали из коробов новые ракеты, цепляли под крылья, меняли зарядные ящики бортовых пушек.
Ну и новости, куда же без них…
«Отважные гвардейцы Светлого царя прибыли на помощь нашим друзьям, дабы подавить очередное выступление язычников! Слава, слава царским воинам!»
Через пять дней сидения в гостинице к нам прибыли две машины. Автобус-лайнер, чтобы забрать выживших, и грузовик с холодильной установкой на борту, забрать трупы.
Велимир и остальные стрельцы оставались служить тут.
Рутенику покидали с облегчением.
Сдали зачет, ну и ладно!
В Научном совете нам всем, без исключения, отметили успешное прохождение практики. Особые отметки получила
Гранд Леди дала мне выспаться и отдохнуть, и вызвала лишь утром.
— Мирослав, как же я рада тебя видеть! — Джелит улыбалась почти искреннее. — Как всепрошло?
— Тяжело, Леди. — Вздохнул я, прикидывая, когда же рассказать про новое усовершенствование в моем теле.
— А что за штука у тебя в руке? — Улыбку с лица Гранд Леди как ластиком стерли.
— Это… Универсальный преобразователь энергии, Леди.
— И у кого ты его отнял, Миро? Дай догадаюсь. Тор слишком далеко, эльфам на Рутенике делать нечего. Аполлон или Перун, Миро?
— Гор. — Шевельнулись мои губы.
— Гор, значит. — Джелит опустила глаза. — Думали, что он давно развеян… Что ж, пусть так. Пусть так. — Она задумчиво посмотрела куда-то мимо меня. — Пусть так…
Мягкое покрывало тишины окутало комнату.
— Мирослав! — Внезапно голос Гранд Леди обрел жесткость, резкость. — С этого дня Владимир отстраняется от занятий, учить тебя буду я лично. Раз в неделю тыдолжен проводить один день тут, в моем поместье.
— Конечно, Гранд Леди! Буду рад учиться у вас!
— Посмотрим на твою радость позже. Ступай!
О произошедшем Гранд Леди так и не спросила. То ли не важно ей это было, то ли…
«Доложили уже». Проворчал Миро.
«Кто?»
«Там любопытных ушей хватало. Жаль, не мы первые доложили, ну да ладно. Посмотрим, чему нас Бабка учить будет».
А после начался учебный год.
Группа наша сократилась.
Пересвет Морозов провалил практику и остался на второй год. Казимир Гагарин практику выполнил с отличием, однако взял академический отпуск, дела семьи! Полученных знаний ему хватило, возможно, продолжит обучение после.
Станимир Бельский погиб.
Студенты, проходившие практику в мире Изборск, попали под прорыв боевых биомехов. Укрепленный район, прикрывающий дорогу к населенным областям мира Изборск, перестал существовать за пару часов. Стрельцы подняли авиацию и сдержали наступающую волну, ракеты и бомбы перемешали землю, остатки бетонных ДОТов, людские тела и туши тварей, остановив прорыв. До городов биомехи не дошли.
А в холле института выстроилась череда портретов с черными полосами по углу.
Погибшие на Изборске. Погибшие на Рутенике. Погибшие, погибшие, погибшие…
Практика оказалась опасным делом. Вспомнились слова Елены Голубковой о том, что не многие доживают до конца обучения. Большое искушение скостить немаленькую плату за обучение оборачивалось смертельным риском. А для кого-то закончилось смертью.
Добромир живехонек, его практика оказалась скорее скучной. Ассистировал при работе в архиве, с утра до ночи проводя время в исследованиях энергетических полей. Работа сколь тяжелая, столь и безопасная.