Te Amo

An-nA

Врачи сразу же стали возиться вокруг Микаэлы, в первую очередь, надевая на нее аппарат искусственного дыхания, так как пульс девушки был тоже очень слаб, и она почти не дышала. К ней подключили какие-то приборы, измеряя давление и учащенность сердцебиения.

Я лишь пустыми и опустошенными глазами наблюдал за всеми этими действиями, почти не обращая внимания ни на что.

В голове было пусто, так же, как и в сердце сейчас.

Я и понять не успел, как мы так быстро приехали, и доктора уже вытаскивали носилки. Мы прибыли в центральную

больницу Токио, не очень далеко находящуюся от нашего дома, тем более, что была глубокая ночь и нам это было на руку, никаких тебе пробок и лишней суеты на дорогах.

– Приготовьте палату номер двести сорок!
– сказал молодой человек девушке, сидящей за приемным столом, которая услышав поручение, быстро кивнула и начала набирать какой-то номер на телефоне, очевидно, делая звонок как раз по поводу палаты.

– Извините, дальше вам нельзя. – Быстренько пропищала медсестра, скрывшись за массивными дверьми, ведущие, казалось бы, в никуда.

Переглянувшись и нервно выдохнув, мы с Асакурой удобно устроились на рядом стоящей лавке, так как ночь обещала быть долгой и трепетной.

– А вы здесь что делаете? Я же велел вам дожидаться результатов дома. – Послышался над нами уже знакомый голос.

Подняв головы, мы в этом полностью удостоверились.

– Господин Огава, как Анна?! – увидев доктора, Йо сразу же подскочил на месте, буравя мужчину встревоженным взглядом.

– Успокойтесь, юноша, и не кричите, это все-таки больница. – Спокойно проговорил доктор, после чего тяжко вздохнул. – Сейчас, девушка в очень тяжелом состоянии. Ее позвоночник сломан, черепно-мозговая травма, и сломана нога. Я не очень понимаю, как она могла упасть, что умудрилась так покалечиться, но факт остается фактом.

– Что вы хотите этим сказать? – дрожащим голосом произнес Асакура, побледнев, только услышав, что стало с Анной, да и я тоже сразу встал, подходя ближе.

Собрав руки в замок, Огава опустил взгляд, быстро переведя его на нас.

– Если даже мы и сможем ее спасти, что маловероятно. – Начал он. – Девушка навсегда останется инвалидом.

– Парализованной, от начала шеи и до самых пят.

Слова приговором прозвучали в опустошенном коридоре больницы, где после этой фразы было слышно только нервное сердцебиение собравшихся.

Ошарашено глядя на врача, Йо начал невнятно шептать:

– А это не может быть ошибкой? – он сглотнул. – Разве, не может быть вероятности того, что все пройдем нормально и она вновь сможет ходить?

– Никакой вероятности. – Холодно отрезал Огава. – Либо смерть, либо парализация и это в лучшем случае. А теперь, извините меня, на сегодня, как я предполагаю, у меня уже две незапланированные и очень сложные операции.

И без лишних слов, мужчина удалился, так же, как и остальные недавно, скрываясь за массивными дверями.

Вместе с собой, доктор унес какую-то частичку надежды, что так лелеялась в душе Асакуры и что сейчас вместе с его сердцем,

канула в никуда.

Безжизненно упав на лавку, Йо уронил голову на руки, тяжело и протяжно вздыхая.

– Что делать, Рен? – послышался его хриплый голос. – Что теперь делать?

Не у того ты человека спросил, Йо, не у того, ведь, я даже не знаю, что с моей любимой, а ты спрашиваешь, что делать тебе. Где-то глубоко в сердце я боюсь услышать те же слова, что сказал ему доктор, боюсь, что и Микаэлу будут ждать такие же мучения, но…

Искренне жаль Йо, а уж тем более Анну. Хотя, моя забота и в помине никого не интересует и никому не поможет, но Киояма мне не посторонний человек, наоборот, она мой друг и я не могу остаться равнодушным. Никто не смог бы.

Но вот Асакура. Глядя на него, в моем сердце все разом сжимается, душа в пятки уходит от его отрешенного взгляда и потерянных глаз. Видно, что его руки дрожат, но посмотрев на свои, замечаю, что и я не далеко от него ушел.

Волнуюсь. Мы волнуемся. А что самое ужасное, так это то, что нам приходится ждать, просто сидеть и ждать непонятно чего, то ли хорошего, то ли плохого. Мы не знаем что там творится за этими дверьми, не знаем что будет, когда оттуда выйдут доктора. Но одно мы знали точно: эта ночь стала определенно одной из самых долгих в нашей жизни.

(Музыка: Death Note – Тема Киры (напряженный момент))

Я не знаю сколько часов мы с Йо так просидели, но явно долго, так как через окно уже давно пробивались первые лучи утреннего солнца, сквозь которые хорошо было видно вихри пылинок. Это мучительно долго ожидание отняло у нас с Асакурой последние нервы и силы, давя на виски, заставляя их закрыться, но мы упорно преодолевали это чувство.

Ребята несколько раз за ночь звонили, предлагали приехать, но мы отказывались, ссылаясь на то, что и нас двоих здесь будет достаточно.

И вот, наконец, наше терпение окупилось и двухстворчатая дверь, с привычным ей скрипом, отворилась. Даже как-то резко отворилась…

Из нее выбежала вся перепуганная и взлохмаченная медсестра, которая начала пробегать глазами по залу и, наткнувшись на нас, понеслась в нашу сторону.

– Что стряслось? – сразу задал я вопрос ей, не дав даже отдышаться. – Как они?!

– Девушки…они… - Рвано начала девушка, заикаясь и пытаясь унять дрожь в руках. – Мы сами не знаем, как такое могло получиться…

========== Глава 19. Феи не болеют!… ==========

– Ты слишком много смеешься. Это несерьезно.

– А ты слишком серьезный. Это не смешно.

Сердца пропустили удар, а мурашки целым стадом пронеслись по телу. В головы парней закрались самые ужасные мысли, одна ужаснее другой, а взвинченный и испуганный вид медсестры только подливал масла в огонь. Дабы больше не мучить себя и свои нервы, юноши решили задать главный и интересующий их вопрос:

– Что случилось? – дрожащим голосом, проговорил Асакура, нервно сглотнув.