Телохранитель

Мейер Деон

Атмосфера за столом показалась мне немного неестественной. Уж больно мягко и добродушно они общаются между собой — неужели из-за меня? Здесь не было ни мелких стычек, ни пикировки между братьями, ни обычных мелких свар супругов. Ван Зилы были похожи на одну из идеальных семей из какого-нибудь американского фильма. Видимо, дело было в том, что Карел был здесь самовластным правителем. Его голос был решающим. Подчиненность остальных была едва заметна и перемежалась бодрыми, хорошо отрепетированными беседами, но имела место она лишь благодаря добродушному деспоту, — он распоряжался здесь всем.

Интересно, какую ступеньку занимает в местной иерархии Эмма?

Как только тарелки опустели

и закончилось обсуждение завтрашнего гольфа, Карел решил, что пора меня чем-то занять. Выждал, пока воцарится молчание, и заговорщически улыбнулся мне.

— Ну, мистер Леммер, теперь мы знаем, как выглядят привидения!

Сначала я не понял, о чем он говорит. Потом до меня дошло. Он уже имел дело с «Бронежилетом», только все неправильно понял.

С виду Жанетт Лау — типичная лесбиянка. Крашеная блондинка за пятьдесят, страстная курильщица; смолит исключительно «Голуаз». Предпочитает соблазнять недавно разведенных, страдающих гетеросексуальных женщин. Но за этим фасадом прячутся острый как бритва ум и мозги бизнесмена.

Жанетт — личность легендарная: до того, как ее семь лет назад отправили в отставку, она служила главным сержантом в женском военном колледже в Джордже. Осмотревшись и изучив рыночный спрос, она открыла частное охранное агентство. Ее контора располагается на семнадцатом этаже роскошного офисного здания в прибрежном районе Кейптауна. На двойных стеклянных дверях, через которые видно Йолену Фрейлинк, холеную администраторшу, выбиты по-мужски прямые буквы «БРОНЕЖИЛЕТ». Ниже тонким курсивом дается пояснение: «Эксклюзивная личная охрана».

Первыми клиентами Жанетт были иностранные бизнесмены, руководящие работники международных корпораций, которые приехали выяснить, как можно быстро нажить на Африке лишний миллиончик. В посольствах им конфиденциально сообщали, что наша страна вполне стабильна для инвестиций, но безопасность на улицах далека от западных стандартов. Жанетт решила специализироваться на дипломатах, экономических атташе и консулах, рядовых сотрудниках посольств и западных компаний. Намерены ли ее уважаемые клиенты избавить себя от таких неприятностей, как уличная кража, угон машины, нападение, изнасилование, похищение и взлом? Они правильно поступили, обратившись в «Бронежилет». После того как первые клиенты благополучно вернулись на родину, репутация Жанетт укрепилась. Постепенно в число ее клиентов вошли представители всех стран, от Востока до Запада: японцы, корейцы, китайцы, немцы, французы, англичане и американцы.

Потом в Кейптауне начали снимать иностранные фильмы, а всемирно известные поп-звезды стали включать город в свои турне. У Жанетт появились клиенты из другого измерения. Теперь на стенах ее кабинета висели снимки, на которых хозяйка агентства была запечатлена с Колином Фаррелом, Опрой Уинфри, Робби Уильямсом, Николь Кидман и Сэмюэлем Л. Джексоном. Она, бывало, сидела за своим столом и рассказывала о больших шишках, которые пользовались ее услугами. Уилл Смит путешествует с огромной свитой, в которую входят и телохранители-американцы. Они обхаживают его, как африканские придворные льстецы. Шон Коннери вызвал ее восхищение тем, что отказался от ее услуг со словами: «Я что, по-вашему, какой-нибудь зануда?»

Подобно другим своим коллегам, Жанетт набирала в «Бронежилет» телохранителей двух типов. Первых можно назвать «средством устрашения»: крупные, мускулистые, толстошеие, накачанные стероидами колоссы, которые сопровождают знаменитостей и отпугивают возможных грабителей одним своим видом. Для такой работы подходит любой накачанный здоровяк; еще лучше, если он вдобавок умеет угрожающе рычать.

