Тело
Шрифт:
– Где здесь ванная?
– спросил Мейер.
Врачи переглянулись.
– Зачем?
– Заткнись, идиот. Сюда, сэр. Позвольте я открою вам дверь.
Мейер следовал за ними по пятам, всем существом
– ... никогда не повторится.
– Не могу с тобой согласиться. Все, что удалось однажды...
– Не дави философией, детка. Ты отлично знаешь, что это чистая случайность. Нам дьявольски повезло.
– Вот именно. Био-электрические изменения необратимы...
– Он вернулся.
– Ему не следует много ходить. Как ты себя чувствуешь, миляга?
– Я не миляга, - прорычал профессор Мейер.
– И между прочим, гожусь вам в дедушки.
– Простите, сэр. Мне кажется вам лучше лечь.
– Да, - произнес Мейер.
– Мне что-то нехорошо. В голове звенит, мысли путаются...
Они опустили его на кушетку, обступили тесным кольцом, положив руки друг другу на плечи. Они улыбались и были очень горды собой.
– Вам что-нибудь надо?
– Все что в наших силах...
– Вот, я налил блюдце воды.
–
– Отдыхайте, - сказал Кассиди.
Затем он непроизвольно погладил профессора Мейера по длинной, с атласной шерстью, голове.
Фельдман выкрикнул что-то неразборчивое.
– Я забыл, - смущенно произнес Кассиди.
– Нам надо следить за собой. Он ведь человек.
– Конечно, я знаю. Просто я устал... Понимаете, он так похож на собаку, что невольно...
– Убирайтесь отсюда!
– приказал Фельдман.
– Убирайтесь! Все!
Он вытолкал их из комнаты и вернулся к профессору Мейеру.
– Могу я что-нибудь для вас сделать, сэр?
Мейер попытался заговорить, утвердить свою человеческую натуру, но слова давались с большим трудом.
– Это никогда не повторится, сэр. Я уверен. Вы же... вы же профессор Мейер!
Фельдман быстро натянул одеяло на дрожащее тело Мейера.
– Все в порядке, сэр, - проговорил он, стараясь не смотреть на трясущееся животное.
– Главное - это интеллект! Мозг!
– Разумеется, - согласился профессор Мейер, выдающийся математик.
– Но я думаю... не могли бы вы меня еще раз погладить?