Тело угрозы
Шрифт:
– Совсем недавно. На совещании у Виктора Порфирьевича.
– Д-да, действительно. – И эсбист вдруг нормально, совершенно по-человечески улыбнулся. – Здравствуйте. Не ожидал увидеть вас здесь. Мне не доложили…
– Я никого не предупреждала. С покойным Ржевом Люцианом Ивановичем я была лично знакома. Я в курсе его работ.
– Вот как? Что же, это меняет дело, Зинаида… Самсоновна – если не ошибаюсь?
Она не сказала в ответ «У вас хорошая память», так что ему не пришлось с улыбкой признать, пожав плечами: «Профессия». Просто кивнула.
– Хорошо.
Он обернулся к своим, слушавшим этот разговор с непроницаемыми лицами:
– Здесь все в порядке. Поехали.
И через несколько секунд во дворе сдавленно рыкнул мотор, и джип пустился в обратный путь по собственным следам.
Но Минич при этом не испытал никакого облегчения. Вот, значит, какую дамочку он привез сюда на собственной машине!
Он повернулся, чтобы смерить Джину неприязненным взором. И увидел, что она безмятежно улыбается. Может быть, даже посмеивается? Не над ним ли смеется? Да над кем же еще?
– Извините, – сказал он сухо. – Не знал, что вы тоже… из этого семени… Зина.
– Да вовсе нет, – ответила женщина непринужденно. – Не из них. Но встречаться приходилось – и наверняка еще придется. Хотя я не состою в их сотрудниках – ни в штатных, ни в секретных.
– В таком случае – откуда же столь невероятное уважение со стороны щите и меча?
– Они нередко просят у нас консультаций.
– У вас? У целителей?
– Ну, не только. Вообще – у экстрасенсов, у тарологов… Думаю, что еще немного – и кто-то из моих коллег окажется в их кадрах – как только СБ получит деньги на расширение. А я там представляю астрологию.
– Я вижу, вы относитесь к ним сочувственно?
– А они, в общем, хорошие ребята. Конечно, работа накладывает отпечаток – как и любая другая. Но знаете что? Обо всем этом мы могли бы поговорить и потом. Вы ведь приехали сюда с какой-то целью? Я тоже. Поэтому, может быть, займемся делом?
– Я, кстати, не спросил: зачем вы приехали сюда?
– Ехала – чтобы поговорить с ним. Помириться, если хотите, или уж… – Она помолчала. – Но раз это невозможно – хочу посмотреть, может быть, смогу составить более полное представление о том, что он наблюдал.
– А что могла хотеть от него служба безопасности?
– То же самое, что и я.
– Им-то это к чему?
– Вы забыли уже? Я же вам сказала: всему миру может грозить страшная опасность. Да, вот как он назвал это: «Тело угрозы».
Но Минич уже решил отнестись к этому иронично: конец света – этого даже для журналиста многовато.
– Какой кошмар!
На эту явную насмешку Джина-Зинаида ответила с обидной ухмылкой:
– Понимаю: вы жираф. Но
– Вы же сами видели и слышали: они забрали с собой все, что имело отношение к этому.
– В том-то и дело, что не все. Я же сказала вам о погребе.
– Думаете? Разве не все у них?
– Они же не специалисты – не знали, что следует искать, и взяли то, что попало на глаза. А увидели они только дневник – он вел дневник, говорил, что такая потребность возникает с возрастом. А журнал наблюдений у Люциана велся на дискетах. Они не знали, где его искать. А я знаю. И фотографии тоже уцелели.
– Хотите сказать, что специалисты и их не нашли?
– Вам не показалось, что они чувствовали себя не очень уверенно? Видимо, они вторглись в дом, не имея на то права: постановления или хотя бы прямого приказа. И вряд ли они успели побывать даже и в обсерватории. Конечно, если бы не наш приезд…
– Да нет. Мы же встретили их, когда они уже возвращались. Мы им никак не могли помешать.
– Это вы так полагаете. А я думаю иначе. Спорю: они уже готовы были вскрыть обсерваторию, но сверху вовремя заметили вашу машину. Ехать по этой дороге больше некуда; вот они и поспешили удалиться – чтобы тут же вернуться уже как бы цивилизованным порядком. Они ведь считали, что это возвращается хозяин, и вовсе не хотели заранее портить отношения с ним: собирались получить у него информацию. А о погребе им, похоже, вообще не было известно ничего. Так что журнал мы скорее всего найдем нетронутым. А там должно быть все, что меня интересует. Потому что он не только наблюдал. Он еще и считал. Кажется, эти расчеты и заставили его думать о большом значении увиденного. У него вырвались такие слова: «Тело угрозы»… И я хочу во всем этом разобраться – раз уж он сам не может. Хотя теперь-то он знает, конечно…
– Я еще не дал вам разрешения.
«Не обижай девушку…», вспомнил он слова умирающего. Тоже как бы завещание. И пожалел о сказанном.
– Ладно. Давайте посмотрим.
– Идемте. Ключи у вас.
13
Если бы кто-нибудь еще из попытавшихся увидеть новооткрытый астероид все-таки обнаружил его и занялся, определив его скорость и направление, дальнейшими подсчетами, то решил бы скорее всего, что название «Тело угрозы», возникшее у покойного ныне Люциана, было чересчур уж мрачным.
Однако пока никакого подтверждения сделанного якобы открытия не возникло. И искать перестали – за исключением, может быть, одного-двух начинающих астрономов, очень молодых еще и потому весьма упрямых и этим похожих друг на друга, хотя знакомы они не были, никогда не встречались, да и обитали не только в разных странах, но и в разных полушариях планеты. Но об этом поговорить пора придет позже. В общем же было решено, что это то ли шутка, то ли ошибка любителя, столь внезапно исчезнувшего с горизонта.