Телемаг
Шрифт:
– Школа гравимагии? – предположил я.
– Спасибо предкам, - нисколько не удивившись моей проницательности, Вильям достал из поясной сумки портсигар и выбил из него сигарету: - курите?
– Нет, спасибо, - стушевался я.
Прикурив кончик сигареты, Вильямс затянулся, после чего выпустил дым в сторону чуть приоткрытого окна. Вопреки моим ожиданиям, сизый дым не исчез, скорее напротив, смешавшись с потоком воздуха, его стало еще больше.
Дилижанс вновь тряхнуло на ухабе, запоздало спохватившись, я не удержался на месте и стукнулся плечом о деревянную переборку. Господин Уж этого даже не заметил,
«-Полезный конструкт», - отметил я чужие способности, потирая ушибленный локоть.
– Филипп, а к какой школе Магии вы имеете отношение? – заметив, как я болезненно потрогал место ушиба, поинтересовался мистер Уж.
– Мой отец биомаг! – не без гордости заявил я.
– О! Хороший биомаг никогда не останется без работы! – с непонятным для меня подтекстом заявил Вильямс.
– Надеюсь на это, - мечты о собственном беззаботном будущем вытеснили мысль о странной интонации в голосе собеседника.
– Кстати, не сочтите за бестактность, к какому поколению биомагов относится ваша семья? – прищурился он.
– Третьему, - вспомнив наказ матери не распространяться среди посторонних о истинном поколении своей семьи, соврал я.
– Третье поколение это ты? – перестав использовать почтительное «вы», уточнил Вильям.
– Да, - отчего-то меня сильно задела подобная перемена в обращении.
-Хм, я почему-то так и подумал, - кивнул он и нарочито выпустил в мою сторону следующую «порцию» дыма.
Сжав желваки, я приложил все усилия, чтобы не сказать грубости. Поведение господина Уж меня оскорбляло, но я был не в том положении, чтобы выступать. Официально, я еще не был одаренным, так как не прошел Инициации и приравнивался по законам Королевства к простолюдинам. Обычно, к таким как я, относились с заведомым уважением, но сейчас видимо сыграло роль заявление о низком ранге моей семьи.
Маги во втором и третьем поколении, как впрочем и в первом, не пользовались уважением среди одаренных от слова, совсем. Выученные в Магической башне, конструкты требовали праны для своей активации. Если вырабатываемого телом одаренного количества праны было не достаточно, то даже знание конструктов среднего и высшего порядка ничем не могло уже помочь.
Ни для кого не было секретом, что чем больше одаренный использовал конструкты своей школы, тем больший объем праны могло «вырабатывать» его тело. Но, даже разменяв восьмой или девятый десяток в своей жизни, одаренный третьего поколения подчас все равно оставался слабее мага из семьи четвертого поколения. Использование конструктов среднего порядка начиналось с четвертого, редко с третьего, поколения. Ну а высшими конструктами могли оперировать лишь те, чьи семьи на протяжении не менее семи-восьми поколений практиковали выбранную школу магии.
«-Скорее бы начать обучение!» –отвернувшись к окну, я чуть прикрыл глаза, мечтая о своем светлом будущем.
На самом деле я являлся потомственным биомагом в седьмом поколении. Но, выросший без отца, я оказался лишен возможности тренироваться в создании конструктов наследуемой школы. Семейной библиотеки не было от слова совсем. Кабинет в купленном отцом доме изобиловал голыми полками и пустыми шкафами.
Все что я знал конкретно
Впрочем, отсутствие знаний о школе биомагии, меня не сильно угнетало. Все студенты, прибывающие в Академию, имели примерно одинаковый уровень способностей в наполнении праной своих конструктов. Подобное «равенство» возникало из-за практически полного блокирования способностей одаренных до момента их совершеннолетия.
Конструкт частичной блокировки дара накладывался в младенческом возрасте, лишая будущих магов возможности навредить и себе и окружающим. Подпитываемый вырабатываемой их же телами праной, конструкт позволял лишь минимальному количеству переработанного Эфира «просачиваться» наружу. Этого количества праны было достаточно, для тренировок, но не достаточно для активации простейшего конструкта.
Тренировки одаренных начинались с наполнения праной плоских фигур. На то, чтобы они не развеивались, а просуществовали в пространстве хоть сколько-нибудь долгое время, лично мне потребовалось почти два года упорных занятий. Трехмерные конструкты держались по времени в активном состоянии на порядок дольше, чем любая плоская фигура. Вспомнив, как радовался, когда после треугольников, кругов и квадратов, мне впервые удалось наполнить своей праной пирамиду, я невольно взгрустнул.
Неосторожно похваставшись своим достижением перед «отчимом», я добился того, что моего учителя уволили, отговорившись окончанием подготовки к обучению в Академии. Как потом выяснилось, способность наполнить любой объемный конструкт праной, являлась минимальным требованием для успешного прохождения вступительного Испытания.
– Если ты не сможешь продемонстрировать свою способность оперировать праной с объемными фигурами во время испытания в Магической Академии, то блокировка на твоем даре останется с тобой навсегда, - на прощание предупредил меня учитель.
Магом я стать все-таки хотел, так что был вынужден тренироваться самостоятельно. Это наверное не особо способствовало моему развитию, но оставляло надежду, что я ничего не «испорчу» и смогу продемонстрировать должные способности, когда придет время.
«-А еще я теперь умею вот так,» - вспомнив уволенного учителя, я мысленно к нему обратился и создал наполненный праной куб, который продержался в реальности почти три минуты субъективного времени.
Впрочем, куб был небольшим и сидящий от меня по диагонали господин Уж его даже не заметил. Создание же двух трехмерных конструктов у меня не получалось совсем. Первый конструкт развеивался задолго до того, как второй успевал наполниться доступной мне праной.
Глава2
Не смотря на то, что в Столице проживало наибольшее количество одаренных нашего Королевства, какое-либо проявление Магии на ее улицах являлось еще более редким зрелищем, чем в моем родном городе. На каждого мага здесь приходилось более пяти тысяч простолюдинов, что очевидно и послужило причиной того, что у ворот Академии толпилось огромное количество зевак.