Ко второму типу относятся те, в чьи обязанности входит иметь дело

с более неосязаемыми опасностями. Впрочем, они часто оказываются вымышленными. Такие телохранители льстят самолюбию клиента благодаря своей биографии. В их прошлом — государственная подготовка и огромный опыт работы по специальности. Они по большей части держатся в тени, без конца наблюдая за окружающими и оценивая уровень потенциальной угрозы для клиента. Иногда они работают по двое, по четверо, по шестеро, а связь поддерживают с помощью миниатюрных передатчиков, спрятанных на теле. Иногда они работают поодиночке, в зависимости от численности свиты клиента, его финансовых возможностей и сути риска. Им нужно сливаться с обстановкой, в которой вращается клиент, и появляться на сцене только для того, чтобы в удобный момент вежливо шепнуть клиенту на ухо какое-нибудь ценное указание. Клиент ждет от телохранителя такого поведения, потому что кино и телевидение внушили некие стандарты. Была у меня, помнится, клиентка — деловая женщина из Скандинавии, которая требовала, чтобы я носил наушник, дополненный шнуром, который исчезал у меня под воротником, несмотря на то что я работал один и общаться мне было не с кем.

После того как была достигнута принципиальная договоренность, Жанетт спрашивала потенциального клиента или его агента: «Вам кто нужен — „горилла“ или „дух“, то есть „невидимка“?»

В мире богатых и знаменитых такая терминология в ходу. Но Карел-всезнайка все понял неправильно. Судя по весьма характерной оговорке, его познания в данной области были весьма фрагментарными.

— Когда нанимаешь телохранителя, Жанетт спрашивает, кто тебе нужен, «привидение» или «горилла», — разъяснял он домашним. — Например, для знаменитостей, которые приезжают для участия в рекламных акциях, нанимают в основном «горилл».

Я молчал, потому что никак не мог придумать достойный ответ. Ситуация была для меня необычной. Клиент, как правило, не сидит с телохранителем за одним столом — они находятся на разных ступенях общественной лестницы. Плюс моя личная нелюбовь к светскому трепу… Но Карелу, как выяснилось, ответ и не требовался.

— «Гориллы», — продолжал он, — это такие здоровяки. Похожи на вышибал из ночного клуба. Зато уж «привидения» — настоящие профессионалы. Они охраняют президентов и министров.

Все как один дружно уставились на меня.

— Вы тоже охраняли президентов, мистер Леммер? — спросил Карел, приглашая меня принять участие в разговоре.

Я отклонил приглашение простым кивком, легким и равнодушным.

— Ну вот, Эмма! — воскликнул Карел. — Ты в надежных руках.

В надежных руках! У меня зародилось подозрение, что Карел не лично нанимал телохранителя. Видимо, данную задачу он перепоручил своим подчиненным. Если бы он беседовал с главой «Бронежилета» сам, он бы знал, что у Жанетт имеется прейскурант, и я в нем нахожусь далеко не на верхних строчках. Мое место — внизу страницы. Я не люблю работать в команде, у меня темное прошлое, запятнанная биография, а еще я необщителен.

В курсе ли Эмма? Конечно нет. Жанетт — профессионал. Она, наверное, спросила: «Сколько вы намерены потратить?» — и Эмма ответила, что понятия не имеет о цене. «Что-то между десятью тысячами рандов в день для команды из четырех человек и семисот пятидесяти для одиночки», — объяснила Жанетт, не упоминая о своих двадцати процентах комиссионных плюс представительские расходы, страховка от безработицы, подоходный налог и комиссия банку за перевод.

Сколько, интересно, получает брендовый консультант? Какой кусок от ее заработка составляют семьсот пятьдесят рандов в день, пять тысяч двести пятьдесят рандов в неделю, двадцать одна тысяча рандов в месяц? Не мелочь, особенно если угроза вымышленная.