Тело
Шрифт:
— Теге хотела бы сейчас отдохнуть?
— Да.
— Ложись сюда, — я указала ей на свое спальное место.
Белоснежная бездушная женщина мгновенно подчинилась, устроившись на кровати и погрузившись в сон.
Мне бы так! Но моя душа отчаянно волновалась, переживая об исходе грядущей встречи. И самое трудное было в понимании, что ни увидеть происходящее, ни тем более как-то повлиять на него я не могу. Стоит мне проявить инициативу — и это лучше любых аргументов укажет на наличие у меня души. А так хотелось хоть одним глазком… посмотреть на
Не окопаться ли мне где-нибудь в засаде? Так трудно оставаться в стороне и терпеливо ждать решения касательно твоей собственной жизни! Невыносимо! Стараясь не шуметь, в который уже раз обошла помещение по внутреннему периметру. Увы, ничего лучше идеи спрятаться в очистительной кабине в голову не приходило. Но там ничего и не увижу, и не услышу.
Риах вернулся нескоро. Пока его дожидалась, успела поесть, но и это успокоиться не помогло. Надо уже что-то для досуга, свободного от белокожего, придумать: изнывать от безделья — себе же хуже.
— Ма-рина? — вопросительно осмотрев мою притулившуюся на полу у стенки фигуру, предсказуемо удивился белокожий. — Ты почему тут сидишь?
— Боюсь, — искренне отозвалась я, бросив предварительный взгляд на фигуру чужачки.
Но она как легла отдыхать, так и спала все это время. Вот уж настоящие резиновые куклы эти Теге — достал, попользовался, «подпитал» и задвинул подальше до следующего раза. И я еще удивляюсь, что Риах с таким трудом меняет отношение ко мне?! Да это же радикальный перелом привычной жизни. Сокрушительные изменения!
Белокожий присел на корточки напротив меня и с удивлением на лице всмотрелся в мои глаза своими.
— Чего?
— Всего, если честно. В первую очередь, не знаю, чего ожидать от визита этого риса, что по факту «вселения души в Теге» явится, во-вторых, пугает отсутствие хоть какого-то понимания об устройстве вашего мира. Есть ли у меня возможность как-то найти в нем свое место? А то я даже не знаю, чем себя занять, пока тебя нет. Бездельничаю и изнываю от скуки… — по мере того как я делилась «наболевшим», алые глаза мужчины потрясенно расширялись, а лицо вытягивалось на глазах — отвисающая челюсть сказывалась.
— А спать ты не хо… — оглянувшись на фигуру отдыхающей Теге, Риах оборвал себя на полуслове и снова уставился на меня. — Даже не представлял, что ты можешь обо всем этом думать, что это так важно для тебя. Я привык, что Теге не требует такого внимания.
Точно! Внимания. Как бы не решил по загривку иногда гладить. Этак он меня за домашнего питомца держать будет. Лучше, чем неживая кукла, но хуже, чем равноправный партнер. Печально.
— Это очевидно, — грустно кивнула я. — Особого внимания я не требую, но хотелось бы иметь возможность чем-то заниматься… в свободное время.
— А… чем? Что ты делала в вашем мире? — судя по совершенной растерянности, озадачила я инопланетянина конкретно. Проще говоря, он был в тупике! — И место в жизни у Теге может быть только одно, иного не предусмотрено. Даже для Теге с душой…
Как все обреченно!
— В своем мире я была стилистом, — уловив недоуменную морщинку на белоснежном лбу мужчины, пояснила. — Это те, кто придумывает и создает прически для волос.
— Для волос? — Риах, слегка качнув головой и заставив свою гриву, перехваченную каким-то шнурком, свеситься вперед, уставился на нее с таким видом, словно видел впервые. — Странно…
— Да это и неважно: тут тренироваться все равно не на ком — одна сижу, — отмахнулась я. — А вот чем отвлечься — не представляю.
— Знаю! — неожиданно вскинулся Риах и сразу довольно и открыто улыбнулся, радуясь возможности решить мою проблему. — Помнишь, я показывал наш агр? У меня есть такие сюжетные зрительные пояснения о нашем мире. Ты хочешь их смотреть?
И он еще спрашивает?! Я истово закивала — очень!
— Ты сможешь этим заниматься, когда свободна.
Он выглядел довольным — решил мою проблему! Одно слово — мужчина. Но и нотки сомнения в ответе промелькнули. Видимо, опасается, что начну пренебрегать им. А то приказывать мне теперь несподручно… Сложно не только мне придется. Белокожему рису перестать видеть во мне Теге и принять как равную так же сложно, как мне обрести себя в новом теле и мире.
Мы оба поставлены случаем и судьбой перед фактом — пришли глобальные перемены! И как хотите, так и приспосабливайтесь.
Поэтому, осторожно подняв руку, ласковым и благодарным жестом коснулась лица Риаха:
— Спасибо! Для меня очень важна твоя помощь. Больше не на кого надеяться.
Да, я — слабая женщина и точка, а ласка и доброе слово — это на все времена и реальности.
— И только в свободное время, обещаю.
Мужчина испытал явное облегчение и перехватил мою руку, не позволяя ее отвести. Какое-то время смотрел на меня, прижимая мою ладошку к своему лицу, а потом сказал:
— С душой ты красивее.
Я замерла, несказанно потрясенная этим неожиданным признанием, настоящим комплиментом. Это уже слова не для куклы, а для женщины. И, наверное от смущения, ляпнула на автомате:
— А ты — жуткий! — но, спохватившись, тут же добавила. — Правда, мужчина должен быть немногим красивее обез… эээ… в общем, несимпатичным.
— Да? — Риах почему-то обрадовался. — Несимпатичный — это престижно. Это чистокровный рис, значит.
Я опешила — во дела! Теге — красивые, но без души; рисы — страшные, но с душой? Оригинально у них тут все заведено.
— А бывают не чистокровные? — странно как-то его слова прозвучали.
Белокожий вдруг замялся и неловко сменил тему:
— Болтать некогда. Надо к посещению представителя службы досуга приготовиться. А то скоро к базе подлетим, там есть ее представительство.
Ой! Я вздрогнула.
— Не бойся, — сразу внимательно посмотрев на меня, успокоил Риах. — Он тебя не заберет. Подумает обо мне не очень лестно, но до тебя не доберется. А что до меня… Чего еще ожидать от мужчины после долгого полета?