Тебе конец, хапуга!
Шрифт:
Арсений Данилович Мокрицкий проснулся от нежной трели домофона, сел на широкой кровати и тупо глянул в окно, за которым только-только начинал брезжить рассвет.
– Что за хрень? – Ему даже показалось, что звук померещился.
В элитном доме, где располагалась просторная квартира, миновать охранника в холле было невозможно. Так что случайный человек просто не мог оказаться в подъезде. Даже если бы у него было срочное дело, охранник бы сам связался с высокопоставленным жильцом. Звонок настойчиво повторился. Тревога поселилась в
– Кто вы такие? – спросил хозяин квартиры.
– Арсений Данилович? – сперва осведомился пожилой визитер с коротко стриженными седыми волосами и, получив подтверждение, представился старшим оперуполномоченным, предъявил камере удостоверение ФСБ.
Дрогнувшей рукой Мокрицкий открыл дверь и впустил незваных гостей.
– В чем дело? – спросил он.
– Разрешите пройти? – официально поинтересовался седовласый и представился майором Бубновым.
Второй визитер вошел молча, на плече у него висел портфель с ноутбуком.
– Когда вы последний раз общались со своей дочерью? – прозвучал вопрос.
– Вчера около трех дня она прислала мне странную эсэмэску, – начал Мокрицкий и, не выдержав, истерично прошептал: – С ней что-то случилось?
– Разрешите глянуть сообщение, – спокойно отреагировал спецслужбист.
– Сейчас-сейчас. – Мокрицкий метнулся в спальню и вернулся с телефоном.
Бубнов прочитал текст и качнул головой:
– Странно. – Только после этого он произнес уже с сочувствием в голосе: – Вчера вечером вашу дочь похитили. А сегодня около трех ночи на Ю-тубе появилось вот это. Присаживайтесь. – Гость придвинул к хозяину стул.
Арсений Данилович опустился на сиденье. Помощник Бубнова уже поставил перед ним ноутбук, замерцал экран. Видеофайл назывался «Обращение похищенной дочери к отцу – зампредседателю госкомитета по электросвязи Мокрицкому А.Д.».
Мокрицкий затаил дыхание, когда началось воспроизведение. Ася сидела на фоне какой-то невыразительной стены, на спинке кресла белела небрежно брошенная мужская куртка. Из глаз молодой женщины текли слезы.
– Отец, – всхлипнув, произнесла Ася, – они похитили меня, держат в каком-то ужасном подвале. Если ты не заплатишь выкуп в полтора миллиона долларов, они убьют меня… – глаза дочери с мучительной мольбой смотрели в объектив камеры.
– Полтора миллиона? – вырвалось из груди Арсения Даниловича. – Откуда у меня такие деньги?
Бубнов положил ему руку на плечо, призывая к вниманию. После паузы с экрана ноутбука прозвучало.
– Они сказали, что все о тебе знают. Будто бы у тебя есть счет в Швейцарии, больше чем на три миллиона.
Чья-то рука подала Асе картонку, на которой маркером четко было выведено название банка и номер счета.
– Они свяжутся с тобой, скажут, как и где передать
Ася глянула в сторону, откуда ей наверняка давали подсказки.
– Еще они требуют, чтобы ни ФСБ, ни полиция не вмешивались. Папа, спаси меня!
Запись оборвалась.
– Кто это сделал? – прошептал Мокрицкий.
– Почти со стопроцентной уверенностью – ее похитил Граеров. Вам знакома эта фамилия? Вы знаете этого человека? – Бубнов показал Арсению Даниловичу фотографию.
– Мы были знакомы в девяностые, – не слишком охотно признался Мокрицкий.
– А в последнее время вы не встречались? Меня не интересуют ваши отношения. Это нужно знать, чтобы мы могли спасти вашу дочь.
– Он пару раз приходил ко мне после того, как вернулся из-за границы. Просил помочь ему с новым бизнесом, – еще менее охотно сделал признание Арсений Данилович. – Но почему вы решили, что это он?
– Мы обнаружили машину, на которой он похитил вашу дочь. В салоне отпечатки пальцев Граерова. Свидетели похищения тоже показывают на него. А одет он был в ту самую светлую куртку, которая по его недосмотру попала в поле зрения камеры вместе с вашей дочерью. – Бубнов кивнул на монитор. – Убедительных доказательств достаточно. Мы уже поставили все ваши телефоны на прослушку. Он обязательно позвонит вам.
– Но почему он выложил видео в Ю-туб?
– Усложняет задачу выйти на него, – прищурившись, произнес Бубнов. – У вас есть требуемая сумма?
Ответить Мокрицкий не успел. Запиликал его мобильник на столе.
– Номер вам знаком? – Бубнов уже заглядывал на экранчик.
– В памяти трубки этого номера нет, – испуганно ответил Арсений Данилович.
– Пробей номер, – бросил седой спецслужбист своему помощнику. – А вы отвечайте, только громкую связь включите.
Мокрицкий взял телефон и упавшим голосом вымолвил.
– Слушаю.
– И правильно делаешь, что слушаешь, – донеслось из наушника. – По тону твоему ясно, ты уже знаешь. Так вот…
Бубнов одними губами беззвучно произнес фамилию:
– Граеров?
Мокрицкий кивнул, он узнал голос уголовника. Техники-умельцы из организации, созданной Дугиным, умели делать и не такие фокусы. Голос Ларина, пропущенный через компьютер, звучал очень похоже на голос Граерова. А со скидкой на телефонные искажения заподозрить обман было практически невозможно.
– …Сними деньги наличкой так, чтобы номера купюр не шли подряд… – звучало из трубки классическое. – И чтобы никаких ментов, никаких спецслужб. Иначе твоей доченьке – конец…
Помощник Бубнова шептал в прихожей в трубку мобильника:
– Значит, со стационарного аппарата звонит?.. Из квартиры?.. Срочно по адресу высылайте группу захвата… понял, что уже выслали, молодцы. Мы тоже выезжаем…
Ларин стоял у окна. С высоты девятого этажа отлично просматривался двор и дом напротив. Внизу вокруг круглой клумбы стояли кольцом плотно припаркованные машины.