Тегеран – Ялта – Потсдам
Шрифт:
Сталин отвечает утвердительно.
Черчилль спрашивает, какова должна быть процедура суда: юридическая или политическая?
Рузвельт заявляет, что процедура не должна быть слишком юридической. При всяких условиях на суд не должны быть допущены корреспонденты и фотографы.
Черчилль говорит, что, по его мнению, суд над главными преступниками должен быть политическим, а не юридическим актом. Черчилль хотел бы, чтобы между тремя державами была ясность во взглядах по этому вопросу. Однако ничего на данную тему не должно публиковаться, чтобы
Рузвельт предлагает передать вопрос о преступниках войны на изучение министрам иностранных дел трех держав.
(Это принимается).
Сталин спрашивает: началось ли наступление на Западном фронте?
Черчилль отвечает, что вчера в 10 часов утра 100-тысячная британская армия начала наступление в районе Неймегена. Войска продвинулись вперед на три тысячи ярдов на фронте шириной в пять миль. Они достигли линии Зигфрида. Оборона не была особенно сильной за исключением двух деревень. Взято несколько сот пленных. Завтра начнется вторая волна наступления. 9-я американская армия расширяет фронт наступления. Это наступление будет безостановочным и будет непрерывно разрастаться.
4—11 февраля 1945 г
10 февраля 1945 г.
Иден зачитывает текст заявления о Польше, согласованный на совещаниях министров иностранных дел вечером 9 февраля и утром 10 февраля.
Рузвельт заявляет, что он согласен с текстом заявления о Польше, оглашенным Иденом.
Черчилль говорит, что сейчас достигнуто соглашение о восточной границе Польши и имеется договоренность о том, чтобы поляки получили Восточную Пруссию и территорию до Одера. Однако у Черчилля есть сомнения, должны ли поляки иметь границу по реке Нейсе (Западной). Черчилль прибавляет, что он получил телеграмму от военного кабинета, в которой изложены опасения относительно трудностей переселения большого количества людей в Германию.
Рузвельт замечает, что желательно было бы узнать мнение нового польского правительства по поводу западной границы.
Сталин говорит, что в заявлении следовало бы сказать что-либо определенное о границе.
Черчилль считает важным опубликовать сообщение о достигнутом соглашении по вопросу о восточной границе (линия Керзона). Но если при этом ничего не будет сказано о западной границе, то народ сразу же спросит: а какова граница Польши на западе? Черчилль полагает, что необходимо учесть мнение самих поляков по вопросу о западной границе и этот вопрос должен быть решен на мирной конференции.
Рузвельт думает, что лучше было бы ничего не говорить о границах Польши, так как этот вопрос еще должен обсуждаться в сенате и он, Рузвельт, не имеет сейчас полномочий принимать по нему какие-либо решения.
Черчилль заявляет, что что-то все-таки должно быть сказано о западной границе. Он думает, что можно найти какую-либо подходящую формулу, поскольку три правительства согласны, что Польша должна получить прирост территории к западу и северу и что при решении этого вопроса мнение польского правительства будет учтено.
Сталин тоже считает необходимым коснуться в решении вопроса о границах Польши.
Рузвельт
(Конференция принимает это предложение и переходит к декларации об освобожденной Европе.
Советская делегация предлагает добавить к третьему абзацу от конца фразу следующего содержания:
«Они будут немедленно консультироваться между собой о необходимых мерах по осуществлению совместной ответственности, установленной в настоящей декларации».
Это предложение советской делегации принимается).
Иден заявляет, что имеется еще дополнение относительно французов. Текст этого дополнения следующий:
«Издавая настоящую декларацию, три державы выражают надежду, что Временное правительство Французской республики может присоединиться к ним в предложенной процедуре».
Рузвельт заявляет, что в результате обдумывания он пришел к выводу, что де Голль мог бы присоединиться к декларации, если французы будут участвовать в контрольном механизме союзников в Германии. Раньше он, Рузвельт, был против участия Франции в Контрольном совете в Германии, но сейчас он стоит за участие Франции в нем.
Сталин заявляет, что он не возражает против участия французов в Контрольном совете и что он за присоединение их к декларации.
Черчилль говорит, что это должно быть опубликовано в коммюнике.
Сталин и Рузвельт соглашаются с предложением Черчилля.
(Конференция переходит к вопросу о Югославии).
Иден предлагает послать телеграмму Тито и Шубашичу.
Сталин предлагает в тексте телеграммы сказать о немедленном введении в действие соглашения Тито – Шубашич, о включении членов Скупщины в состав Вече и об утверждении законов, принятых Вече, новым парламентом. Пункт 3 телеграммы – о том, что правительство является лишь временным впредь до свободного выражения воли народа, – он предлагает опустить и весь текст отосланной телеграммы полностью включить в коммюнике.
Рузвельт и Черчилль соглашаются с предложением Сталина.
(Далее конференция принимает решение о том, чтобы выработку проекта коммюнике поручить трем министрам иностранных дел).
Иден сообщает, что по вопросу о международной организации безопасности все согласовано.
(Конференция переходит к вопросу о репарациях).
Черчилль говорит, что в настоящее время не следует указывать никакой суммы репараций.
Рузвельт соглашается с тем, что сейчас, пожалуй, не следует говорить о денежных суммах. Лучше поручить репарационной комиссии изучить вопрос и затем определить суммы репараций.
Сталин заявляет, что неправильно создавать впечатление, будто бы мы намерены брать репарации деньгами. Речь идет не о деньгах, а о товарах на сумму в 20 миллиардов американских долларов. Сейчас уже имеется три соглашения – с Венгрией, Финляндией и Румынией, в которых записаны суммы репараций, взимаемых в натуре, и до настоящего времени у нас не было никаких недоразумений по этому поводу. Или, может быть, конференция желает, чтобы русские совсем не получали репараций?