Телекин
Шрифт:
— Ты случайность! Жалкая погрешность! У тебя не должно было проснуться никаких способностей. Я лично следил за твоей больничной картой. — ответил Лоренцо, и добавил. — Хочешь расскажу тебе секретик? Он будет только нашим!
Кивнул. Хоть как-то отсрочить время своей бесславной кончины – уже неплохой результат!
Я уже ничему не удивлялся, вот правда. Болело только вот все тело, ну и левая рука в особенности. И, как назло, именно левая рука была ближе всего к все также валяющимся на полу клинкам.
— Понимаешь, Юлиус...ты же знаком с Юлиусом,
Честно говоря, не представлял. Юлиус и так отбитый на всю голову (судя по моей последней встрече с ним – угрозами тогда он сыпал весьма изощренными), а если еще и такие способности у него появятся. Нет, не представляю!
— Но у него не вышло! Ничего не вышло! Понимаешь меня, дерзкий мальчишка? Сила не приняла его! Но не Лоренцо! Лоренцо смог!!! — с выпученными глазами заявил этот субъект.
Ага, Лоренцо молодец. Лоренцо хороший. Поехавший только немного, ну да кто из нас не без греха?
— Сила Разума? — я решил продолжить свою игру в туповатого простачка.
— Молодой человек! Вы меня удивляете! — деланно горестно вздохнул доктор, — Сила Разума, она же телекинез, телепатия и еще много чего! Понимаете теперь? Ах, вы, наверное, считаете, что управляете предметами при помощи силы мысли? Или, может быть, силы взгляда?
Тут Лоренцо издал настолько красноречиво-издевательский смешок, что даже я понял: сила мысли и взгляда — это полная туфта.
— Ну...да. — настороженно ответил я, все еще втайне надеясь выйти отсюда живым и невредимым. Вдруг да заболтаю невменяемого старичка?
— Эх, необразовщина! Мысль и взгляд нужны всего лишь для концентрации вашего внимания на объекте! — тоном, переполненным превосходством, заявил Лоренцо Фауст, — И только!
Гипотеза интересная, но вот конкретно прямо сейчас я о ней здраво размышлять не мог. В силу сложившихся обстоятельств.
— А этой бездарности достался только дар человечков. Огонь и воздух. — вернулся Фауст к оскорблениям своего, судя по всему, конкурента.
При этом презрительная мина на его лице ясно давала понять, как именно он относится к «человечкам» и их дару.
Так, что-то мне этот тон не нравится!
— А еще смог ты, — внезапно помрачнел Лоренцо Фауст.
— Ты сам сказал - случайность! Статистическая погрешность! — поспешил я заверить доктора в своей незначительности.
— Случайны были обстоятельства, которые привели тебя год назад в эту клинику! И обстоятельства, которые позволили тебе вколоть плазму крови Лоран-Ра вместо человеческой, тоже были случайны! Ты после такого должен был загнуться в течении часа! В муках подохнуть! — истерично прокричал мне в лицо Лоренцо.
Пожалуй, мне стоит помолчать. Одно неверное слово и мне будет либо очень больно, либо уже все равно. Ни то ни другое меня не устраивало.
— Какие милые игрушки! Прелестно! — внезапно воскликнул Фауст стоя прямо надо
— Не тронь. — отчаянно прохрипел я.
А что мне еще оставалось? Играть роль безучастного наблюдателя, в то время как морю последнюю надежду уводят у меня из под носа?
— Как будет замечательно и символично, если я немножко изучу твои внутренности на операционном столе, прямо с помощью вот этих вот ножичков?! — не обращая на меня внимания продолжил Фауст, поднимая мои ножи на уровень своего лица и с мерзкой ухмылкой их разглядывая.
Вот оно! Это тот самый – мой единственный шанс!
Собрав в невидимый кулак всю свою измученную испытаниями волю, я зажмурился и резко выдохнул, одновременно с этим приподнимая правую руку по направлению к лицу этого морального урода.
Получившийся телекинетический удар был настолько силен, что указующая рука на секунду вспыхнула синим огнем, передавая импульс силы прямиком на кинжал, который Лоренцо так опрометчиво держал рядом со своим лицом. Рассматривал он его…
Дикий вопль главного врача клиники «Возрождение» заметался между стенами его же кабинета и райской музыкой вливался в мои уши!
Тело Лоренцо повалилось на пол неподалеку от меня и начало там активно корчиться. И визжать!
Боже, как же он визжал… К слову о визге – мне один раз довелось побывать на забое свиньи. Так вот, во время забоя у человека может слегка дрогнуть рука и тогда свинья может успеть издать из себя визг. Дичайший визг (как мне тогда показалось)!
Но даже вот этот свинячий визг не шел ни в какое сравнение с тем визгом, который издал из себя Фауст.
Облокотившись правой рукой о стол, я кое-как смог поставить себя на ноги. Для меня промедление смерти подобно, ведь скоро сюда сбежится весь персонал вкупе с охраной клиники! Нужно сваливать и срочно!
И тут подал признаки жизни господин главный врач:
— Ты уже не жилец, мальчик мой. — закашлялся доктор Лоренц Фауст, демонстрируя мне свое располосованное и окровавленное лицо. Кажется, у него даже левый глаз вытек. — Так избавь же себя от мучений!
— Избавить от мучений, говоришь? Хорошо! Я избавлю тебя от мучений, чертов ты ублюдок! — то ли вслух, то ли мысленно рыкнул я.
С этими мыслями я, чтобы не передумать, быстро выбросил вперед правую руку, телекинезом подхватил его за галстук, отчего тот туго затянулся вокруг шеи и не дал доктору даже шанса на высвобождение.
Резко дернул галстук вверх с одновременным разворотом корпуса по направлению к окну. А галстук то шёлковый – даже не порвался от такого грубого обращения.
Тело Фауста, поддерживаемое и направляемое моим телекинезом, на приличной скорости влетело в окно…
Последовавшие вслед за этим звон стекла и удаляющееся сипение главврача засвидетельствовали очевидный успех моего броска.
— Всего хорошего, хренов психопат.
Летел псих недолго – всего лишь шестой этаж. Тем не менее, шлепок тела об асфальт я расслышал отчетливо.