Техно
Шрифт:
— Мы были голодны и хотели укрыться от гнева дракона. Йотуны готовы сожрать всё что угодно, но мы не такие. Нам не нравится поедать представителей других народов, и мы направлялись в долину, зная, что там есть деревня зверолюдов, где точно найдётся еда.
— Я не предлагаю вам присоединиться к дворфам, но могу предложить сторону человека. Мы готовимся к тому, чтобы защитить долину от демонов, но нас мало. Я могу предоставить вам место в долине, где вы сможете построить новый дом и заняться выращиванием пищи.
— Возможно, нам помогут аномалы, которые остались в живых, —
— И зверолюды тоже помогут, они хороший народ.
Хивальд погрузился в размышления, а я не стал его торопить, присев у стены напротив. Спустя некоторое время он принял решение и согласился на мои условия. Суть их заключалась в том, что если мы спасём народы йотунов и калехар, то они станут моими верными союзниками. Однако в нашем плане была одна сложность: Оргорон Сенгор, лидер калехар и йотунов, которого было сложно убедить. Хивальд сказал, что Оргорон — это уже его дело, а моё — убедить Хайду.
После нашего разговора я вышел из комнаты и встретил Аджану, которая с нетерпением ждала новостей. Мы направились обратно к дому Барго, и по пути я всё ей рассказал. Аджана была приятно удивлена моими дипломатическими способностями и отметила, что идея союза действительно хороша. Йотуны и калехары сильные воины и владеют белой «эссенцией», которая по силе не уступает красной.
Мы вернулись в дом и устроились на ночлег. После разговора с Хивальдом мне стало легче, и я начал засыпать, пока в моей голове не зазвучал голос Икары.
— Командир, есть предположение, что дракон, охваченный жаждой мести, последует за «холодными», а это подвергает опасности всех, кто находится в долине.
— Холодными? — переспросил я.
— Общее название йотунов и калехар, для упрощения беседы, так сказать.
— Я тоже думал о драконе. Однако я не верю, что он покинет те места. Ведь драконы — разумные существа, и если он скрывался столько лет, то, возможно, у него есть на то причины.
— Конечно есть, он... Или она?.. В общем, это последний представитель своего рода.
— Ладно, давай думать об этом после того, как Хайда скажет своё слово. Может, она и не согласится их пропустить.
— Мне кажется, пропустит, — произнесла Икара и замолчала. Я же решил устроиться поудобнее и заметил, что Аджана спит — тихо и мирно. Возможно, она наконец приняла изменения, которые с ней произошли, или просто очень устала.
Наттера. Утро. Северный чертог Торлахад.
Утром мы отправились к Хайде, но оказалось, что она уже осведомлена о нашем разговоре. В этих стенах, похоже, есть свои уши. Она не особо обрадовалась этому, но идея объединения йотунов и калехаров в предстоящей борьбе ей импонировала, и она, хоть и неохотно, всё же согласилась с нами. Единственное, что её беспокоило — это возможность появления предателей в нашем тылу, которые могли бы в самый неподходящий момент перейти на сторону демонов. Однако я заверил её, что лично проконтролирую этот момент.
Мы также обсудили Эльдорадо. Я не мог перестать думать о нашем с Икарой симбиозе. Я так привык
Аджана не отходила от меня ни на шаг. Мы поднялись на верхний уровень города и оказались в библиотеке. Это было просторное помещение, заполненное книгами в кожаных переплетах, которые располагались на каменных полках. У входа, за массивным гранитным столом, сидела пожилая дворфийка, чьи седые волосы скрывали лицо. Она увлечённо вырезала что-то на каменной плитке, не замечая наше присутствие.
— Кхм-кхм, — попытался привлечь её внимание я.
Мой внезапный кашель напугал её и рука дамы дернулась, испортив вырезаемые символы.
— Да чтоб тебе под землю провалиться! Тролличий ты помёт! — она была очень сердита и злобно взглянула на меня. Но тут же её морщинистое лицо изменилось. — Господин чёрный воин! Какая честь! Вы простите, что я так резко на вас!.. Просто я работаю здесь всю ночь, и вот теперь всё пропало.
— Икара, можем ей помочь?
— Легко, достаточно лишь прикоснуться к камню.
— Прошу прощения что напугал, — сказал я, обращаясь к ней. — В чём заключается ваша работа? — посмотрел я на камень.
— Мне нужно перенести это, — сказала она, показывая несколько бумаг с рунами.
Я взял бумаги в одну руку, а камень в другую. Икара провела сканирование и, скопировав руны, перенесла их на камень, вырезая узоры с помощью магии. Старушка, казалось, в этот момент поседела ещё больше, и когда все закончилось, она выхватила у меня камень и начала внимательно рассматривать результат.
— Какая тонкая работа! — восхищалась она. — Эти линии, глубина реза и ни одного скола. Моё мастерство даже близко не сравнится с вашим, да ещё и так быстро!
— Эх, бабуля, — произнесла Икара с лёгкой иронией. — Далеко тебе до меня.
— Икара!
— Что? Она меня всё равно не слышит.
— Дело не в этом, а в том, что ты обесцениваешь её труд. Давай я предоставлю тебе контроль над телом, и ты перенесёшь всё это своими руками?
— Ну ладно, чё вы... ворчун.
— Господин черный воин! — начала отходить от шока старушка. — Вы с чем пожаловали-то?
— Я ищу книги, желательно как можно более древние, которые были написаны ещё до эпохи демонов.
Старушка задумчиво нахмурила брови, а затем, будто вспомнив что-то, улыбнулась.
— Есть такие, но сначала я закончу с этим.
Она взяла кисточку из кувшина, на кончике которой было что-то похожее на лак, и начала наносить его на руны. Когда лак полностью заполнял все пустоты в узорах, они начинали светиться жёлтым светом.
— Что это? — я был поражён.
— Это зарядный камень, — с гордостью произнесла она. — Таких рунных мастеров, как я, осталось совсем немного. А нам сейчас так нужны силы... Этот камень восполняет утраченную «эссенцию», пока она в нём есть, а затем превращается в пыль. Я пишу руны в определённом порядке, а сок Иггдрасиля многократно усиливает «эссенцию», заключённую в камне.