Те странные пути...
Шрифт:
– Вкусно!
– удивлённо сказал он и сунул весь шоколадный кусочек в рот.
– Держать на языке и рассасывать, - поспешно сказала Ксения и передала шоколад всем остальным по цепочке.
Мелочь, но при том, что все они голодны, это хоть чуть-чуть, но должно помочь. Потом, возможно, пить захочется. Хорошо, что у Сиринги в кожаной фляге есть вода, набранная в спешке из щита, с которого Ксения только и успела потом снять пластиковый пакет - пригодится в дороге. По глоточку каждому - уже счастье. А потом, когда выйдут, первым делом можно опять пройтись по травам и набрать дождевую воду в пакет, а затем
Обернувшись, когда снова начали путь, Ксения приглушила вздох. В качающихся тенях и шарахающимся по стенам отблескам факельного огня, глаза всё же успели выхватить, что Метта всё-таки взвалила на своё плечо Сирингу. А Корвус недоволен. Странно, чем? Перебрав разные предположения, Ксения улыбнулась: это он, мужчина и воин, должен бы нести хрупкую женщину-эльфа. Но увы... Сейчас он не в форме. И улыбка оставалась долго на её губах: а Мори-то этим не заморачивается. Не рыцарь?
Потом стало не до улыбок. Ноги переставляла на сплошном автомате, считая шаги и чувствуя глухую боль от натёртостей. Но считала упрямо, надеясь, что счёт поможет выдержать остатки пути. Если, конечно, это остатки. И только потому, ничего не соображающая от усталости, ткнулась в спину внезапно остановившегося Мори и, поспешно отступив, встала на месте сама.
– Что случилось?
Он отошёл в сторону. В сторону? Ксения шагнула и слабо выдохнула при виде открывшегося глазам. И тоже отошла - вправо, пропуская остальных.
"Зал Великанов, - задумчиво сказала Адри.
– Я знала о нём, но впервые вижу".
Зал Великанов оказался громадной пещерой. Основную площадь его поверхности занимало озеро, по которому немедленно побежали блики от факела мага Мори. Берега мягко вливались ровным краем в воду, а в метрах пяти от берегов сидели... У Ксении перехватило дыхание. Не будь рядом спокойно осматривающихся спутников, она бы точно сбежала. Первое впечатление, что вокруг подземного озера расположились сидящие на коленях громадины - те самые великаны. Кто сидел, обхватив колени руками. Кто - вытянув ноги к самой воде. Кто - просто на коленях.
– Что это?
– шёпотом спросила она.
– Когда-то они построили капище, но не сумели его оберечь, - откликнулся маг Мори, тоже не отрывая взгляда от фигур.
– Когда на капище напали существа, более сильные, чем эти великаны, они сбежали сюда. Но божества, которым они поклонялись, рассердились на них из-за того, что они позволили захватить место поклонения. Их не остановило даже, что великанов было слишком мало. Главное преступление великанов состояло в том, что они даже не пытались сопротивляться. Если б они хоть руку подняли на врагов, божества помогли бы им. Но жрецы струсили. И тогда, озлившись, божества спустились к своим жрецам и заставили их окаменеть.
– Пойдём быстрей к озеру, - нетерпеливо сказала Метта и встряхнула Сирингу, так беспомощно и лежавшую на её плече.
– Хоть посидим немного.
Мори снова первым пошёл куда-то в сторону, и Ксения обнаружила, что он привёл их к лестнице. Спускаясь между двумя великанами, она здорово ёжилась и, как ни странно, то и дело тянулась свободной рукой к кинжалу в набедренных ножнах.
Но, когда вышли к самому озеру и принялись за организацию стоянки на берегу, стало гораздо легче. На этот раз костром занялись мужчины, быстро набравшие по берегам
– Как ты себя чувствуешь?
Уже знакомым тоненьким и даже каким-то кукольным голоском Сиринга ответила:
– Твоё снадобье помогло, но нога всё ещё болит.
Ксения уселась рядом с нею и, почему-то улыбаясь при всплесках воды: Метта деловито плескала себе в лицо, - прижала ладони к колену Сиринги, нашёптывая над ним уже знакомое заклинание силы. Сосредоточившись на целительстве, она не сразу заметила, что все собрались вокруг костра, на котором стояли два шлема с водой.
Закончив с лечением, Ксения поднялась и подошла к костру.
– У нас есть только вода, - сказал Мори, грустно созерцая закипающую воду.
– Это у вас только вода, - проворчала Ксения, склонившись к своей сумочке.
– А у меня будет бульон - и достаточно питательный, чтобы мы хоть немного успокоили свои желудки. Только один вопрос, - она улыбнулась, понимая, что спрашивать смешно.
– У кого-нибудь есть соль?
Неожиданно переглянулись эльфы.
– У нас есть, - удивлённо сказал Рубус.
В два шлема-котелка бросили остатки лепёшки и мелко покрошенное яйцо - и всё это странное варево посолили серой каменной солью, которую эльфы, как охотники, всегда носили с собой. Потом довели до кипения, добавили собранных ранее съедобных трав и выждали, пока всё это остынет. Ксения ещё боялась, что эльфы побрезгуют или задерёт нос Корвус (судя по тому, как он разговаривал с князем, явно не последний человек в крепости), но никто не возражал, когда одна посудина досталась на троих эльфам и магу, а вторая - Метте, Корвусу и Ксении. Пили с края, по очереди. На десерт Ксения снова разломила шоколад. Покопалась потом в сумочке и вздохнула. Осталось полторы плитки. Причём плитки маленькой.
– А скоро ещё?
– спросила она, пока все сидели вокруг костра.
– Ну, когда мы выйдем из горы?
– Мы можем выйти прямо сейчас, - сказал Корвус и кивнул, когда она удивлённо подняла брови.
– Да, я тоже знаю, где мы находимся. Но, если выйдем, попадём в поле зрения демонов-оборотней. И есть ещё одна дорога. Надо полдня пройти опять-таки в горе, пещерами добраться до другого выхода из горы Тёмных Туманов и вкруговую, прячась от демонов-последышей, пройти к крепости.
– Но идти надо ночью, - заметил маг.
– Значит, сейчас надо устраиваться на ночёвку. Одежда у нас есть, чтобы укрыться. Не замёрзнем.
"Кто и не замёрзнет", - вздохнула Ксения. И тут же её осенило:
– Подождите, как это - идти надо ночью? А что сейчас?
– За пределами горы - утро в разгаре, - отозвался Корвус и объяснил: - В пещерах всегда так: время здесь течёт незаметно. Мы ушли с поверхности земли вечером, но шли так долго, что сейчас уже день. Только голод и желание спать подсказывают, что времени прошло много. Так что мы сейчас спим, потом ещё некоторое время выжидаем, когда солнце опустится, - и идём дальше.